Звезда пленительного счастья. Стихотворения декабристов
Часть 4 из 6 Информация о книге
Мое прости друзьям
Кисловскому и Приклонскому
Друзья! налейте кубки!Ударим край о крайИ в скорбный час разлукиЗапьем свое «прощай!»…Не глас иноплеменных,Не пушек близкий гром,Не клик врагов надменныхС увенчанным челом,Но нежный глас природы,Восторги и любовьПод верный дружбы кровВ объятия свободыОт вас меня зовут.О други, между вамиИ мой тернистый путьУсеян был цветами.Довольно ясных днейБлиз вас я видел, други!Клянусь во дни разлукиВас часто вспоминать,В мечтах одушевлятьЧас дружеской беседы,Где острых слов победыВы знали замечатьИ в шутках повторять!..Где царство и народыВ кругу прямой свободы.За чашей пуншевой,При дыме трубок сидя,Пристрастья ненавидя,Судили пред собой!Где тайной скорби силуИ близкую могилуЯ с вами забывалИ радостью счастливойВ час думы молчаливойМой дух воспламенял!Где злобу и порокиБесчувственных людей,Тщету заслуг, честей,И скрытые дорогиИскателей, льстецов,И страстное сужденье,И к истине презреньеСмешных лжемудрецов,Где суд невежд пристрастныйДает невеждам путьКо славе безопасный,Где знания безгласны,Где ум, талант гнетут, —Мы видели – учились…И к почестям стремилисьНеробкою стезей!..Исчезни, пламень мой,Когда я вас забуду,Свободные друзья!Вот вам рука моя,Что свято помнить будуСоюз сердец святой.Скорее луч денницыВ предвестии гробницыУгаснет надо мной!Друзья! налейте кубки!Ударим край о крайИ в скорбный час разлукиЗапьем свое «прощай!»…Приклонский, нам с тобоюЕще сквозь мрачных тучБлестит надежды луч —Быть может, Марс трубоюИз мертвого покоюНас в поле воззоветПриманчивыя славыИ след войны кровавойНас к цели доведет;Быть может (сокровеньеКто может предузнать?),В пылу огней, сраженья,Как к рати двигнет ратьПогибельной стезею,Нам суждено с тобоюВ добычу смерти злойПредвременну могилуУзреть в земле чужой!..Но нет, и мысль унылуЗабвенью предадим,За чашей круговоюВеселою мечтоюСвой дух воспламеним!..Оставя жизни бурнойНеласковый приемИ блеск честей мишурный,Ты истинным путем,Кисловский, друг свободы,Под сень самой природыНетрепетно идешь,Где время золотоеВ беспечности, покоеТы мирно проведешь…Ни громы в отдаленьи,Ни ядер звонкий шумВ минуты сладких дум,В часы отдохновеньяТебя не воззовут!..Под кровлею родноюТам счастие с тобою!..Там дружества приют!И дни твои беспечно,Но быстро, скоротечноВ довольстве пробегут.Доколе юность с намиИ огненная кровьС свободными сердцами,Друзья! дотоль любовь,И дружбы глас священный.И кубок позлащенныйС пенящимся вином,Честь, истина с добром —Нам будут утешеньемИ долгом в жизни сей!..Прямое наслажденье —Не блеск пустых честей,Не славы шаткой сила,Не милости царей,Не злато богачей;Их ранняя могилаВо мраке погребет…Нет, к счастию ведетПуть чести благородной,Где ум души свободной,Где совести покойУпрекам неподвластен,С рассудком и душойИ с честию согласен!Но, други, час бежит…День ясный вечереет,И в кубках дно яснеет…Всё, кроме нас, молчит,И троица стоитКоней удалых, рьяных,И солнца свет багряныйЗа дальнею горойСменился темнотой!Природа в неге спит!..Луна-путеводительПуть дальний серебрит.Да гений-покровительВ разлуке вас хранит.Итак, нальемте кубки,Ударим край о крайИ в скорбный час разлукиЗапьем свое «прощай!»1817 (?)
Каменец-Подольск
Г. С. Батенькову
Хотя глас дружества молчанью твоемуБез прекословия и укоризн прощает,Но можно ль нежность дать холодному уму,Который действие с причиной разбирает?Ужели хладная и мертвая Сибирь,Где видны ужасы неласковой природы,Где вьюги, и мороз, и вихорь-богатырьОт точки полюса под знаменем свободыСтремятся по горам пустынным бушевать,Могла твой прежний дух и дружбы уверенья,Как кедра сильный ветр главу, поколебать…И силлогизма дать софизму заключенья?Ужель свинцовый часПокрыл прошедшее невозвратимой тьмою,Ужель он заглушил влеченья тайный глас,Который юношей нас съединил с тобою?..Конечно, в те часы, как мыслью ты леталС Невтоном, с Гершелем в планетахотдаленных,Движенья их, часы, минуты исчислял,Их жителям давал законы непременны, —Чужд бренности земной,О друге забывал, как о пылинке бренной,И гений добрый твойНа время оставлял тебя мечтой химерной;Иль, долгу верный раб, в союзе с суетой,Заботой, нуждами и бедством окруженный,Не мог ты жертвовать минутою однойДля друга ежедневно?Но прочь сомнение, ты тот же должен быть:Те ж чувства, чуждые и низости, и лести,И ум возвышенный, способный отличитьТалант от глупости, дым суеты от чести,Те ж мысли правоты, размер во всех делах,И поступь, сродная закону протяжений,Те ж Эйлер и Лагранж – в сияющих глазахПо тем же степеням высоких уравнений!..Прости, мой друг,Метафорическим моим уподобленьям!С тяжелой головой, с унынием сам-друг,Могу ли услаждать приятным песнопеньемТвой к бурям приобвыкший слух?К тому ж вожатый мой, Вакх дерзостныйи юный,Тогда как я пишу, волнуя бурный дух, —Мои наладил струны!..Напрасно б стал тебе забавы воспевать,О радостях вещать дрожащими устамиИ подвиги мои с улыбкой исчислятьНа поле боевом не голосом, очами…Погибло всё, как сон с младенческой мечтой.Любитель некогда военной непогоды,С прискорбием теперь меч обнажаю свой,Как чадо смелое безвластия, свободы!..Я свет печальный созерцал —И волос дыбом становился!Когда же глубину души людей познал,Я с светом раздружился!..Руссо и Тимона невольно оправдал,И, им последовать готовый,Чем более людей боялся и бежал,Тем делались сносней тяжелые оковы!С пустынею в душе, с сомненьем ко всему,Не доверяющий сим тварям ослепленным,Которы в гордости, в невежестве умуВозносят алтари… и гонят ум смиренный…