Полное собрание стихотворений под ред. Фридмана

 
Переход русских войск через Неман 1 января 1813 года: 
(Отр. из большого стихотворения) 
("Снегами погребен, угрюмый Неман спал...") 
Снегами погребен, угрюмый Неман спал. 
Равнину льдистых вод и берег опустелый 
   И на брегу покинутые села 
       Туманный месяц озарял. 
Всё пусто... Кое-где на снеге труп чернеет, 
И брошенных костров огонь, дымяся, тлеет, 
         И хладный, как мертвец, 
         Один среди дороги, 
       Сидит задумчивый беглец 
Недвижим, смутный взор вперив на мертвы ноги. 
И всюду тишина... И се, в пустой дали 
Сгущенных копий лес возникнул из земли! 
Он движется. Гремят щиты, мечи и брони, 
       И грозно в сумраке ночном 
Чернеют знаменА, и ратники, и кони: 
Несут полки славян погибель за врагом, 
Достигли Немана — и копья водрузили. 
Из снега возросли бесчисленны шатры, 
   И на брегу зажженные костры 
Всё небо заревом багровым обложили. 
         И в стане царь младой 
         Сидел между вождями, 
И старец-вождь пред ним, блестящий сединами 
      И бранной в старости красой. 
1813 (?) 
Переход русских войск через Неман 1 января 1813 года. Впервые —«Славянин», 1830, № 3, стр. 209—210. Полностью стихотворение Батюшкова до нас не дошло. Отрывок посвящен началу заграничного похода русской армии. Батюшков в переходе через Неман не участвовал, так как вступил в армию позднее. 
Задумчивый беглец — солдат или офицер разбитой наполеоновской армии. 
Царь младой — Александр I. 
Старец-вождь — М. И. Кутузов. В своих письмах Батюшков с восторгом говорил о «подвигах Кутузова» (Соч., т. 3, стр. 268). 
 
<Отрывок из Шиллеровой трагедии "Die Braut von Messina" ("Мессинская невеста")> 
("Приникни с горней высоты...") 
Донна Изабелла, дон Эммануил и дон Цезарь
(ее дети) 
Д. Изабелла
(выступая с сынами) 
Приникни с горней высоты, 
Заступница печальных смертных, 
И сердце удержи мое 
В границах должного смиренья! 
Я матерь: в радости могу, 
Взирая на сынов, забыться 
И жертвой гордости упасть. 
Ах, в первый жизни раз 
Их совокупно обнимаю; 
До сей минуты вожделенной 
Таила в сердце глубоко 
Горячность верную к сынам, 
Равно для матери бесценным! 
В объятьях одного другой 
Мне должен был казаться мертвым; 
Два сына мне дала судьба, 
Но сердце, их любить, одно... 
Ах, дети, молвите: могу ли 
Вас обоИх равно обнять 
В восторгах радости безмерной? 
(К д. Эммануилу) 
Не раню ль ревность я твою, 
Сжимая Цезареву руку? 
(К д. Цезарю) 
Скажи, обидели ль тебя 
Любви моей ко брату знаки? 
Я трепещу: моя любовь 
В вас злобы пламень раздувает! 
Чего мне ждать? Вещайте, дети! 
С какою мыслию стеклись? 
Иль древняя вражда воспрянет, 
Непримиримая и здесь, 
В дому родителей священном? 
Или за прагом меч и нож, 
И гнев, скрежещущий зубами, 
Вас ожидают, несчастливцы? 
Что шаг от матери, то смерть, 
Что шаг, то новы преступленья! 
Хор
Мир или злоба? Жребий не вынут; 
Скрыто глубоко, что будет, от нас: 
Меч иль оливу братья отринут — 
Мы не трепещем и станем за вас! 
Д. Изабелла
Какие злобны восклицанья! 
Что мужи бранные хотят? 
Или войну готовят здесь 
У алтарей гостеприимных? 
К чему мечи, когда с любовью 
Здесь матерь обняла детей? 
