Немое кино (СИ)

— Господи, — шепчет Ава растерянно. — Какой ужас. Издевательство над животными!
— Издевательство? — прыскает Яр. — Ты знаешь, сколько весит взрослый здоровый орангутанг?
Аврора смеется, прикрывая лицо. Конечно, за все то время, что Аврора живет у Ярослава, они неоднократно обсуждали различные вещи, например, как происходит секс у дельфинов, или правильный рецепт болоньезе, нередко, конечно, касались политики или трудов тех или иных философов, но Аве совсем не хочется слушать про мучения бедного животного.
— Обедать будем? — она поднимает на него глаза, облизываясь. На часах уже начало пятого вечера, но позавтракали они, правда, около двенадцати.
— Кто последний, тот моет посуду! — Ярослав подскакивает с кровати, норовя вырваться вперед, но Аврора настигает его в коридоре, запрыгивая ему на спину. После обеда посуду они моют вместе.
А ближе к вечеру они вновь выходят на крышу. Аврора так привыкла проводить здесь вечера, что не может представить, чем будет заниматься после возвращения в Москву. С каждым днем она думает об этом все чаще, несмотря на то, что эти мысли не приносят ничего, кроме тупой боли в области груди.
Аврора присаживается на покрывало по-турецки, глядя, как Ярослав методично перебирает струны на гитаре, а потом закуривает. Это было слишком хорошо, чтобы продолжаться долго. Рано или поздно это должно было закончиться, ведь постепенно все к тому и шло, но иногда Авроре кажется, будто все это сон. Самый счастливый и самый хороший сон, который она когда-либо видела. И ей отчаянно хочется, чтобы сон закончился хорошо.
Ярослав устраивается поудобнее, а затем наигрывает незнакомую Аве мелодию. Спустя мгновение голос молодого человека обволакивает ее, заворачивает в одеяло, сотканное из радостных моментов, и сердце начинает болезненно постукивать.
Твоим строкам гореть сквозь темные века,
И песням долететь по белу свету.
Становится легка душа проводника
И солнце к лету.
Из сердец — одно, из месяцев — февраль.
В игольное ушко укрылась нитка.
Нас тянет в города, где на болотах сумрачно и зыбко
Стоит маяк, тревожно глядя в даль.
Я весь перед тобой, я ничего не скрыл.
Я сделал так, что небу стало жарко.
Все письма разорвал, все имена забыл —
И мне не жалко.
Я весь перед тобой, я ничего не скрыл.
В Петербурге открывается сезон белых ночей. И в своей жизни Аврора никогда не видела ничего прекраснее. Она понимает, что уже скоро эта сказка закончится, а все, что у нее останется — это воспоминания о теплых губах, ласковых руках, белых ночах и татуировка лотоса между лопатками.
На маковых полях дурман и благодать.
А в городах так просто потеряться.
Повиснуть на ремнях в разбитых «Жигулях» и целоваться.
Повиснуть на ремнях и целовать.
Я весь перед тобой, я ничего не скрыл.
Я сделал так, что небу стало жарко.
Все письма разорвал, все имена забыл —
И мне не жалко.
Я весь перед тобой, я ничего не скрыл.
От кого:  [email protected]
Тема: Без темы
Сообщение: Они прилетят 11 июля. Надеюсь, ты примешь правильное решение.
Комментарий к Глава 15. Повиснуть на ремнях в разбитых «Жигулях» и целоваться
Прочитал? Оставь отзыв!
У тебя займет минуту, а автору приятно!
https://pp.userapi.com/c7003/v7003640/25a38/uVp8DYldl58.jpg
*Сплин - Двуречье (Я ничего не скрыл)
========== Глава 16. На моей планете никого кроме нас с тобой ==========
От кого:  [email protected]
Тема: Без темы
Сообщение: Мой поезд 9 июля. Я приеду ночью. Меня не надо встречать, я сразу поеду к бабушке. Ты можешь говорить своим родителям, что угодно, пока они в Москве, но ночевать я буду тоже у бабушки.
По набережной Фонтанки через Пантелеймоновский мост до парка «Марсово поле». Погода на улице совсем теплая. Июнь вступил в свои права еще месяц назад. Авроре с каждый днем все сложнее улыбаться и делать вид, что все хорошо. Ее распирает изнутри, разрывает, разрезает, хочется выть, кричать и плакать, но она улыбается.
