Орден куртуазных маньеристов (Сборник)

 
* * *
Ведь с тех пор, как я свои романсы
Перед толстосумами запел,
Мощью налились мои финансы
И в любви я тоже преуспел.
В ходе заграничных сабантуев
Для буржуев стал я как родня
И теперь все отпрыски буржуев
Как один похожи на меня.
Ибо много взглядов изучающих
Я поймал на кипрских берегах,
Ибо много дамочек скучающих
В наших обеспеченных кругах.
Ибо я в их жаждущие души
Проливал любви волшебный яд…
И к тому же вылечил я уши
И они уж больше не болят.
 
* * *
Ты зря так чванишься, девчонка,
Тем, что живешь, ни с кем не спя,
И тем, что девства перепонка
Еще цела внутри тебя.
Ты думаешь – твоя промежность
Есть неприступный бастион,
Но торжествует неизбежность,
И рок не ведает препон.
Я сам немолод, и недавно
Шестой десяток мне пошел,
Но я брожу, подобно фавну,
Близ детских садиков и школ.
С собой для угощенья деток
Имею я кило конфет
И высоко ценю нимфеток,
Как всякий истинный поэт.
Я подходил к тебе, девчонка,
С улыбкой, полной доброты,
Но прочь, повизгивая звонко,
Галопом устремлялась ты.
Написанные мною книжки
Я у твоих сложил бы ног,
Но за тобой из-за одышки
Угнаться никогда не мог.
Всю нерастраченную нежность
Я был готов отдать тебе…
Но торжествует неизбежность,
Не нам противиться судьбе.
Я, безусловно, не красавец,
Я вислобрюх и седовлас,
Но скоро явится красавец,
Жестокий модный ловелас.
С татуировками на коже,
С наушниками на ушах –
Жестокий идол молодежи,
К тебе он устремит свой шаг.
Напитком сладостным “Отвертка”
Тебя он щедро угостит,
В твои глаза вглядится зорко
И моментально обольстит.
Тобою он насытит похоть,
Промолвит:”Бай!” – и был таков,
И будет поздно ахать, охать
И клясть коварство мужиков.
Ходить ты будешь на уколы,
А от чего – я умолчу,
И станет посещенье школы
Тебе уже не по плечу.
Ты станешь грубой и упрямой,
Полюбишь курево и хмель,
И от упреков папы с мамой
Тебя потянет на панель.
Ты обнаружишь блох на теле,
Укусы яростно скребя…
Ну что ж ты медлишь, в самом деле,
Ведь твой чувак зовет тебя!
Я лишь дедок чудаковатый,
И, значит, говорю я вздор,
А твой избранник нагловатый
Уже поймал таксомотор.
Тебя в машину он посодит,
И в бездну плотского греха
Поэта смех тебя проводит:
“Ха-ха-ха-ха. Ха-ха-ха-ха!”
 
* * *
Знал я женщину. Целая папка
У меня есть стихов про нее.
Звали женщину ту Рябошапка –
Так звучала фамилья ее.
Проявляла заботу большую
Обо мне Рябошапка всегда.
И частенько бывало: пишу я,
А на кухне уж спеет еда.
Рябошапка работала где-то,
Каждый день приносила она
После смены большому поэту
И еды, и чекушку вина.
Если в жизни такое случалось,
Что меня кто-нибудь обижал,
На него Рябошапка бросалась,
И подонок в испуге бежал.
За меня Рябошапка вступалась
В ситуации трудной любой,
И хозяйством моим занималась,
И снабжала хорошей едой.
Рябошапка ужасно любила,
Если я ей стихи посвящал,
И за это мне деньги дарила,
А на них я друзей угощал.
Да, мы с ней не единожды дрались
Из-за дурости пьяной моей,
Но мирились потом, целовались
И любились по нескольку дней.
Но давно уже нет Рябошапки,
Подевалась куда-то она,
И никто не приносит мне тапки,
Если встать мне невмочь с бодуна.
И никто не приносит в постельку
Мне с лимоном душистый чаёк,
И никто мне не греет постельку,
Призывая:”Смелей, старичок”.
Пронеслись те деньки золотые,
И от скуки я в пьянстве погряз,
Потому и прошу, молодые,
Я червончик на пиво у вас.
И теперь не пишу ничего я –
Очень трудно душой воспарить,
Если брюхо все время пустое,
Если нечего в рот положить.
Воспаряя к заоблачным высям,
Глянь на дедушку, юный поэт:
Мы от женщин серьезно зависим,
Нам без них не летается, нет.