Или в объятиях ее 
Страшитесь адския измены 
И змий-предателей?.. Враги — 
Так, не друзья — толпы наемных, 
Слепые слуги мести вашей, 
Раздор несущи по следам! 
Нет, не друзья, не верьте им: 
Не молвят доброго совета! 
Одна боязнь и вечный страх 
Куют им раболепны руки, 
Всегда готовые на зло. 
Вы научитесь, дети, знать 
Сей род и низкий, и строптивый: 
Он кровожадный власти червь, 
Он силы тайный поядатель! 
О дети, сколь опасен мир: 
Он полон лести и лукавства. 
Какие узы прочны здесь? 
Где постоянны человеки, 
Поклонники корысти бренной? 
Природа лишь одна верна 
На якоре своем нетленном, 
И счастлив тот, кому дает 
Сопутником в сей жизни брата! 
Хор
Други, вещала вам правду она! 
Ей вся открыта сердец глубина, 
Мы же, как снасти лишенные челны, 
Летим на погибель в житейские волны! 
Д. Изабелла
(К д. Цезарю) 
О ты, прижавший меч во длани, 
Склонивший ниц ревнивый взор, 
Воззри окрест и будь судья: 
Кто брату красотой подобен? 
(К д. Эммануилу) 
Ответствуй мне из сей толпы 
Кто Цезаря затмит красою? 
Вы оба, юноши, равно 
Наделены рукой природы. 
Молю, воззрите на себя, 
Уверьтесь в истине очами! 
Из тысячи твоя рука 
Его, как друга бы, прижала 
И братом сердце нарекло! 
О, ослепление страстей, 
Плод ревности и злости адской! 
Когда судьбина в колыбели 
Друг другом наделила вас, 
Забыв родства и крови узы 
В кипящих, как волкан, страстях, 
К ногам повергнув дар природы, 
Клевретов нарекли друзьями, 
Врагам любовью поклялись! 
Д. Эммануил
О, выслушай меня! 
Д. Цезарь
(вступая в речь) 
                               Дай слово 
Мне молвить, матерь... 
Д. Изабелла
                                    Нет! 
Слова не укротят вражды: 
Здесь месть с обидою взаимны, 
Здесь ненависть таится глубоко. 
Кто знает, где огонь сей адский, 
Объявший пламенем сердца, 
Огонь ужасный, сокровенный, 
Одетый лавой древних дней? 
Обида с юной жизни здесь 
Растет, мужает беспрестанно, 
И муж за юношу — нам враг! 
Увы, от младости безумной 
Вы, братья, дышите на зло! 
Лета б должны обезоружить 
Враждующих. Воззрите вспять: 
Где ненависти первой семя? 
Среди гремушек, детских игр 
И лепетания младенцев, 
Там зла виновное начало, 
Там горести источник вечный! 
Но устыдитеся, вы — мужи! 
(Берет обоих за руки) 
Желанный мною час настал! 
Сойдитесь, милые! Решитесь 
Вины взаимные забыть! 
В душе великой, благородной 
Прощенье выше всех побед. 
В могилу древнего отца 
Повергните вражды ехидну, 
Готовую известь безумных; 
Любви и миру дайте жизнь 
И обновитеся сердцами! 
(Отступает шаг назад, как будто желая дать место братьям 
приближиться взаимно; но они оба неподвижны, взоры их 
устремлены в землю.) 
Хор
Братья, почтите матери волю! 
Слово святое вам зарекла: 
Кончить годину мести и зла. 
Братья, иль снова к ратному полю? 
Слепо мы делим ваши судьбы: 
Вы — властелины, мы же — рабы. 
Д. Изабелла
(в молчании, несколько минут напрасно ожидая примирения 
братьев, говорит с чувством глубокой горести) 
     Довольно! силу слов 
И заклинаний истощила! 
В могиле тот, кто мог владеть 
Строптивыми сынов сердцами. 
Что я? Увы, печальная вдова! 
Мой глас — бессильный глас молитвы! 
Довольно! Полная свобода: 
Отдайтесь демону вражды 
На гнев, на новые обиды! 
