Испанские поэты XX века

Часть 12 из 154 Информация о книге
* * *
  «Мы думали что все на свете…»
 Перевод П. Грушко
   Мы думали что все на свете
 Забвенье, щебень и зола…
 А в сердце правда улыбалась
 И часа своего ждала
 
  Слеза — горячею кровинкой
 на белом инее стекла…
 А в сердце правда улыбалась
 и часа своего ждала.
 
  Холодной слякотью покрылся
 день черный, выжженный дотла…
 А в сердце правда улыбалась
 и часа своего ждала.
 
 
  КРЕСТНОЕ УТРО
 Перевод Н. Горской
   Бог голубеет. Флейты и тамбурины
 возвестили — свой крест подняла весна.
 Пусть розы любви расцветают в долине,
 пусть будет под солнцем земля зелена!
 
            В поле пойдем, нарвем розмарина,
           ветка любви
           в розмарин, в розмарин вплетена.
 
  «Полюби!» — я сказал ей под небом синим.
 «Полюблю! — горячо шепнула она. —
 Полюблю, когда срок прорастанья минет
 и цветами свой крест оденет весна».
 
            В поле пойдем, нарвем розмарина,
           ветка любви
           в розмарин, в розмарин вплетена.
 
  «Крест уже зацветает под небом синим…
 Весна… Крест любви… Лепестков белизна!»
 А она: «Без любви мое сердце стынет!..»
 И меня захлестнула света волна!
 
            В поле пойдем, нарвем розмарина,
           ветка любви
           в розмарин, в розмарин вплетена.
 
  Лента флейты, легкий флажок тамбурина.
 Фантастических бабочек новизна…
 Невеста моя, по-вешнему ты невинна
 и в меня по-рассветному влюблена!
 
 
  ИДУ НЕУСТАННО
 Перевод Н. Горской
   Иду неустанно;
 и слушаю голос стеклянный
 растоптанной мною равнины песчаной.
 
  Иду неустанно;
 седлать скакуна я не стану,
 пускай я от прочих отстану, —
           иду неустанно, —
 отдам свою душу песчинкам стеклянным
 растоптанной мною равнины песчаной.
 
  Иду неустанно.
 По дальним и ближним полянам
 огромная ночь разлилась океаном.
 
  Иду неустанно.
 На сердце и сладко и странно;
 со всем, что встречаю, сливаюсь нежданно —
           иду неустанно! —
 и ноги купаются в травах туманных,
 и весь я наполнен теплынью медвяной.
 
  Иду неустанно,
 чтоб видеть все слезы и раны
 дорог, о которых пою постоянно!
 
 
  ПОЭТ НА КОНЕ
 Перевод П. Грушко
   Сон сиреневого цвета
 над вечернею тропою!
 Конь уносит в ночь поэта…
 Сон сиреневого цвета!
 
  Чистый час речной прохлады.
 Влажный запах камышовый
 проникает за ограды…
 Тихий час речной прохлады.
 
  Конь уносит в ночь поэта…
 Сон сиреневого цвета!
 
  А душа моя томится —
 так тревожно и дурманно
 душу бередит душица…
 И душа моя томится.
 
  Конь уносит в ночь поэта…
 Сон сиреневого цвета!
 
  Золотыми стали плесы…
 За последним вздохом солнца
 сон нисходит на откосы…
 Золотыми стали плесы…
 
  Сон сиреневого цвета
 над вечернею тропою!
 Конь уносит в ночь поэта…
 Сон сиреневого цвета!
 
 
  ЗЕЛЕНАЯ ЗЕЛЕНУШКА
 Перевод Н. Горской
   Зеленушка моя!
 Солнце ушло в ночные края!
 
  Сосняк на вакате —
 страна колдовская —
 из горьких объятий
 речку не выпускает.
 Там, где хвоя густая,
 живет зеленушка моя.
 
  Зеленушка моя,
 солнце ушло в ночные края!
 
  Дыхание бриза
 печально и чисто;
 солнце — радужной ризой
 над сосною смолистой.
 Час ленивый и мглистый,
 о зеленушка моя!
 
  Зеленушка моя,
 солнце ушло в ночные края!
 
  Час тишины великой,
 спокойствия и забвенья;
 сердце творит молитву,
 сжимаясь от умиленья.
 Внезапно — о, наважденье! —
 поет зеленушка моя.
 
  Зеленушка моя,
 солнце ушло в ночные края!
 
  Всколыхнула округу.
 — Ветер околдовала? —
 Изумленному лугу
 счастья наобещала…
 Мальва — слезинкой малой;
 лист — зеленушка моя.
 
  Зеленушка моя!
 Солнце ушло в ночные края!
 
 
* * *
  «Люблю зеленый берег с деревьями на кромке…»
 Перевод А. Гелескула
   Люблю зеленый берег с деревьями на кромке,
 где солнце заблудилось и кажется вечерним
 и смутные раздумья, душевные потемки,
 плывут среди кувшинок, гонимые теченьем.
 К закату? К морю? К миру? В иные ли пределы?
 В реке звезда плеснула, и путь ее неведом…
 Задумчив соловей… Печаль помолодела,
 и в горечи улыбка мерцает первоцветом.
Перейти к странице:
Предыдущая страница
Следующая страница