Испанские поэты XX века

  
IX. Касыда о смутных горлицах
 
 
 
Две горлицы в листьях лавра
 
печалились надо мною.
 
Одна из них была солнцем,
 
другая была луною.
 
Спросил я луну: «Сестрица,
 
где тело мое зарыли?»
 
«Над сердцем моим», — сказала,
 
а солнце раскрыло крылья.
 
И я вдалеке увидел,
 
по пояс в земле шагая, —
 
две снежных орлицы взмыли
 
и девушка шла нагая.
 
Спросил я у них: «Сестрицы,
 
где тело мое зарыли?»
 
«Над сердцем», — луна сказала,
 
а солнце сложило крылья.
 
И я двух нагих голубок
 
увидел в тени орлиной —
 
и были одна другою,
 
и не было ни единой.
 
 
  
СТИХИ РАЗНЫХ ЛЕТ {159}
   
БЕЗНАДЕЖНАЯ ПЕСНЯ
 
Перевод А. Гелескула
 
 
 
Сливаются реки,
 
свиваются травы.
 
 
 
А я
 
развеян ветрами.
 
 
 
Войдет Благовещенье
 
в дом к обрученным,
 
и девушки встанут утрами —
 
и вышьют сердца свои
 
шелком зеленым.
 
 
 
А я
 
развеян ветрами.
 
 
  
ПЕСНЯ
 
Перевод А. Гелескула
 
 
 
Пора проститься с сердцем однозвучным,
 
с напевом безупречнее алмаза —
 
без вас, боровших северные ветры,
 
один останусь сиро и безгласо.
 
 
 
Полярной обезглавленной звездою.
 
 
 
Обломком затонувшего компа́са.
 
 
  
ТРИ РАССКАЗА ПРО ВЕТЕР
 
Перевод С. Гончаренко
 
 
I
 
 
Был красным ветер вдалеке,
 
зарей зажженный.
 
Потом струился по реке —
 
зеленый.
 
Потом он был и синь и желт…
 
А после —
 
тугою радугой взошел
 
над полем.
 
 
II
 
 
Запружен ветер,
 
как ручей.
 
Объяты дрожью
 
и водоросли тополей,
 
и сердце — тоже.
 
Неслышно солнце
 
за зенит
 
склонилось в небе…
 
Пять пополудни.
 
Ветер спит.
 
И птицы немы.
 
 
III
 
 
Как локон, вьется бриз,
 
как плющ,
 
как стружка —
 
завитками.
 
Проклевывается,
 
как ключ
 
в лесу под камнем.
 
Бальзамом белым напоит
 
ущелье он до края
 
и будет биться
 
о гранит,
 
изнемогая.
 
 
  
ШКОЛА
 
Перевод О. Савича
 
 
Учитель
 
 
Кто замуж выходит за ветер?
 
 
Ребенок
 
 
Госпожа всех желании на свете.
 
 
Учитель
 
 
Что дарит ей к свадьбе ветер?
 
 
Ребенок
 
 
Из золота вихри и карты всех стран на свете.
 
 
Учитель
 
 
А что она ему дарит?
 
 
Ребенок
 
 
Она в сердце впускает ветер.
 
 
Учитель
 
 
Скажи ее имя.
 
 
Ребенок
 
 
Ее имя держат в секрете.
 
 
 
(За окном школы — звездный полог.)
 
  
СОНЕТ {160}
 
(«На стылых мхах, мерцающих уныло…»)
 
Перевод Я. Серпина
 
 
 
На стылых мхах, мерцающих уныло,
 
мой профиль не изменит очертаний;
 
в нем, зеркале безгрешном, пульс чеканный
 
недремлющее слово преломило.
 
 
 
И если струны струй и плющ бескрылый —
 
лишь бренной плоти символ первозданный,
 
мой профиль станет на гряде песчаной
 
причудливым безмолвьем крокодила.
 
 
 
И пусть язык агоний голубиных
 
познает вкус не пламени, а дрока,
 
растущего в урочищах пустынных, —
 
 
 
как символ силы, сломленной до срока,
 
останусь я в измятых георгинах
 
и в стеблях трав, растоптанных жестоко.
 
 
  
СОНЕТ
 
(«Я боюсь потерять это светлое чудо…»)
 
Перевод М. Кудинова
 
 
 
Я боюсь потерять это светлое чудо,
 
что в глазах твоих влажных застыло в молчанье,
 
я боюсь этой ночи, в которой не буду
 
прикасаться лицом к твоей розе дыханья.
 
 
 
Я боюсь, что ветвей моих мертвая груда
 
устилать этот берег таинственный станет;
 
я носить не хочу за собою повсюду
 
те плоды, где укроются черви страданья.
 
 
 
Если клад мой заветный взяла ты с собою,
 
если ты моя боль, что пощады не просит,
 
если даже совсем ничего я не стою, —
 
 
 
пусть последний мой колос утрата не скосит
 
и пусть будет поток твой усыпан листвою,
 
что роняет моя уходящая осень.
 
 
  
ПОЭТ ПРОСИТ СВОЮ ЛЮБОВЬ, ЧТОБЫ ОНА ЕМУ НАПИСАЛА
 
Перевод О. Савича
 
 
 
        Любовь глубинная, как смерть, как весны,
 
напрасно жду я писем и решений;
 
цветок увял, и больше нет сомнений:
 
жить, потеряв себя в тебе, несносно.
 
 
 
        Бессмертен воздух. Камень жесткий, косный
 
не знает и не избегает тени.
 
Не нужен сердцу для его борений
 
мед ледяной, — луна им поит сосны.
 
 
 
        Я выстрадал тебя. Вскрывая вены
 
в бою голубки с тигром, змей с цветами,
 
я кровью обдавал твой стан мгновенно.
 
 
 
        Наполни же мой дикий бред словами
 
иль дай мне жить в ночи самозабвенной,
 
в ночи души с неведомыми снами.