Чего стыдиться вам? Жены, 
Сих стен, сих алтарей безмолвных? 
Под сенью их, где ваши колыбели 
На радость некогда стояли, 
Братоубийством осквернитесь, 
Облейтесь кровию своей 
И грудь на грудь, в неистовом пылу, 
Как Полиник, как Этеокл проклятый, 
Друг друга задушите вы 
В объятиях, достойных ада... 
Хор
О, ужас, что матерь вам здесь зарекла! 
Годину печали, тревоги и зла, 
А в жизни грядущей и скрежет, и муки! 
Да будут же чисты от гибели руки, 
Да с миром вас примет родителей дом! 
Смиритесь, о братья, есть на небе гром! 
Д. Цезарь
(не смотря на брата) 
Ты — старший брат, начни же речь, 
Я отвечать тебе готов! 
Д. Эммануил
(в подобном положении) 
Сам молви ласковое слово, 
Ты — младший, дай любви пример! 
Д. Цезарь
Не потому, что я виновен 
Иль брата старшего слабей? 
Д. Эммануил
Всем доблесть рыцаря известна: 
Ты скромен, следственно, не слаб. 
Д. Цезарь
Или так мыслишь ты о брате 
Воистину? 
Д. Эммануил
               Не знаю лжи; 
Как ты, душою выше чванства. 
Д. Цезарь
Презренья не могу снести; 
Но ты в пылу жестокой распри 
О брате низко не вещал! 
Д. Эммануил
Моей ты смерти не алкал. 
Я знаю: ты казнил монаха, 
Что мне готовил тайно яд. 
Д. Цезарь
О, если б брата прежде знал! 
Что было... верно б не случилось! 
Д. Эммануил
Не зная сердца твоего, 
Я матерь горестно обидел. 
Д. Цезарь
Ты мне жестоким был описан. 
Д. Эммануил
Несчастие: князей клевреты 
Владеют тайно их душой! 
Д. Цезарь
(быстро) 
Всему виновники они... 
Д. Эммануил
Два сердца разлучивши злобой... 
Д. Цезарь
Наветом, хитрой клеветой... 
Д. Эммануил
И ядом лести и коварства... 
Д. Цезарь
Питая яростную рану... 
Д. Эммануил
Нас сделали рабами их... 
Д. Цезарь
Игралищем страстей чужих. 
Д. Эммануил
Так, правда! чуждый друг неверен! 
Д. Цезарь
Опасный: матерь нам вещала. 
Д. Эммануил
Так дай же руку, милый брат! 
Д. Цезарь
Она твоя навеки, брат! 
Д. Эммануил
Чем боле на тебя смотрю, 
Тем боле, с сладким удивленьем, 
Сретаю матери черты... 
Д. Цезарь
Вглядись, как сходен ты со мной: 
Бесценное для брата сходство! 
Д. Эммануил
Ты ль это, брат? Твои ли речи 
И ласки к младшему, скажи? 
Д. Цезарь
Ты ль это, юноша прелестный, 
Столь злобный некогда мне враг? 
Д. Эммануил
Как права, требуя коней 
Из славного отца наследства, 
Ты рыцаря прислал за ними, 
И я дал рыцарю отказ. 
Д. Цезарь
Они твои, не мыслю боле... 
Д. Эммануил
Нет! нет! твои — и колесница... 
Прими как брата первый дар! 
Д. Цезарь
Приму, но ты сей твердый замок, 
Воздвигнутый над морем шумным, 
Вражды источник обоюдный, 
Прими как дань любви моей! 
Д. Эммануил
Я не приму, но вместе там 
Как братья станем жить отныне! 
Д. Цезарь
Ты прав, к чему добром делиться, 
Когда два сердца заодно? 
Д. Эммануил
Союзом будем мы сильнее; 
Против врагов, против судьбины 
Нам дружба неизменный щит! 
Д. Цезарь
Отныне мой ты стал навеки! 
Хор
Но что мы, клевреты, стоим в неприязни? 
Примеры благие дают нам князья: 
Сомкнем же десницы без низкой боязни 
И будем отныне навеки друзья!