Испанские поэты XX века

  
УТРО В САДУ
 
Перевод С. Гончаренко
 
 
 
Спит ребенок в коляске…
 
 
 
Заливаются птицы.
 
На дрожащие краски
 
солнце в листьях дробится.
 
 
 
Сколько тянется утро
 
без конца и без края:
 
вечность или минуту?
 
 
 
О мгновенном и вечном
 
и не подозревая,
 
спит ребенок в коляске.
 
 
 
Заливаются птицы…
 
На дрожащие краски
 
солнце в листьях дробится.
 
 
  
ИДЕАЛЬНАЯ ЭПИТАФИЯ
 
Перевод Н. Горской
 
 
 
                                        Кто?
 
Апрель! Одинокий и голый,
 
белый мой конь, мой скакун счастливый?..
 
 
 
Взметнулся, подобно взрыву, и росы
 
пролил на розы; и камни ворочал
 
в руслах потоков и напророчил
 
потопы света и птичьи взлеты.
 
 
 
Твой пот, твое задыханье и пена
 
не по-земному прекрасны…
 
Скачи же, скачи, о мой конь атласный!
 
Апрель, апрель, ты вернулся —
 
белый скакун
 
растраченной страсти!
 
 
 
Взглядом тебя ласкаю, не отрываю
 
глаз от белой лунности лба,
 
где сверкает угольно-черный алмаз.
 
 
 
Апрель, апрель… Где же твой всадник светлый?
 
Погибла любовь, погибла, апрель!..
 
 
  
ИДЕАЛЬНОЕ МОРЕ
 
Перевод Н. Горской
 
 
 
Свет маяка —
 
словно вздох ребенка, который
 
почти что бог — до нас едва долетает.
 
 
 
         …Какие просторы!..
 
 
 
И мнится мне,
 
что зажжен маяк не для морей зловещих,
 
а для вечности ве́щей.
 
 
  
Музыка
 
Перевод Н. Горской
 
 
 
Внезапно, как взрыв
 
пронзенной болью души,
 
страсти струя раздробила
 
тень — так настежь открыв
 
балкон, женщина, в ливне слез,
 
в наготе, простирает до звезд
 
порыв умереть ради смерти самой,
 
безумие жизни преодолев…
 
 
 
И — все, не вернется вновь никогда, —
 
      как женщина или вода, —
 
но останется в нас, взрываясь, дробясь
 
огнем или отблесками огней, —
 
до скончания дней.
 
 
  
ПЕСНЯ
 
(«В выси — птицы пение…»)
 
Перевод В. Андреева
 
 
(Серебристый тополь)
 
 
В выси — птицы пение,
 
а внизу — ручья.
 
Ввысь и вниз — стремление,
 
ты, душа моя.
 
 
 
К звездам — птиц влечение,
 
а к цветку — ручья.
 
Ввысь и вниз — смятение,
 
ты, душа моя.
 
 
  
МИНЕРВА {9}
 
Перевод Н. Горской
 
 
 
Как черная ночь глухая
 
полнотою мысли моей набухает!
 
— Все затихает
 
под сенью тени!
 
 
 
Как проникает темень
 
в игольное ушко сокровеннейших откровений
 
глядя застывшей зеленью звездного взгляда!..
 
Темень, сова извечных загадок…
 
 
  
БЕССОННИЦА
 
(«Земля уснула. Я один сейчас…»)
 
Перевод Г. Кружкова
 
 
 
Земля уснула. Я один сейчас —
 
ее бессонный разум…
 
 
 
Когда б она могла,
 
с несметными богатствами своими,
 
повиноваться мне! когда бы вдруг
 
ум чей-то новоявленный — мой ум —
 
стал управлять огромным этим телом!
 
 
 
О яркий день,
 
в котором, воплотясь,
 
томления ночные могут стать
 
той силою, что движет миром!
 
Дай мне проснуться завтра на заре
 
владельцем правды,
 
вечной и свободной!
 
 
  
ОНО
 
Перевод М. Самаева
 
 
 
Существует. Я видел.
 
Оно меня тоже.
 
 
 
Глубина и черная стройность —
 
оно возникало опять и опять
 
в белой молнийной прозелени,
 
как дивноокое древо ночи,
 
чередой чарующих бездн.
 
 
 
И я в себе ощущал всякий раз:
 
своей моментальностью молния словно
 
леденила мои ощущенья.
 
 
 
Существует: я видел и даже владел.
 
И оно меня видело и мною владело.
 
 
  
ЛЮБОВЬ
 
(«Запах цветка нам дарит…»)
 
Перевод Г. Кружкова
 
 
 
Запах цветка нам дарит,
 
на мгновенье,
 
власть над судьбою;
 
солнце на закате
 
приотворяет дверь в лазурном своде,
 
как будто приглашая нас войти;
 
предчувствие неведомого счастья;
 
в дом залетевшая шальная птица;
 
и длинная секунда удивленья…
 
 
 
Здесь, в одиночестве и тишине,
 
нас только трое:
 
я с моею гостьей —
 
и тайна.
 
          Время и воспоминанье
 
не из углов, как сети, состоят,
 
но из ячеек воздуха и света.
 
Бесстрашно мы идем по глади моря
 
утихшего. Распахнуты навстречу
 
сияющие окна…
 
                    Целый миг мы
 
царствуем над собственною жизнью!