Будем как солнце. Книга символов

 
КОСТРЫ 
Да, и жгучие костры 
Это только сон игры. 
Мы играем в палачей. 
Чей же проигрыш? Ничей.  
Мы меняемся всегда. 
Нынче «нет», а завтра «да». 
Нынче я, а завтра ты. 
Все во имя Красоты.  
Каждый звук — условный крик. 
Есть у каждого двойник. 
Каждый там глядит как дух, 
Здесь телесно грезит вслух.  
И пока мы здесь дрожим, 
Мир всемирный нерушим. 
Но в желаньи глянуть вниз 
Все верховные сошлись.  
Каждый любит, тень любя, 
Видеть в зеркале себя. 
И сплетенье всех в одно 
Глубиной повторено.  
Но, во имя глубины, 
Мы страдаем, видя сны. 
Все мы здесь, наоборот, 
Повторяем небосвод.  
Свет оттуда — здесь как тень, 
День — как ночь, и ночь — как день. 
Вечный творческий восторг 
Этот мир как крик исторг.  
Мир страданьем освящен, 
Жги меня, и будь сожжен. 
Нынче я, а завтра ты, 
Все во имя Красоты. 
 
ТАЙНА ГОРБУНА 
Ты, конечно, проходил 
По обширным городам. 
Много мраков и светил, 
Много разных чудищ там.  
Поглядишь и там и тут, 
Видишь полчища людей. 
Целый мир в любом замкнут, 
Мир обманов и затей.  
Почему у горбуна 
Так насмешливо лицо? 
В этом доме два окна, 
Есть в нем дверь и есть крыльцо.  
Что ж, войдем и поглядим. 
В этом скрыто что-нибудь. 
Если мы душою с ним, 
Он не может дверь замкнуть.  
Мы заходим в темный ход, 
Видны знаки по стенам. 
Опрокинут небосвод. 
И немножко жутко нам!  
Ум наш новостью смущен, 
Искаженность манит нас. 
Здесь нежданный свет зажжен, 
Постоянный свет погас.  
Кто вошел в такой уют, 
К Сатане он бросил взгляд 
В этой храмине поют, 
И, как в храме, здесь кадят.  
Кверху поднятым лицом 
Примешь небо и весну. 
Спину выгнувши кольцом, 
Встретишь мрак и глубину.  
И невольно душит смех, 
И ликует как змея. 
Оттого что тайный грех — 
Оттененье бытия.  
Оттого у горбуна 
И насмешливо лицо. 
Эта странная спина— 
Сатанинское кольцо! 
 
ГОЛОС ДЬЯВОЛА 
Я ненавижу всех святых, 
Они заботятся мучительно 
О жалких помыслах своих, 
Себя спасают исключительно.  
За душу страшно им свою, 
Им страшны пропасти мечтания, 
И ядовитую Змею 
Они казнят без сострадания.  
Мне ненавистен был бы Рай 
Среди теней с улыбкой кроткою, 
Где вечный праздник, вечный май 
Идет размеренной походкою.  
Я не хотел бы жить в Раю, 
Казня находчивость змеиную, 
От детских дней люблю Змею, 
И ей любуюсь, как картиною.  
Я не хотел бы жить в Раю, 
Меж тупоумцев экстатических. 
Я гибну, гибну — и пою, 
Безумный демон снов лирических. 
 
ВРАГ 
У меня был враг заклятый, 
    У меня был враг. 
На его постели смятой 
Хохот демона проклятый 
Оживлял полночный мрак. 
    Без него жена смеялась, 
    Обнималась, целовалась. 
    Хохот демона был мой. 
    Побыл с ней. Ай-да! Домой!  
Враг заклятый был далеко. 
    Возвратился. «Честь!» 
Ты, без страха и упрека! 
Я, как ты, во власти рока. 
Хочешь? Что же, месть, так месть. 
    Час и место. Мы явились. 
    Мы сошлись и поклонились. 
    Чей-то взор покрылся тьмой. 
    Хохот демона был мой!