Стихотворения

* * *
 
 
Черные тучи проносятся мимо
 
Сел, нив, рощ.
 
Вот потемнело и пыль закрутилась, —
 
Гром, блеск, дождь.
 
 
 
Соснам и совам — потеха ночная:
 
Визг, вой, свист.
 
Ты же, светляк, свой зеленый фонарик
 
Спрячь, друг, в лист.
 
 
1920, Москва
 
18 ноября 1922, Saarow
 
* * *
 
 
Трудолюбивою пчелой,
 
Звеня и рокоча, как лира,
 
Ты, мысль, повисла в зное мира
 
Над вечной розою — душой.
 
 
 
К ревнивой чашечке ее
 
С пытливой дрожью святотатца
 
Прильнула — вщупаться, всосаться
 
В таинственное бытие.
 
 
 
Срываешься вниз головой
 
В благоухающие бездны —
 
И вновь выходишь в мир подзвездный,
 
Запорошенная пыльцой.
 
 
 
И в свой причудливый киоск
 
Летишь назад, полухмельная,
 
Отягощаясь, накопляя
 
И людям — мед, и Богу — воск.
 
 
5 февраля 1923
 
Saarow
 
* * *
 
 
Сквозь облака фабричной гари
 
Грозя костлявым кулаком,
 
Дрожит и злится пролетарий
 
Пред изворотливым врагом.
 
 
 
Толпою стражи ненадежной
 
Великолепье окружа,
 
Упрямый, но неосторожный,
 
Дрожит и злится буржуа.
 
 
 
Должно быть, не борьбою партий
 
В парламентах решится спор:
 
На европейской ветхой карте
 
Все вновь перечертит раздор.
 
 
 
Но на растущую всечасно
 
Лавину небывалых бед
 
Невозмутимо и бесстрастно
 
Глядят: историк и поэт.
 
 
 
Людские войны и союзы,
 
Бывало, славили они;
 
Разочарованные музы
 
Припомнили им эти дни —
 
 
 
И ныне, гордые, составить
 
Два правила велели впредь:
 
Раз: победителей не славить.
 
Два: побежденных не жалеть.
 
 
4 октября 1922, Берлин
 
11 февраля 1923, Saarow
 
  
Себе
 
 
 
Не жди, не уповай, не верь:
 
Всё то же будет, что теперь.
 
Глаза усталые смежи,
 
В стихах, пожалуй, ворожи,
 
Но помни, что придет пора
 
И шею брей для топора.
 
 
23 апреля 1923
 
Saarow
 
* * *
 
 
Доволен я своей судьбой.
 
Все — явь, мне ничего не снится.
 
Лесок сосновый, молодой;
 
Бежит бесенок предо мной;
 
То хрустнет веточкой сухой,
 
То хлюпнет в лужице копытце.
 
Смолой попахивает лес,
 
Русак перебежал поляну.
 
Оглядывается мой бес.
 
«Не бойся, глупый, не отстану:
 
Вот так на дружеской ноге
 
Придем и к бабушке Яге.
 
Она наварит нам кашицы,
 
Подаст испить своей водицы,
 
Положит спать на сеновал.
 
И долго, долго жить мы будем,
 
И скоро, скоро позабудем,
 
Когда и кто к кому пристал
 
И кто кого сюда зазвал».
 
 
10 июня 1923
 
Saarow
 
  
Романс
 
 
 
В голубом Эфира поле
 
Ходит Веспер золотой.
 
Старый Дож плывет в гондоле
 
С Догарессой молодой.
 
 
 
Догаресса молодая
 
На супруга не глядит,
 
Белой грудью не вздыхая,
 
Ничего не говорит.
 
 
 
Тяжко долгое молчанье,
 
Но, осмелясь наконец,
 
Про высокое преданье
 
Запевает им гребец.
 
 
 
И под Тассову октаву
 
Старец сызнова живет,
 
И супругу он по праву
 
Томно за руку берет.
 
 
 
Но супруга молодая
 
В море дальнее глядит.
 
Не ропща и не вздыхая,
 
Ничего не говорит.
 
 
 
Охлаждаясь поневоле,
 
Дож поникнул головой.
 
Ночь тиха. В небесном поле
 
Ходит Веспер золотой.
 
 
 
С Лидо теплый ветер дует,
 
И замолкшему певцу
 
Повелитель указует
 
Возвращаться ко дворцу.
 
 
20 марта 1924
 
Венеция
 
* * *
 
 
Пока душа в порыве юном,
 
Ее безгрешно обнажи,
 
Бесстрашно вверь болтливым струнам
 
Ее святые мятежи.
 
 
 
Будь нетерпим и ненавистен,
 
Провозглашая и трубя
 
Завоеванья новых истин, —
 
Они ведь новы для тебя.
 
 
 
Потом, когда в своем наитье
 
Разочаруешься слегка,
 
Воспой простое чаепитье,
 
Пыльцу на крыльях мотылька.
 
 
 
Твори уверенно и стройно,
 
Слова послушливые гни
 
И мир, обдуманный спокойно,
 
Благослови иль прокляни.
 
 
 
А под конец узнай, как чудно
 
Все вдруг по-новому понять,
 
Как упоительно и трудно,
 
Привыкши к слову, — замолчать.
 
 
22 августа 1924
 
Hollywood