Когда я вернусь (Полное собрание стихов и песен)

 
БАЛЛАДА О ТОМ, КАК ЕДВА НЕ СОШЕЛ С УМА ДИРЕКТОР АНТИКВАРНОГО МАГАЗИНА #22 КОПЫЛОВ Н.А.
(рассказанная им самим доктору Беленькому Я. И.)
…Допекла меня все же Тонечка, 
Гарнитур купил ей ореховый! 
Я ж не брал сперва – ни вот столечка! 
А уж как начал, так поехало! 
Как пошла молоть прорва адова – 
Где по сотенке, где по камушку, 
Намолола мне дачку в Кратове, 
Намолола мне «Волгу»-матушку! 
Деньги-денежки, деньки-катыши, 
Вы и слуги нам, и начальники… 
А у нас товар деликатнейший – 
Не стандарт какой – чашки-чайники!
Чашки-чайники, фрукты-овощи! 
Там кто хошь возьмет, хоть беспомощный! 
Хоть беспомощный!
А у нас товар – на любителя, 
Павлы разные, да Людовики, 
А любителю – чем побитее, 
Самый смак ему, что не новенький! 
И ни-ни, чтоб по недомыслию 
Спутать Францию или Швецию… 
А недавно к нам на комиссию 
Принесло одну старушенцию. 
И в руках у ней не хрусталина, 
Не фарфоровые бомбончики, 
А пластиночки с речью Сталина, 
Ровно десять штук – и все в альбомчике.
А я стреляный, а я с опытом! 
А я враз понял – пропал пропадом! 
Пропал пропадом!
Тем речам цена – ровно тридцать «ре»! 
(И принес же черт сучку-пташечку!) 
Ну, какой мне смысл на такой муре 
Наблюдать посля небо в шашечку!? 
Вот и вникните в данный факт, друзья, 
(На добре ж сижу, не на ветоши!) 
Мне и взять нельзя и не взять нельзя – 
То ли гений он, а то ли нет еще?! 
Тут и в прессе есть расхождения, 
И, вообще, идут толки разные… 
Вот и вникните в положение 
Исключительно безобразное!
Они спорят там, они ссорятся! 
Ну, а я решай, а мне – бессонница! 
Мне бессонница!
Я матком в душе, а сам с улыбочкой, 
Выбираю слова приличные, 
За альбомчик, мол, вам – спасибочко! 
Мол, беру его – за наличные! 
И даю я ей свои кровные, 
Продавцы вокруг удивляются. 
Они, может быть, деньги скромные, 
Но ведь тоже зря не валяются! 
И верчусь весь день, как на вертеле, 
Ой, туманится небо светлое, 
И хоть верьте мне, хоть не верьте мне, 
А началось тут несусветное! –
А я стреляный! А я с опытом! 
А я враз понял – пропал пропадом! 
Пропал пропадом!
Или бабку ту сам засек народ, 
Или стукнулась со знакомыми, – 
Но с утра ко мне в три хвоста черед – 
Все с пластинками, все с альбомами! 
И растет, растет гора целая, 
И наличность моя в угасании! 
Указание б чье-то ценное! 
Так ведь нет его, указания! 
В пух и прах пошла дачка в Кратове! 
«Волга»-матушка – мое детище! 
И гвоздит мне мозг многократное – 
То ли гений он, а то ли нет еще?!
«Я маленькая девочка – танцую и пою, 
Я Сталина не видела, но я его люблю!»
А я стреляный, а я с опытом! 
А я враз понял – пропал пропадом! 
Пропал пропадом!
…но доктор Беленький Я.И. не признал Копылова Н.А. душевнобольным и не дал ему направления в психиатрическую клинику…
 
КОРОЛЕВА МАТЕРИКА
(Лагерная баллада, написанная в бреду)
Когда затихает к утру пурга, 
И тайга сопит, как сурок, 
И еще до подъема часа полтора, 
А это немалый срок. 
И спят зэка, как в последний раз – 
Натянул бушлат – и пока, 
И вохровцы спят, как в последний раз – 
Научились спать у зэка. 
И начальнички спят, брови спят, 
И лысины, и усы, 
И спят сапоги, и собаки спят, 
Уткнувши лапы в носы. 
И тачки спят, и лопаты спят, 
И сосны пятятся в тень, 
И еще не пора, не пора, не пора 
Начинать им доблестный день. 
