Испанские поэты XX века

Часть 102 из 154 Информация о книге
  НОЧНАЯ ПЕСНЯ АНДАЛУЗСКИХ МОРЯКОВ
 Перевод О. Савича
         От Ка́диса до Гибралтара
 дорога бежала.
 Там все мои вздохи море
 в пути считало.
 
        Ах, девушка, мало ли
 кораблей в гавани Ма́лаги!
 
        От Кадиса и до Севильи
 сады лимонные встали.
 Деревья все мои вздохи
 в пути считали.
 
        Ах, девушка, мало ли
 кораблей в гавани Малаги!
 
        От Севильи и до Кармоны
 ножа не достанешь.
 Серп месяца режет воздух,
 и воздух уносит рану.
 
        Ах, парень, волна
 моего уносит коня!
 
        Я шел мимо мертвых градирен,
 и ты, любовь, позабылась.
 Кто хочет сердце найти,
 пусть спросит, как это случилось.
 
        Ах, парень, волна
 моего уносит коня!
 
        Кадис, сюда не ходи,
 здесь море тебя догонит.
 Севилья, встань во весь рост,
 иначе в реке утонешь.
 
        Ах, девушка!
 Ах, парень!
 Дорога бежала.
 Кораблей в гавани мало ли!
 А на площади холодно стало!
 
 
  ПЕСНЯ
 («Если ты услышишь: плачет…»)
 Перевод О. Савича
         — Если ты услышишь: плачет
 горький олеандр, сквозь тишину,
 что ты сделаешь, любовь моя?
 — Вздохну.
 
        — Если ты увидишь, что тебя
 свет зовет с собою, уходя,
 что ты сделаешь, любовь моя?
 — Море вспомню я.
 
        — Если под оливами в саду
 я скажу тебе: «Люблю тебя», —
 что ты сделаешь, любовь моя?
 — Заколю себя.
 
 
  ЧЕРНЫЕ ЛУНЫ
 Перевод А. Гелескула
   Над берегом черные луны,
 и море в агатовом свете.
 Вдогонку мне плачут
 мои нерожденные дети.
 Отец, не бросай нас, останься!
 У младшего сложены руки…
 Зрачки мои льются.
 Поют петухи по округе.
 А море вдали каменеет
 под маской волнистого смеха.
 Отец, не бросай нас!..
                               И розой
 рассыпалось эхо.
 
 
  ТИХИЕ ВОДЫ
 Перевод А. Гелескула
   Глаза мои к низовью
 плывут рекою…
 С печалью и любовью
 плывут рекою…
 (Отсчитывает сердце
 часы покоя.)
 
  Плывут сухие травы
 дорогой к устью…
 Светла и величава
 дорога к устью…
 (Не время ли в дорогу,
 спросило сердце с грустью.)
 
 
  ПРОЩАНЬЕ
 Перевод А. Гелескула
   Прощаюсь
 у края дороги.
 
  Угадывая родное,
 спешил я на плач далекий —
 а плакали надо мною.
 
  Прощаюсь
 у края дороги.
 
  Иною, нездешней дорогой
 уйду с перепутья
 будить невеселую память
 о черной минуте.
 Не стану я влажною дрожью
 звезды на восходе.
 
  Вернулся я в белую рощу
 беззвучных мелодий.
 
 
  Рафаэль Альберти
 СТИХОТВОРЕНИЯ
   Из книги
 «МОРЯК НА СУШЕ» (1924)
   МЕЧТА МОРЯКА
 Перевод Н. Рыковой
   Стою, моряк, над древнею рекою,
 что в море Андалузии родной
 впадает разметавшейся волною,
 
  и мнится мне: я — капитан лихой;
 дано мне рассекать хребет пучины
 под ярым солнцем, под седой луной.
 
  О, юг полярный! О, крутые льдины
 морей полночных! Белая легла
 весна на оснеженные вершины:
 
  хрусталь — их души, камень — их тела!
 О, тропики, где воздух раскаленный
 и пышных рощ лазоревая мгла!
 
  И вот, мечтой упорной окрыленный,
 лечу, лечу на корабле своем,
 заворожен сиреною зеленой,
 
  что в раковине спит на дне морском.
 Волна, волна, прими меня, вскипая,
 сирена, встань, оставь свой влажный дом,
 
  оставь свой грот, волшебница морская,
 с любовью моряка заговори,
 свой свет подводный в сердце мне вливая.
 
  Вот лик небес зарозовел, смотри,
 вот в чаще моря голубой, широкой
 всплывает тело нежное зари.
 
  Коснись же урны, белой и высокой,
 лба моего, коснись рукой своей,
 хрустальной, зыбкой, уведи глубоко
 
  на дно, в свой синий сад, и пусть скорей
 в подводной мгле свершится свадьба эта.
 Свидетели — луна морских зыбей
 
  и ясный ангел, лодочник рассвета…
 По воздуху, по землям, по морям
 я понесусь, не знающий запрета,
 
  привязанный к зеленым волосам
 моей сирены. Поднимай же флаги,
 моряк, пусти корабль свой по волнам,
 
  отдай его соленой пенной влаге!
Перейти к странице:
Предыдущая страница
Следующая страница