Том 4. Пьесы 1865-1867

Басманов входит; полы шатра закрываются.
Басманов
(кланяясь в ноги)
 
 
Царица наша, наша мать родная,
 
Ужли холопа Петьку позабыла?
 
 
Царица Марфа
 
 
Ты, Петя, встань! Ты молод был тогда.
 
 
Басманов
 
 
Великий царь и государь Димитрий
 
Иванович зовет в свой город стольный
 
Тебя, царицу.
 
 
Царица Марфа
 
 
Ох, везут насильно,
 
А не зовут меня!
 
 
Басманов
 
 
Он повелитель,
 
Не только звать и приказать он может —
 
Сама бы ты должна навстречу сыну
 
Не ехать, а лететь.
 
 
Царица Марфа
 
 
Навстречу сыну?
 
Где сын-то мой, Петр Федорыч? Где сын-то?!
 
Не знаешь ты, так я тебе скажу:
 
Я в Угличе его похоронила,
 
От слез моих там реки протекли…
 
 
Басманов
 
 
Не говори, царица! жив Димитрий
 
Иванович.
 
 
Царица Марфа
(не слушая)
 
 
У Спаса мы стояли
 
Обедню с ним в субботний день, на память
 
Пахомия Великого; в ту пору
 
Послал Господь такой-то красный день,
 
И таково тепло…
 
 
Басманов
 
 
Царица наша,
 
Таких речей мне слушать непригоже!
 
 
Царица Марфа
(не слушая)
 
 
И, быть греху, пришли мы от обедни,
 
Пошла я вверх, сижу да отдыхаю,
 
А он внизу с ребятками играет;
 
Известно дело, ноги молодые
 
Не устают; и понесли нам еству;
 
Хочу я встать — царевича покликать,
 
Вдруг слышу крик, так сердце и упало!
 
Бегу с крыльца, кормилка держит Митю,
 
А он кончается, а сука мамка…
 
 
Басманов
 
 
Забудь про все! Одно, царица, помни,
 
Что ты всю жизнь терпела от злодеев.
 
И сам Борис, и все его холопы
 
Над царскою вдовою издевались.
 
Пришла пора поцарствовать тебе,
 
Назло врагам твоим, на радость братьям
 
И сродникам, опальным, заключенным.
 
 
Царица Марфа
 
 
Прошли года, во мне затихла злоба;
 
От радостей мирских я отреклась.
 
Борис в могиле — нас Господь рассудит
 
Его холопям мстить я не хочу!
 
Вот если б вы в то время догадались,
 
Как я в слезах, обрызганная кровью
 
Царевича, по Угличу металась,
 
Безумная, звала людей и Бога,
 
Кровавые поднявши к небу руки,
 
На месть Борису, — если бы тогда
 
Восстала Русь, Литва и вся Украйна
 
На этот род проклятый годуновский,
 
Разлучников единокровных братьев,
 
И надо было, чтоб царевич ожил,
 
Воскрес убитый, — я тогда бы сыном
 
Подкидыша паршивого признала,
 
Щенка слепого детищем родным!..
 
 
Басманов
 
 
Замкни уста! Ты Дмитрия не знаешь!
 
Он наша радость, наше упованье.
 
Остановись! Душа моя не стерпит,
 
Не вынесет она позорной брани.
 
 
Царица Марфа
 
 
Пугать меня! — жену царя Ивана,
 
Того Ивана, перед кем вы прежде,
 
Как листья на осине, трепетали!
 
Я не боялась и царя Бориса,
 
Не побоюсь тебя, холоп!
 
 
Входит Дмитрий.
Басманов
 
 
Царевич!
 
 
(Уходит.)
Дмитрий
(бросается к царице)
 
 
Родимая!
 
 
Царица Марфа
(останавливая его посохом)
 
 
Постой-ка! Ничего-то
 
Ты не похож.
 
 
(Отворачивается)
Дмитрий
 
 
Зачем тебе наружность?
 
Моя душа горит к тебе любовью
 
Сыновнею!
 
 
(Целует ей руку.)
 
 
Пока ты в заключенье,
 
Среди старух, отживших и бранчивых,
 
Постом невольным изнуряла тело,
 
И молодость свою в слезах губила,
 
И вянул даром блеск очей твоих
 
И величавость царственного стана,
 
Я трон тебе готовил, я злодеев
 
Твоих губил, сбирал твой род и племя
 
По годуновским тюрьмам, и вкруг трона
 
Поставил их в блестящем одеянье
 
Сановников ближайших! Я очистил
 
Широкий путь тебе в твою столицу;
 
А ты взглянуть не хочешь на меня
 
И гонишь прочь, как недруга?
 
 
Царица Марфа
 
 
Молиться
 
Всю жизнь мою за милости твои
 
И чтить в тебе царя — рабой, коль хочешь,
 
Служить тебе я с радостию буду;
 
Но матерью!.. Нет! сердца не обманешь!
 
Не так оно забьется, если сына
 
Родимого прижмешь к своей груди.
 
Пусти меня опять в мою обитель —
 
Не сын ты мне.
 
 
Дмитрий
 
 
А много ль нежной ласки
 
Ты видела от сына? И не скучно
 
Без ласки жить тебе?.. Ребенком малым,
 
Играючи, он прибегал к тебе
 
Склонить свою головку на колена
 
И засыпать под шепот нежных слов;
 
Другой любви и ласки он не ведал.
 
Прошло и то, и рано ты осталась
 
С сиротскими слезами вековать!
 
 
Царица Марфа плачет.
 
 
Припал ли он хоть раз к твоим коленам
 
Царем в венце и бармах Мономаха,
 
При радостных слезах всего народа?
 
Просил ли он себе благословенья
 
Землею править, суд и правду деять,
 
Прощать виновных именем священным
 
Царицы-матери, несчастным слезы
 
Ее руками отирать?