Яр замечает, что с Авой что-то не так, но не спрашивает. Он думает, что ей просто тяжело осознать, что все так получилось. Что еще в начале апреля она была с Денисом, а сейчас — в последние дни июня — она живет, спит и любит обнимается с Ярославом. Он считает, что ей нужно немного времени, и он готов дать ей столько, сколько потребуется. Потому что Ярослав не знает ни о переписках с Денисом, ни о разговоре с бабушкой, ни о приезде родителей.
От парка «Марсово поле» по Дворцовой набережной мимо Невы. Аврора останавливается в нескольких шагах от Ярослава, облокачиваясь на перила и рассматривая Неву. У нее по коже берут мурашки, а внутренности продолжает скручивать практически до тошноты.
— Я не хотел делать этого сейчас, — Яр подходит ближе к Аве и улыбается, пытаясь заглянуть ей в глаза, — но ты почему-то сегодня очень грустная. Я носил его с собой несколько дней, пытаясь найти подходящий момент, но… таких моментов ведь не существует, правда? — он ловит ее растерянный взгляд, когда достает из кармана джинс маленький бархатный мешочек.
Не беспокойся так, Ава, это не обручальное кольцо. Я же не такой дурак, чтобы делать тебе предложение на набережной. Я сделаю это на «Мосту Поцелуев» или в той самой бухте, куда мы ездили. И не сейчас. Ты пока не готова.
Ярослав не знает, что у Авроры уже заказан и оплачен билет на поезд в Москву. Она заберет его на вокзале перед посадкой в поезд.
Молодой человек несколько секунд смотрит на синий мешочек в руках, а у Авы холодеют кончики пальцев, несмотря на то, что на улице +25С и печет солнце. Яр некоторое время крутит его в руках, а затем развязывает тесемку, и ему на ладонь падает небольшая серебряная подвеска с виде маяка с цепочкой.
— Петербург у нас город на Неве, — Ярослав не поднимает на нее взгляда, пытаясь расстегнуть застежку. — А ты Аврора, — она поддается, и молодой человек выдыхает. Он уже не помнит, каково делать подарки любимой девушке. — Я надеюсь, что ты бросишь свой якорь здесь, Ава.
Девушка задерживает дыхание, пытаясь сдержать слезы, потому что чувствует, как щиплет переносицу. Но глаза намокают. Ярослав ловит взгляд ее блестящих глаз и немного хмурится.
— Спасибо, — шепчет она, поворачиваясь к нему спиной. Яр быстро застегивает цепочку на шее Авроры. Девушка разворачивается к нему, и он ловко ловит двумя пальцами ее подбородок. — Все в порядке?
— Конечно, — кивает она, смаргивая слезы. — Спасибо большое!
Аврора обнимает Ярослава слишком крепко, устраивая подбородок на его плече. Они стоят так около минуты, он гладит ее по спине, а она дышит ему в шею и пытается навсегда запомнить этот запах. Задержать его в легких, забрать с собой в Москву. А затем отрывается от него и крепко целует в губы. Ярослав растягивает губы в улыбке сквозь поцелуй, а затем берет ее за руку и ведет за собой.
В кармане пиджака она находит монетку, достает ее и смотрит несколько секунд, идя рядом с Яром. Аврора где-то слышала, что люди бросают монетки в море, чтобы потом опять вернуться. Это что-то вроде приметы. Пока Ярослав увлечен рассматриванием небольшого судна, проплывающего по Неве, она кидает эту монетку в реку.
Не море, конечно… Но вдруг сработает? Главное верить. А я верю.
По Дворцовой набережной мимо Эрмитажа, в котором она так и не побывала за все это время, мимо сада Зимнего дворца в Дворцовый проезд, а дальше до Александровского сада.
У Авроры от этой красоты заходится сердце. Она мигом забывает обо всех переживаниях и размышлениях, раскидывая руки, будто вновь пытаясь обнять весь мир, и жмурясь на солнце. Срабатывает затвор фотоаппарата, и девушка резко оборачивается на оставшегося позади Ярослава.
— Ты меня фотографируешь! — ее возглас звучит немного укоризненно.
— Конечно фотографирую, — соглашается он, подходя ближе. — И даже разрешения спрашивать не буду, — он улыбается и вновь делает несколько кадров.