Западноевропейская поэзия XХ века. Антология
КЛЯТВА СТИКСА [88]
И если некогда я был сродни стремительным орлам,которые весной короткой,не уставая, могут облететь Египет, Индию, Элладу,и если некогда моя походкапружинистой была, как поступь моряка, избороздившего моряи не забывшего, как пляшут под ногами волны,и если вдруг — как будто темный ворон Ахеронауже забил крылами надо мной —в себе замкнулся я,готовый устремитьсяза грань неведомых, сокрытых ритмов мира,чтоб выйти к свету из земной темницы, —так почему я медлил до сих пор?Но вот теперь, когда вы мне открыли путь,пройдя сквозь мрак легко и плавно — словно в танце,бессмертные мои бойцы,я к вам пришел и вижу, что над вамине смерть стоит, а мощный дубс тенистыми ветвями,о Греции мы говорим, о Греции, что вам открылась,когда закат коснулся ваших глаз,и, рассыпаясь на осколки, мир погас,чтоб родина из вашей крови возродилась,я с вами говорю,бойцы почившие мои, питомцы гор, долин и моря,о всходах новой жизни, озаренных светомвеликой вашей жертвы, братья!И если некогда я был сродни стремительным орлам,которые весной короткой,не уставая, могут облететь Египет, Индию, Элладу,и если некогда моя походкапружинистой была, как поступь моряка, избороздившего моряи ие забывшего, как пляшут под ногами волны,и если вдруг —как будто темный ворон Ахеронауже забил крылами надо мной —все силы я собрал,готовый устремитьсяза грань неведомых, сокрытых ритмов мира,чтоб выйти к свету из земной темницы, —то уж теперь от вас я не уйду,я с вами каждое мгновенье,из сердца сделал я гумно,чтоб вы на нем сплясали, други,и я, прикрыв глаза, смотрю на вас —как вы скользите, за руки держась,по кругу в тайной пляске смерти,и я смотрю, смотрю, не размыкая глаз,смотрю и наглядеться не могу,как вы, бессмертные бойцы, в одном кругупрекрасный танец клефтов [89]на сердце пляшете моем!От вас я не уйду, —какой бы ни была моя судьба,написанная звездами на небе, —я сердце отдал вамдля пляски тайной,пускай пылает жертвенный костер,пусть высятся в саду могильные холмы,а вы в глубинах сердца моего танцуйте танец клефтов,пока не упадут оковы тьмы,и вы, восторженны, крылаты,в порыве вдохновенном,станцуете наш древний танец по-иному —станцуете бессмертие Эллады!КОСТАС ВАРНАЛИС
Перевод Е. Смагиной
Костас Варналис(1884–1974). — Родился в городе Бургас (Болгария), в семье сапожника. Окончил филологический факультет Афинского университета, был учителем, а потом директором школы. В 1905 г. выпустил в свет первый сборник — «Соты», анакреонтические стихотворения, близкие по своей манере к французской школе парнасцев.
В 1919 г. для продолжения образования поэт уезжает в Париж, здесь же воспринимает социалистические идеи, осознает значение Октябрьской революции в оссии. По возвращении на родину занялся журналистикой. Начинается самый плодотворный период его творчества, выходят книга стихов и прозы «Пламенеющий свет» (1922), сатирическая повесть «Народ скопцов» (1923), трактат «Соломос без метафизики» (1925), поэма «Осажденные рабы» (1927), повесть-памфлет «Дневник Пенелопы» (1946), сборник исторических портретов «Диктаторы» (1954).
Обличительный пафос, бичевание уродств буржуазного мира сочетаются в произведениях Варналиса с гуманностью, светлым и добрым видением природы, человека, будущего.
В 1934 г. Варналис принял участие в Первом съезде советских писателей. В 1959 г. он был удостоен Международной Ленинской премии мира. В 1975 г. в Афинах посмертно вышел сборник Варналиса «Гнев народа» — стихотворения, написанные поэтом в период военной диктатуры 1967–1974 гг.
На русском языке издан том «Избранное» Костаса Варналиса («Художественная литература», 1959).
Стихи, публикуемые в настоящем томе, на русский язык переводятся впервые.
ОБРЕЧЕННЫЕ
Вчера в подвальном кабаке,В дыму табачном, в перебранке,Под вопли уличной шарманкиМы пили, сидя в уголке.Вчера — и раньше: вечер каждыйСжигает нас хмельною жаждой.Кто к полной кружке тянет руки,Кто на пол сплюнет иногда.О, в мире нет страшнее муки,Чем жизни прожитой года!Как ни копайся в прошлом сорном,Не вспомнишь дня, чтоб не был черным.О солнце и морские воды,О небо, щедрое стократ!Шафранные шелка восхода,Гвоздикой рдеющий закат!Сияньем вашим мир украшен,Но нет вам места в сердце нашем!У одного отец недужен —В параличе десятый год;А у того жене все хуже —В чахотке тает, кашель бьет;Сынок в тюрьме, дочь на панели, —Чтоб дети даром хлеб не ели.— Кто виноват? Судьба дрянная!— Кто виноват? Господень суд!— Кто виноват? Башка дурная!— Вино всему виною тут! —Кто виноват? Кто мрак осветит?Никто не знает, не ответит.Так в темном чреве кабакаМы пьем, трусливы и убоги.Найдем, как черви на дороге,Смерть под ударом каблука.Нет избавленья ниоткуда.Чего мы ждем? Должно быть, чуда.