Испанские поэты XX века

Часть 44 из 154 Информация о книге
* * *
  «Разорвана туча. И в небе…»
 Перевод В. Столбова
   Разорвана туча. И в небе
 сияет чудо дуга…
 Кисея из дождя и солнца
 наброшена на луга…
 
  …Проснулся… Что замутило
 волшебное зеркало сна?..
 Встревоженно сердце билось,
 темнела вокруг тишина…
 
  …Цветенье лимонных рощ,
 кипарисов немые ряды,
 радуга, солнце, дождь…
 В кудрях твоих брызги воды!..
 
  И все это в памяти сгинет,
 как в воздухе мыльный пузырь.
 
 
* * *
  «Меня позвали на пороге сна…»
 Перевод И. Копостинской
   Меня позвали на пороге сна…
 Любимый голос звал, давно ушедший:
 «Скажи, пойдешь туда, где ждет душа?»
 И сердца моего коснулась нежность.
 «С Тобой всегда…» И я пошел во сне
 по длинной и пустынной галерее.
 Я помню белизну Ее одежд,
 доверчивой руки прикосновенье.
 
 
  Детский сон
 Перевод М. Квятковской
   Той лучистой ночью,
 праздничной и лунной,
 ночью снов ребячьих,
 ночью ликованья —
 
  о душа! — была ты
 светом, а не мглою,
 и не омрачалось
 локонов сиянье!
 
  На руках у феи,
 юной и прекрасной,
 я смотрел на площадь
 в праздничном сверканье,
 
  и любовь, колдуя
 в блеске фейерверка,
 выплетала танца
 тонкое вязанье.
 
  Этой светлой ночью,
 праздничной и лунной, —
 ночью снов ребячьих,
 ночью ликованья —
 
  крепко меня фея
 в лоб поцеловала
 и рукой махнула
 нежно на прощанье.
 
  Все щедрее розы
 разливали запах,
 и любовь раскрылась
 в дремлющем сознанье.
 
 
* * *
  «Когда бы я старинным был поэтом…»
 Перевод Ю. Петрова
   Когда бы я старинным был поэтом,
 я взгляд бы ваш прославил в песне, схожей
 с прозрачнейшей водой, потоком светлым
 струящейся на мрамор белокожий.
 
  Я все сказал бы лишь одним куплетом,
 в который плеск всей песни был бы вложен:
 
  — Я знаю сам, что мне не даст ответа,
 да и спросить не хочет и не может
 ваш взгляд, что полон благостного света,
 расцвета мира летнего — того же,
 что видел я в младенческие лета
 в объятьях материнских в день погожий…
 
 
* * *
  «Ветерок постучался негромко…»
 Перевод В. Столбова
   Ветерок постучался негромко
 в мое сердце при свете зари.
 
  — Я принес ароматы жасмина,
 ты мне запахи роз подари.
 
  — Мой сад зарастает бурьяном,
 и все розы мои мертвы.
 
  — Я возьму причитанья фонтанов,
 горечь трав и опавшей листвы…
 
  Ветерок улетел… Мое сердце в крови…
 Душа! Что ты сделала с садом своим… ^{35}
 
 
* * *
  «Сегодня ты будешь напрасно…»
 Перевод В. Андреева
   Сегодня ты будешь напрасно
 искать утешенья страданью.
 
  Умчались, пропали бесследно
 феи твоих мечтаний.
 Вода застывает, бесшумна,
 и сад умирает, безмолвен.
 Остались лишь слезы для плача,
 лишь слезы… Но лучше — молчанье. ^{36}
 
 
* * *
  «И нет в том беды, что вино золотое…»
 Перевод Ю. Петрова
   И нет в том беды, что вино золотое
 плеснет через край хрустального кубка
 или сок запятнает прозрачность бокала…
 
  Тебе знакомы тайны галереи
 души твоей, дороги снов знакомы
 и к вечеру ведущие аллеи,
 к закату, к смерти… Ждут уже тебя там
 безмолвного существованья феи,
 они в сады, где нет весне предела,
 тебя однажды привести сумеют.
 
 
* * *
  «Ушедших времен приметы…»
 Перевод М. Квятковской
   Ушедших времен приметы,
 кружева и шелк обветшалый,
 в углу — забытые четки,
 паутина под сводами залы;
 
  нечеткие дагерротипы
 и выцветшие картинки,
 недочитанные книжонки,
 меж страниц — сухие былинки;
 
  причуды романтики старой,
 отжившей моды созданья,
 в прошлом вещи — душа, и песня,
 и бабушкины преданья.
 
 
* * *
  «Любимый дом, в котором…»
 Перевод О. Савича
   Любимый дом, в котором
 она жила когда-то,
 стоит над кучей сора, весь разрушен,
 повержен без возврата, —
 из дерева скелет
 источенный, и черный, и разъятый.
 
  Луна свой свет прозрачный
 льет в сны и красит окна серебром
 вокруг. Одетый плохо и печальный,
 по старой улице бреду пешком.
Перейти к странице:
Предыдущая страница
Следующая страница