Якутский героический эпос Олонхо. Нюргун Боотур Стремительный.

  
СТИХ 295
 
ААТ МОГОЙДООН
 
 
 
Ты отвечай сперва,
 
Обитающий на широком хребте,
 
Словно черного дятла перо
 
Блистающих черных небес,
 
Кэкэ Суоруна сын,
 
Детина свирепых высот
 
Юс Кюлюк Бэкийэ Суорун!
 
В прославленном роде твоем,
 
В племени материнском твоем,
 
В потомстве, что породил
 
Косоглазый Кылар Бэргэн,
 
Появился ли богатырь,
 
Чьей мощи не одолеть,
 
Чьей силы не побороть?
 
 
  
СТИХ 296
 
БЭКИЙЭ СУОРУН
 
 
 
Повелитель мой,
 
Великий тойон!
 
О чем вопрошаешь ты?
 
После того, как родился ты,
 
Вскормился и в силу вошел,
 
Кто еще появиться мог?
 
Кто сильный родиться мог?
 
Извелась порода богатырей!
 
Не осталось в нашем роду никого,
 
Кроме только меня одного! —
 
 
 
Так отвечал Бэкийэ Суорун,
 
Хлопнув по колену себя,
 
Выпятив горбатую грудь,
 
В сторону отворотясь…
 
 
 
Алып Хара-богатырь,
 
Аат Могойдоон удалой
 
Удивленно взглянул на него,
 
Ухмыльнулся, оскалив клыки,
 
И зычно захохотал.
 
 
  
СТИХ 297
 
ААТ МОГОЙДООН
 
 
 
А-ай, досада!
 
А-ай, какая беда!
 
От женщины прекрасной такой,
 
От матери достойной такой,
 
От Харанга Нюэрэлдьин самой,
 
Уродился такой урод!
 
Выродился, видать,
 
Ваш знаменитый род…
 
А ведь как о себе говорит, —
 
Никого не осталось, кроме него,
 
Только он один знаменит!
 
 
 
Ну а ты,
 
Буор Мангалая сын,
 
Рожденный с ярмом на шее своей,
 
Последыш в бесценном роду
 
Кривобоких выродков-сыновей,
 
Чудовищных потаскух-дочерей,
 
Старого Арсан Дуолая
 
И старой Ала Буурай,
 
Ты, горластый силач
 
Мэнгюрюр Бёгё!
 
В воровато прожорливой вашей семье
 
Родился ли исполин,
 
Появился ли богатырь,
 
Чью силу не одолеть?
 
Не слыхал ли ты,
 
Не узнал ли ты?
 
 
  
СТИХ 298, МЭНГЮРЮР БЁГЁ
 
 
 
Повелитель ты мой, тойон!
 
Странно слышать мне
 
Твой вопрос!..
 
Удальцы у нас извелись,
 
Молодцы у нас
 
Никуда не годны…
 
Такая настала пора,
 
Что могут нас притеснять
 
Подсолнечные племена,
 
Что могут нас обижать
 
Потомки рода айыы.
 
Худо нам!
 
Не осталось у нас
 
Из богатырей никого,
 
Кроме только меня одного! —
 
 
 
Могучий Алып Хара,
 
Аат Могойдоон-исполин
 
Удивленно взглянул,
 
Откачнулся слегка,
 
Крякнул, хмыкнул,
 
Прикрывши рот,
 
Повернулся к нему спиной,
 
Хлопнул по колену себя.
 
 
  
СТИХ 299
 
ААТ МОГОЙДООН
 
 
 
Ай, досада!
 
Ай, какая беда!
 
От женщины прекрасной такой,
 
От матери достойной такой,
 
От самой Мунаах Суналыкы,
 
Не давшей узнать никому
 
Предела мощи своей,
 
К вырожденью рода, видать,
 
Уродился ты, несчастный урод!
 
И врет еще…
 
Будто он — богатырь,
 
Будто кроме него
 
И нет никого!
 
 
 
Ну а вы что скажете мне, —
 
Ты — Кырбыйа Боотур,
 
Проклятого неба сын,
 
Ты — Хаан Чабыргай,
 
Бурно-студеного неба сын,
 
Ты — Эсэх Суодуйа,
 
Кровавого неба сын!
 
Ну-ка вы, отвечайте живей:
 
Появился ли где-нибудь в трех мирах
 
Подлинно исполин-богатырь?
 
О том не слыхали вы?
 
 
  
СТИХ 300
 
ТРОЕ АБААСЫ
 
 
 
В Верхнем мире
 
Не народился никто,
 
В Нижнем мире
 
Не появился никто;
 
Только в Среднем мире, слыхать,
 
На бескрайней ровной земле,
 
Скачущий
 
На Вороном коне
 
Стремительный Нюргун Боотур
 
Славен стал
 
В недавние времена! —
 
Так ответили главарю своему
 
Трое богатырей.
 
 
 
Алып Хара,
 
Аат Могойдоон,
 
Раздосадованный,
 
Отвернулся от них,
 
Хлопнул по колену себя,
 
Злобно захохотал.
 
 
  
СТИХ 301
 
ААТ МОГОЙДООН
 
 
 
Ах вы, нечисть,
 
Ах вы, червивая дрянь,
 
Тоже думают меня удивить,
 
То да се болтают, сидят!
 
Кто же в трех мирах не слыхал
 
О Нюргуне-богатыре?
 
Кому вы рассказываете о нем?
 
Ничего, видать, не узнали вы,
 
Ничего не слыхали вы…
 
Ну так слушайте,
 
Что я расскажу:
 
Кто отец ее —
 
Не ведаю я,
 
Кто мать ее —
 
Тоже не знаю я;
 
Но есть у ней старший брат —
 
Черный злодей,
 
Хаан Дьаргыстай;
 
А звать ее самое —
 
Прекрасная Кыыс Нюргун.
 
Отважная девка-бой,
 
Знается только со мной она,
 
Лишь со мной выходит на бой;
 
Раз в три года
 
По тридцать суток подряд
 
Дракой с нею
 
Тешимся мы…
 
 
 
Даже такого, как я,
 
Дюжего богатыря
 
Заставляет она порой
 
Упираться в землю рукой,
 
Зарываться по уши в грязь!.. —
 
Так рассказывал
 
Аат Могойдоон,
 
Гордо поглядывая на гостей…
 
 
 
Исполины-абаасы,
 
Дивным рассказом изумлены,
 
Хлопнули по коленям себя;
 
И отвернулись прочь от него,
 
Головами в сомнении покачав…