И один лишь «попка» на вышке торчит, 
Но ему не до спящих масс, 
Он занят любовью – по младости лет 
Свистит и дрочит на Марс. 
И вот в этот-то час, как глухая дрожь, 
Проплывает во мгле тоска, 
И тогда просыпается Белая Вошь, 
Повелительница зэка, 
А мы ее звали все – 
Королева Материка! 
Откуда всевластье ее взялось, 
Пойди, расспроси иных, 
Но пришла она первой в эти края, 
И последней оставит их… 
Когда сложат из тачек и нар костер, 
И волчий забыв раздор, 
Станут рядом вохровцы и зэка, 
И написают в тот костер. 
Сперва за себя, а потом за тех, 
Кто пьет теперь Божий морс, 
Кого шлепнули влет, кто ушел под лед, 
Кто в дохлую землю вмерз, 
Кого Колыма от аза до аза 
Вгоняла в горячий пот. 
О, как они ссали б, закрыв глаза, 
Как горлица воду пьет! 
А потом пропоет неслышно труба, 
И расступится рвань и голь, 
И Ее Величество Белая Вошь 
Подойдет и войдет в огонь, 
И взметнутся в небо тысячи искр, 
Но не просто, не как-нибудь – 
Навсегда крестом над Млечным Путем 
Протянется Вшивый Путь!
Говорят, что когда-то, в тридцать седьмом, 
В том самом лихом году, 
Когда покойников в штабеля 
Укладывали на льду, 
Когда покрякивала тайга 
От доблестного труда, 
В тот год к Королеве пришла любовь, 
Однажды и навсегда. 
Он сам напросился служить в конвой, 
Он сам пожелал в Дальлаг, 
И ему с Королевой крутить любовь, 
Ну, просто нельзя никак,
Он в нагрудном мешочке носил чеснок, 
И деньги, и партбилет, 
А она – Королева, а ей плевать – 
Хочет он, или нет! 
И когда его ночью столкнули в клеть, 
Зачлись подлецу дела, 
Она до утра на рыжем снегу 
Слезы над ним лила, 
А утром пришли, чтоб его зарыть, 
Смотрят, а тела нет, 
И куда он исчез – не узнал никто, 
И это – Ее секрет! 
А еще, говорят, что какой-то хмырь, 
Начальничек из Москвы, 
Решил объявить Королеве войну, 
Пошел, так сказать, «на вы». 
Он гонял на прожарку и в зоне и за, 
Он вопил и орал: «Даешь!» 
А был бы начальничек чуть поумней, 
Он пошел бы с ней на дележ, – 
Чтобы пайку им пополам рубить, 
И в трубу пополам трубить, 
Но начальник умным не может быть, 
Потому что – не может быть. 
Он надменно верил, что он не он, 
А еще миллион и он, 
И каждое слово его – миллион, 
И каждый шаг миллион. 
Но когда ты один, и ночь за окном 
От черной пурги хмельна, 
Тогда ты один, и тогда беги! 
Ибо дело твое – хана! 
Тогда тебя не спасет миллион, 
Не отобьет конвой! 
И всю ночь, говорят над зоною плыл 
Тоскливый и страшный вой… 
Его нашли в одном сапоге, 
От страха – рот до ушей, 
И на вздувшейся шее тугой петлей 
Удавка из белых вшей… 
И никто с тех пор не вопит «Даешь!» 
И смеется исподтишка Ее Величество Белая Вошь, 
Повелительница зэка. 
Вот тогда-то Ее и прозвали все – Королева Материка.
Когда-нибудь все, кто придет назад, 
И кто не придет назад, 
Мы в честь Ее устроим парад, 
И это будет парад! 
По всей Вселенной (валяй, круши!) 
Свой доблестный славя труд, 
Ее Величества Белой Вши 
Подданные пройдут, 
Ее Величества Белой Вши 
Данники всех времен. 
А это сумеет любой дурак – 
По заду втянуть ремнем, 
А это сумеет любой дурак – 
Палить в безоружных всласть! 
Но мы-то знаем, какая власть 
Была и взаправду власть! 
И пускай нам другие дают срока, 
Ты нам вечный покой даешь, 
Ты, Повелительница зэка, 
Ваше Величество Белая Вошь! 
Наше Величество Белая Вошь! 
Королева Материка!