Поэзия английского романтизма XIX века

 1821 
  
Строки
 
(«Разобьется лампада…»)
 
 Перевод Б. Пастернака 
 
 
 
Разобьется лампада,
 
Не затеплится луч.
 
Гаснут радуг аркады
 
В ясных проблесках туч.
 
Поломавшейся лютни
 
Кратковременен шум.
 
Верность слову минутней
 
Наших клятв наобум.
 
 
 
Как непрочны созвучья
 
И пыланье лампад,
 
Так в сердцах неживучи
 
Единенье и лад.
 
Рознь любивших бездонна,
 
Как у стен маяка
 
Звон валов похоронный
 
Над душой моряка.
 
 
 
Минут первые ласки,
 
И любовь — из гнезда.
 
Горе жертвам развязки,
 
Слабый терпит всегда.
 
Что ж ты плачешь и ноешь,
 
Что ты, сердце, в тоске?
 
Не само ли ты строишь
 
Свой покой на песке?
 
 
 
Ты — добыча блужданий,
 
Как над глушью болот
 
Долгой ночью, в тумане,
 
Птичьей стаи полет.
 
Будет время, запомни,
 
На осенней заре
 
Ты проснешься бездомней
 
Голых нив в ноябре.
 
 
 1822 
  
К Джейн
 
Воспоминание
 
 Перевод В. Рогова 
 
  [447] 
1
 
 
Последний день из многих дней,
 
Прекрасных и живых, как ты,
 
День дивный, не вернется вспять;
 
О Память! Гимн ему излей!
 
За дело! Время нам пришло
 
Былое, плача, воспевать:
 
Нахмурено небес чело,
 
Искажены земли черты.
 
 
2
 
 
Мы забрели в сосновый лес
 
На берегу морском;
 
Легчайший ветерок небес
 
Дремал в гнезде своем.
 
Уплыли облака играть,
 
Тишь волны обняла,
 
Улыбка на морскую гладь
 
Небесная легла;
 
И нам казалось: этот час,
 
Что свыше послан был,
 
Из сфер надсолнечных для нас
 
Сиянье Рая лил.
 
 
3
 
 
Сосна вставала за сосной,
 
Гигантов сон глубок,
 
Как змей, их натиск вихревой
 
Скрутил в большой клубок,
 
Лазурный вздох, певуч и тих,
 
Им слала высота,
 
Как у небес, нежны у них
 
Оттенки и цвета;
 
Зеленый гребень их дремал,
 
Подвластен тишине —
 
Так недвижим густой коралл
 
На безглагольном дне.
 
 
4
 
 
Как тихо все! Малейший звук
 
Сковало забытье,
 
И даже дятла частый стук
 
Лишь углублял ее —
 
Непрекращаемую тишь!
 
Дыханье, даже ты,
 
Спокойное, не возмутишь
 
Блаженной немоты.
 
И мнилось: все окрест, что взор
 
В те миги охватил, —
 
От трав у ног до дальних гор, —
 
Круг дивный очертил,
 
Так дуновенье от него
 
Магически текло,
 
Что даже смертных естество
 
Мир краткий обрело,
 
А круга центр была она,
 
Кем дар любви святой
 
Был принесен тогда сполна
 
В безжизненный застой.
 
 
5
 
 
Мы подошли к прудам с тобой
 
Под сень сосновых крон —
 
Как небо малое, любой
 
Вселенной окаймлен;
 
Свет пурпурный искрился в них,
 
Прибрежье оттенив,
 
Бескрайней пропастей ночных,
 
Как день, и чист и жив;
 
Как в воздухе, в прудах росли
 
Сосновые леса —
 
Милей, чем у дерев земли,
 
Их стройная краса;
 
Там дол, и синева небес,
 
И солнца белизна —
 
Пройдя сквозь облачко и лес,
 
Сияла нам она;
 
Воды любовь творила там
 
Из зелени лесной
 
Благие зрелища, что нам
 
Не явит мир земной,
 
И элизейский теплый свет
 
Все пронизал кругом —
 
Малейшего движенья нет
 
В эфире неземном!
 
Но вдруг завистливо в тиши
 
К нам ветерок проник —
 
Так дума злая из души
 
Прогонит милый лик…
 
Пусть ты добра и хороша,
 
Пусть зелен леса свод,
 
Но Шелли смертная душа
 
Мятежней тихих вод.
 
 
 1822 
  
К Джейн с гитарой
 
 Перевод А. Спаль 
 
  [448] 
 
 
Ярко блещут Стожары,
 
Несказанная в небе сияет
 
Луна.
 
Звонко пенье гитары,
 
Но лишь с голосом Джейн оживает
 
Струна.
 
 
 
Неба мрак серебристый
 
Лунно-звездные нежно согрели
 
Лучи;
 
Дарит голос твой чистый
 
Душу струнам, чьи мертвенны трели
 
В ночи.
 
 
 
Звездный свет, замирая,
 
Хочет видеть луны золотую
 
Красу;
 
Лист не дрогнет, вбирая
 
Гармонических струи неземную
 
Росу.
 
 
 
Звук летит окрыленный,
 
Раскрывая в ночное молчанье
 
Окно,
 
В этот мир отдаленный,
 
Где любовь, лунный свет и звучанье —
 
Одно.
 
 
 1822 
  
Островок
 
 Перевод А. Голембы 
 
 
 
Островок лесистых склонов,
 
Белоснежных анемонов,
 
Где, фиалковую тень
 
Влажной свежестью колыша,
 
Дремлет лиственная крыша;
 
Где ни дождь, ни ветер синий
 
Не тревожат стройных пиний;
 
Где царит лазурный день;
 
Где, поверх блаженных гор,
 
Что до плеч в жемчужной пряже,
 
Смотрят облачные кряжи
 
В синеву живых озер.