Том 5. Пьесы 1867-1870

Епифанец
 
 
Что правда, друг, то правда.
 
Они поют молебны, по стенам
 
С иконами, с крестами, с водосвятьем,
 
А мы по них стреляем из наряда.
 
 
Максим Редриков
 
 
Ползи к стене в потемках, не защита
 
Железная кольчуга от пищалей.
 
Убьют тебя — не страшно: умирать же
 
Когда-нибудь, от смерти не уйдешь;
 
А вот беда: Господь-то запятнает
 
Да жизнь продлит; всего поискалечит,
 
Сведет дугой, отнимет ноги-руки
 
И знаменье положит на челе.
 
Живи потом на свете, людям на смех,
 
Калекою, детям на поруганье,
 
Отмеченный, что ты боролся с Богом.
 
Готов служить царю я, государю
 
Димитрию Иванычу, и буду
 
Изменников его и жечь и грабить,
 
Да только укажи другое место.
 
Хоть свой же дом спалю, а здесь неволей
 
Опустишь руки, голову повесишь.
 
 
Входит Савлуков.
Несколько голосов
 
 
Здорово, брат! — Откуда?
 
 
Савлуков
 
 
В Переславле
 
Замешкался. Работы много было.
 
Да труд зато недаром; переславцы
 
Взялись за ум, в измене повинились
 
И в Тушино отправили гонца
 
С повинною. Сбираются к Ростову
 
Отплачивать старинные обиды
 
И приводить ростовцев ко кресту
 
Природному царю и государю
 
Димитрию. Мне гетман пан Лисовский
 
Приказывал собрать людей немногих,
 
Кому стоять под Троицкою скучно,
 
В Ростов вести, на помощь переславцам.
 
Пожива есть; кто хочет, собирайся
 
В Ростов идти.
 
 
Максим Редриков
 
 
На свадьбу, на веселье
 
Зови меня, так, может, не пойду;
 
А вот в Ростов, так полечу на крыльях.
 
Давно я жду отрады, добираюсь
 
До города Ростова. Ну, Беспута,
 
Ты жечь и грабить лют; тебя беру я
 
В товарищи. Ростовским воеводой
 
Обижен я, пойдем считаться с ним!
 
Я головы жалеть не буду, только б
 
Сойтиться с ним лицом к лицу, напомнить
 
Про старое. Недаром я божился,
 
Зарок давал его обиды кровной
 
Не забывать.
 
 
Савлуков
 
 
Ты мне скажи спасибо,
 
Что я тебя и в Тушино привел
 
И указал в Ростов дорогу.
 
 
Максим Редриков
 
 
После.
 
Душа горит теперь, и сплю и вижу
 
В Ростове быть, в гостях у воеводы
 
Сеитова, незваным и нежданным,
 
И задушить хозяина руками,
 
И на ветер пустить его хоромы;
 
Тогда тебе я в ножки поклонюсь.
 
 
Савлуков
 
 
Соснем часок и, чуть забрезжит утро,
 
Сбираться в путь, в Ростов.
 
 
Ураз
 
 
Айда в Ростов!
 
 
Максим Редриков
 
 
Идем! Идем! За мной не станет дело!
 
 
Беспута и Чика
 
 
И мы пойдем, товарищу поможем.
 
 
Все уходят.
  
Сцена восьмая
 
ЛИЦА:
Сеитов.
Дементий Редриков.
Николай Редриков.
Людмила, жена его.
Максим Редриков.
Беспута.
Ураз.
Скурыгин.
Стрелецкий сотник.
Боярский сын.
Нянька.
Лисовский.
Слуги воеводские.
Стрельцы.
Терем в доме Сеитова, в Ростове.
Входят Дементий Редриков, Николай Редриков и Людмила.
Людмила
 
 
Вот, батюшка, ты радости дождался:
 
Сынка женил и дочку взял.
 
 
Николай Редриков
 
 
Родимый,
 
По сердцу ли тебе моя женитьба?
 
 
Дементий Редриков
 
 
Чего ж еще? По сыну мне почет,
 
По дочери защита, от приказных
 
Ее отец, мой сват, оборонит.
 
Домой приехать да сказать старухе, —
 
Не вспомнится от радости.
 
 
Людмила
 
 
Мы вместе
 
Поехали б; сбираемся в Москву,
 
Дорог-то нет, заложены ворами.
 
 
Дементий Редриков
 
 
Проселками проедем. Все дорожки
 
Мне ведомы лесные. Ты старуху
 
Полюбишь ли? Она простая баба,
 
А ты княжна и дочка воеводы,
 
Богатая и знатная.
 
 
Людмила
 
 
Да если
 
Ее сынка любимого люблю я,
 
Так как же мать не полюбить!
 
 
Дементий Редриков
 
 
Ну то-то!
 
Люби ее, хорошая старуха!
 
Добра, кротка и терпелива. Сына
 
Ты любишь ли?
 
 
Людмила
(обнимая Николай Редрикова)
 
 
Его-то не любить!
 
Он жизнь моя, одна отрада, душу
 
Я за него отдам.
 
 
Дементий Редриков
 
 
Ну, так и надо,
 
Закон велит. Он тоже парень тихий,
 
Незлобивый, он матушкин сынок
 
И весь в нее. А ты, Никола, любишь
 
Жену свою?
 
 
Николай Редриков
 
 
Спроси у вольной птички,
 
Мила ли ей свобода в поднебесье;
 
Потом спроси, мила ли мне жена.
 
 
Дементий Редриков
 
 
Не гневайтесь на старика. Привязчив,
 
Пытлив старик и любит приказать;
 
Хоть дети уж давно его умнее,
 
А все ж нельзя, такой порядок. Право,
 
Не гневайтесь.