Лирика 30-х годов

  
У гроба Николая Островского
 
 
 
Спустите знамена! Трубач, не играй!
 
Мне хочется крикнуть: «Орленок, вставая!
 
Вставай, мой товарищ, мой друг боевой,
 
С врагами не кончен решительный бой!»
 
 
 
Но мертвый не скажет живым ничего,
 
И губы спокойны, как совесть его.
 
Сказал он, что думал, о бурях земли —
 
Рожденные бурей проститься пришли.
 
 
 
Идут они тихо, безмолвной толпой,
 
Им кончить придется решительный бой.
 
Идут они тихо, глядят на него,
 
И лица спокойны, как совесть его…
 
 
 
Взвевайтесь знамена! Трубач, не играй!
 
С орленком родимым прощается край!..
 
 
  
«Долго дорогая…»
 
 
 
Долго дорогая
 
Смотрит на меня,
 
С книгой засыпая,
 
Не гасит огня.
 
 
 
Вздрогнет с полуслова,
 
Взглянет в полусне,
 
Засыпая снова,
 
Улыбнется мне.
 
 
 
Улыбнется сладко,
 
Бросит взгляд тайком:
 
Все ли там в порядке
 
За моим столом.
 
 
 
Пусть молчу часами,
 
Пусть для всех — другой,
 
Для нее я самый,
 
Самый дорогой.
 
 
 
Самый, самый славный,
 
Лучших в мире нет.
 
Для нее я главный
 
На земле поэт.
 
 
  
Песня о Щорсе
 
 
 
Шел отряд по берегу,
 
Шел издалека,
 
Шел под красным знаменем
 
Командир полка.
 
Голова обвязана,
 
Кровь на рукаве,
 
След кровавый стелется
 
По сырой траве.
 
 
 
«Хлопцы, чьи вы будете,
 
Кто вас в бой ведет?
 
Кто под красным знаменем
 
Раненый идет?» —
 
«Мы сыны батрацкие,
 
Мы за новый мир,
 
Щорс идет под знаменем —
 
Красный командир.
 
 
 
В голоде и в холоде
 
Жизнь его прошла,
 
Но недаром пролита
 
Кровь его была.
 
За кордон отбросили
 
Лютого врага,
 
Закалились смолоду,
 
Честь нам дорога».
 
 
 
Тишина у берега,
 
Смолкли голоса,
 
Солнце книзу клонится,
 
Падает роса.
 
Лихо мчится конница,
 
Слышен стук копыт,
 
Знамя Щорса красное
 
На ветру шумит.
 
 
  
Партизан Железняк
 
 
 
В степи под Херсоном
 
Высокие травы,
 
В степи под Херсоном курган.
 
Лежит под курганом,
 
Овеянный славой,
 
Матрос Железняк, партизан.
 
 
 
Он шел на Одессу,
 
А вышел к Херсону —
 
В засаду попался отряд.
 
Полхлеба на брата,
 
Четыре патрона
 
И десять последних гранат.
 
 
 
«Ребята, — сказал,
 
Повернувшись к отряду,
 
Матрос-партизан Железняк, —
 
Штыком и гранатой
 
Мы снимем засаду,
 
И десять гранат — не пустяк!»
 
 
 
Сказали ребята;
 
«Херсон перед нами,
 
И десять гранат — не пустяк!»
 
Прорвались ребята,
 
Пробились штыками,
 
Остался в степи Железняк.
 
 
 
Веселые песни
 
Поет Украина,
 
Веселая юность цветет,
 
Подсолнух высокий,
 
И в небе далекий
 
Над степью кружит самолет.
 
 
 
В степи под Херсоном
 
Высокие травы,
 
В степи под Херсоном курган.
 
Лежит под курганом,
 
Овеянный славой,
 
Матрос Железняк, партизан.
 
 
  
Александр Жаров
   
«Тает снег…»
 
 
 
Тает снег.
 
Все краски небосвода
 
Радужно, затейливо, пестро
 
Собрались у мраморного входа
 
Самой лучшей станции метро.
 
 
 
С крыши падает поток счастливых
 
Золотых апрельских слез.
 
Манят пассажиров суетливых
 
Солнечные зайчики мимоз.
 
 
 
Первый спутник вздохов неизбежных,
 
Покоритель стольких нежных глаз —
 
Робкий и застенчивый подснежник
 
У киоска остановит вас.
 
 
 
И опять пленит голубизною,
 
Опьянит дыханьем новизны…
 
Это все, друзья, не что иное,
 
Как живые признаки весны…
 
 
 
Девушку с улыбкою крылатой,
 
Вместе с ней влюбленного юнца
 
Тихо опускает эскалатор
 
В здание подземного дворца.
 
 
 
Им не к спеху. Здесь они, как дома,
 
Я иду за ними стороной.
 
Признаки весеннего подъема
 
Неотступно следуют за мной.
 
 
 
Видно, так положено поэту!..
 
Поезда стремительного бег
 
Вдруг понес сквозь тьму к дневному свету,
 
На бульвар, где тоже тает снег.
 
 
 
Над верхами стриженых деревьев
 
Небосвод прозрачен и высок.
 
Вторит голосам о новом севе
 
Ручейка веселый говорок.
 
 
 
И по всей Москве в предмайском гаме
 
И по всей земле страны
 
Шествуют созвучными шагами
 
Все приметы трудовой весны.