Том 5. Пьесы 1867-1870

Есаул
 
 
Помилуй Бог! помилуй Бог! Охота ль
 
На драку лезть ни с чем.
 
 
Чика
 
 
Поляки бойки,
 
Ну, пусть они и бьются в стены лбом!
 
Не прошибить — крепки, да и толсты:
 
Сажен пяти от низу до зубцов,
 
А в толщину — где три, а где и больше;
 
Попрыгают поляки на бахметях,
 
Полаются на каменные стены,
 
Как пес на месяц — съел бы, да высоко,
 
И с тем уйдут.
 
 
Есаул
 
 
Не мало их поляжет!
 
Монахи им живые не дадутся.
 
 
Епифанец
 
 
Монахи что! Угодники Господни
 
Монастырю дают святую помощь;
 
Мы с музыкой идем, с гуденьем, с вопом,
 
Пьянехоньки, — а там святые старцы
 
Молитвою укреплены, постом,
 
И ратники с благословеньем божьим
 
Отпор дают под звоном колокольным.
 
Я сунулся, да тоже взял назад,
 
Бежал, как вор, дрожа как лист, как Каин
 
От Господа. Повел свои я сотни,
 
Когда совсем стемнело. Вот идем,
 
Потупившись, глаза поднять боимся
 
На темную ограду, что-то давит,
 
Гнетет тебя. Я раз взглянул и два —
 
И помертвел: в сиянии небесном
 
Угодники со стен на нас грозятся
 
И от врагов обитель ограждают
 
Каждением и крестным осененьем.
 
Святой водой кропят. Великий трепет
 
Объял меня! Махнул своим казакам
 
Скорей назад, назад, давай бог ноги.
 
Да вот и здесь еще лежу, трясусь
 
И думаю: да что мы, черти, что ли,
 
Что воевать пришли святое место.
 
Немного тут возьмешь! Сбираться на Дон,
 
Домой идти, покаяться скорее,
 
Замаливать свой грех, покуда жив.
 
Ведь есть одно у нас святое дело —
 
Крушить татар ногайских; мало нам!
 
Епитимью возьму себе на сотню, —
 
Ты думаешь поклонов? нет, голов
 
Татар поганых, — может, Бог простит.
 
 
Входит Ураз с татарами, за ним раненый Беспута.
 
 
Ну, что, Асан, не много взял?
 
 
Ураз
 
 
Молчи!
 
Аллах! Аллах! Такой война не нада!
 
 
Беспута
(грозит кулаком монастырю)
 
 
Дождетесь вы! Молитвы не помогут
 
И не спасут колокола. Беспута
 
Заплатит вам за раны и увечье
 
Сторицею! Пробьем до вас дорогу,
 
Не пушками, так саблями продолбим,
 
Натешится душа моя.
 
 
Чика
 
 
Беспута,
 
Ты о каком увечье говоришь?
 
 
Беспута
 
 
Нога болит, рукою не владею,
 
Я в ров упал; стрелою угодили
 
Под левое плечо.
 
 
Чика
 
 
А, видно, ловко
 
Попал тебе; кольчугу продавило,
 
И хмель прошел!
 
 
Беспута
 
 
Мы двигали тарасы
 
И лестницы, вдруг свистнуло в ушах,
 
И я, как сноп, лечу.
 
 
Епифанец
 
 
Щиты, тарасы
 
К монастырю свезли, а сами прочь
 
Ни с чем ушли. Спасибо завтра скажут
 
Монахи вам, — им топки на две будет,
 
На братский хлеб, на монастырский квас.
 
К монастырю тарасы! Пан Лисовский
 
С Сапегою и на небо полезут
 
По лестницам.
 
 
Беспута
 
 
До неба нам высоко,
 
А монастырь возьмем. Не отсидятся
 
Монахи в нем, хотя бы на защиту
 
К ним ангелы явились.
 
 
Епифанец
 
 
Ошибетесь.
 
 
Беспута
 
 
Спалим огнем его, порубим ратных,
 
Мучительски монахов перемучим
 
И поживем награбленным добром
 
До сытости и до отвалу.
 
 
Епифанец
 
 
Будто?
 
Поди-ка ты, какой проворный стал.
 
 
Беспута
 
 
А вы зачем бежали?
 
 
Епифанец
 
 
Надо было.
 
Не твоему уму про это ведать.
 
Без нужды я не побегу.
 
 
Беспута
 
 
Вы трусы!
 
 
Ураз
 
 
Болтай, болтай! Бежал, боялся Бога.
 
А ты пошел, рука-нога болит,
 
Еще пошел, совсем кончал.
 
 
Епифанец
 
 
Робятки!
 
Давайте нам поесть чего-нибудь.
 
 
Входит Максим Редриков.
Максим Редриков
 
 
Хвастливое-то слово гнило. Утром
 
Хвалились нам паны, что монастырь
 
Возьмут они взятьем; что мы недолго
 
Под Троицей в окопах простоим
 
И двинемся к Переяславлю ратью,
 
Потом в Ростов и дальше.
 
 
Епифанец
 
 
Не поверить
 
Панам нельзя, поверишь — ошибешься.
 
 
Максим Редриков
 
 
Придется нам зазимовать.
 
 
Епифанец
 
 
Пробьемся
 
И год, и два, и больше. Хорошенько
 
Насмотримся на каменные стены
 
Издалека, а близко не подпустят,
 
И прочь пойдем.
 
 
Максим Редриков
 
 
Утеха не велика.
 
Тоска возьмет и совесть одолеет.
 
Я по себе скажу: по воле царской
 
Стоим мы здесь; да, видно, Бог не хочет
 
В разор отдать святыни монастырской.
 
Зараз бы взять, и разговор короткий,
 
Покаялся б уж после заодно
 
За все грехи. А год бороться с Богом
 
И каждый день, вставая и ложась,
 
На те ж кресты молиться, по которым
 
Из пушек бьем; сшибать колокола
 
И с музыкой ходить против святыни,
 
Разбойником быть мало, — окаянным
 
Быть надобно.