Русский романс

  
494. «Ах, зачем эта ночь…» [491]
 
 
 
Ах, зачем эта ночь
 
Так была хороша!
 
Не болела бы грудь,
 
Не страдала б душа.
 
Полюбил я ее,
 
Полюбил горячо,
 
А она на любовь
 
Смотрит так холодно.
 
Не понравился ей
 
Моей жизни конец,
 
И с постылым, назло
 
Мне, пошла под венец.
 
Звуки вальса неслись,
 
Веселился весь дом,
 
Я в каморку свою
 
Пробирался с трудом.
 
И всю ночь напролет
 
Я все думал о ней:
 
Каково будет ей
 
Без мило?го жить век?.
 
 
  
495. «Солнце всходит и заходит…» [492]
 
 
 
Солнце всходит и заходит,
 
Да в моей тюрьме темно,
 
 
 
Днем и ночью часовые
 
Стерегут мое окно.
 
 
 
Как хотите стерегите,
 
Я и сам не убегу,
 
 
 
Хоть мне хочется на волю,
 
Цепь порвать я не могу,
 
 
 
Да уж вы, цепи, мои цепи,
 
Цепи — железны сторожа.
 
 
 
Не порвать вас, не порезать
 
Без булатного ножа.
 
 
 
Черный ворон, сизокрылый,
 
Что ж ты вьешься надо мной?
 
 
 
Аль мою погибель чуешь?
 
Черный ворон, я не твой.
 
 
 
Аль спустись к мому окошку,
 
Про свободу песню спой,
 
 
 
Ты слобода, ты слобода,
 
Не крестьянская судьба.
 
 
  
Романс-баллада
   
АЛЕКСАНДР ДУРОП
   
496. Казак на родине [493]
 
 (Романс) 
 
 
 
«Кончен, кончен дальний путь!
 
      Вижу край родимый!
 
Сладко будет отдохнуть
 
      Мне с подругой милой!
 
 
 
Долго в грусти ждет она
 
      Казака младого.
 
Вот забрезжила луна
 
      С неба голубого!
 
 
 
И веселый Дон течет
 
      Тихою струею;
 
В нетерпеньи конь мой ржет,
 
      Чуя под собою
 
 
 
Пажити родных брегов,
 
      Где в счастливой доле
 
Средь знакомых табунов
 
      Он гулял на воле.
 
 
 
Верный конь, скачи скорей
 
      И как вихорь мчися;
 
Лишь пред хатою моей
 
      Ты остановися!» —
 
 
 
Так спешил казак домой,
 
      Понукал гнедого;
 
Борзый конь летит стрелой
 
      До дому родного.
 
 
 
Вот приближился донец
 
      К своему селенью:
 
«Стой, товарищ, стой! — конец
 
      Нашему стремленью!»
 
 
 
Видит он невесты дом,
 
      Входит к ней в светлицу,
 
И объяту сладким сном
 
      Будит он девицу.
 
 
 
«Встань, коханочка моя!
 
      Нежно улыбнися,
 
Обними скорей меня
 
      И к груди прижмися!
 
 
 
На полях страны чужой
 
      Я дышал тобою;
 
Для тебя я в край родной
 
      Возвращен судьбою!»
 
 
 
Что же милая его?..
 
      Пробудилась, встала
 
И, взглянувши на него,
 
      В страхе задрожала.
 
 
 
«Наяву или во сне
 
      Зрю тебя, мой милый!..
 
Ах, недаром же во мне
 
      Сердце приуныло!
 
 
 
Долго я тебя ждала
 
      И страдала в скуке;
 
Сколько слез я пролила
 
      В горестной разлуке!
 
 
 
И, отчаясь зреть тебя,
 
      Быть твоей женою,
 
Отдалась другому я
 
      С клятвой роковою».
 
 
 
— «Так, так бог с тобой!» — сказал
 
      Молодец удалый,
 
И — к воротам, где стоял
 
      Конь его усталый.
 
 
 
«Ну, сопутник верный мой! —
 
      Он сказал уныло, —
 
Нет тебе травы родной,
 
      Нет мне в свете милой!»
 
 
 
С словом сим он на гнедка,
 
      Шевельнул уздою,
 
Тронул шпорой под бока:
 
      Быстрый конь стрелою
 
 
 
Полетел в обратный путь
 
      От села родного.
 
Но тоска терзала грудь
 
      Казака младого.
 
 
 
Он в последний раз взглянул
 
      В сторону родиму
 
И невольно воздохнул,
 
      Скрылся в даль незриму.
 
 
 
Что и родина, коль нет
 
      Ни друзей, ни милой? —
 
Ах! тогда нам целый свет
 
      Кажется могилой!
 
 
<1818>
 
  
Сергей Аксаков
 
 (1791–1859) 
   
497. Уральский казак [494]
 
 (Истинное происшествие) 
 
 
 
Настала священная брань на врагов
 
И в битву помчала Урала сынов.
 
 
 
Один из казаков наездник лихой,
 
Лишь год один живши с женой молодой,
 
 
 
Любя ее страстно и страстно любим,
 
Был должен расстаться с блаженством своим.
 
 
 
Прощаясь с женою, сказал: «Будь верна!»
 
«Верна до могилы!» — сказала она.
 
 
 
Три года за родину бился с врагом,
 
Разил супостатов копьем и мечом.
 
 
 
Бесстрашный наездник всегда впереди.
 
Свидетели раны — и все на груди.
 
 
 
Окончились битвы; он едет домой,
 
Всё страстный, всё верный жене молодой.
 
 
 
Уже достигают Урала брегов
 
И видят навстречу идущих отцов.
 
 
 
Казак наш объемлет отца своего,
 
Но в тайной печали он видит его,
 
 
 
«Поведай, родимый, поведай ты мне
 
Об матери милой, об милой жене!»
 
 
 
Старик отвечает: «Здорова семья;
 
Но, сын мой, случилась беда у тебя:
 
 
 
Тебе изменила младая жена, —
 
За то от печали иссохла она.
 
 
 
Раскаянье видя, простили мы ей;
 
Прости ее, сын мой: мы просим об ней!»
 
 
 
Ни слова ответа! Идет он с отцом;
 
И вот уже входит в родительский дом.
 
 
 
Упала на грудь его матерь в слезах,
 
Жена молодая лежала в ногах.
 
 
 
Он мать обнимает; иконам святым,
 
Как быть, помолился с поклоном земным.
 
 
 
Вдруг сабля взвилася могучей рукой…
 
Глава покатилась жены молодой!
 
 
 
Безмолвно он голову тихо берет,
 
Безмолвно к народу на площадь идет.
 
 
 
Свое преступленье он всем объявил
 
И требовал казни, и казнь получил.
 
 
<1821>