Роковой секрет кэльпи (СИ)

— Я… я не могу, ты что…
С широко распахнутыми от удивления глазами Ви смотрела на печенье, бананы, кукурузные хлопья, помидоры и яблоки, сваленные в кучу. Её живот предательски заурчал, и она бессознательно облизнула губы.
— Ешь уже, — улыбнулся Джей и присел на вторые свободные качели. От этого взгляда на душе у него полегчало, и он наконец позволил себе расслабиться. — Ну а если захочешь отблагодарить, надери задницу Томасу. Надо же тебе научиться уметь постоять за себя. И не вздумай больше с ним делиться: ублюдок это заслужил!
Не отвечая, Ви быстро достала бутылку воды из пакета и начала жадно пить. Только когда та опустела наполовину, она перевела дыхание и, плеснув щедрую струйку на ногу, заметила уже чуть менее робко:
— Он же старше на три года, а, значит, сильнее. У меня не получится. Я не умею драться.
— А хотела бы? — в глазах Джея вдруг заплясали озорные огоньки.
— Угу, — кивнула Виолетта, уже быстро набивая рот печеньем и запивая его водой. Услышав её довольное чавканье, он не удержался и засмеялся:
— Круто! Тогда ударь меня!
Чуть не подавившись, Ви фыркнула и с немым вопросом посмотрела на Джейсона. Тот поспешно добавил:
— Когда доешь, конечно. А, и ногу перевяжи… Можем потренироваться вместе, но предупреждаю: дерусь я отстойно. Хотя Томас тот ещё болван и трус. Я бы попытался дать ему в морду, но тогда он бы стал цепляться даже больше. А вот если ты сломаешь толстяку нос, ублюдок испугается и точно перестанет к тебе лезть, я уверен!..
Его пылкую речь прервал тихий смех. Опешив от неожиданности, Джей в полном ступоре уставился на Ви. На её губах впервые за долгое время заиграла слабая, но искренняя улыбка.
— Правда научишь?
— Конечно! Ты ешь, ешь. Смотри: держать кулак нужно так. Когда большой палец накрывает другие пальцы, шанс выбить их при ударе становится меньше. Если тебя бьют, ставь блок — вот так. А если бьёшь ты, стань, как я, и быстро, со всей силы двинь обидчику в нос. Или ступнёй между ног. Или комбо!..
Смеясь, сидя на качелях и болтая здоровой ногой, Ви кое-как обмотала рану бинтом, а потом и вовсе попыталась следовать указаниям Джейсона. Страх перед ним ушёл: с Лесли оказалось на удивление уютно и весело, поэтому остаток дня пролетел незаметно для них обоих. Сначала Виолетта то и дело получала синяки и падала, но Джей с энтузиазмом помогал ей встать. С каждым часом она держалась всё лучше и лучше, несмотря на неусыпную боль, а ближе к позднему вечеру ей впервые удалось заставить его покачнуться и упасть. Потирая ушибленный копчик, он удивлённо рассмеялся и, подойдя к Ви, погладил её по макушке, с нескрываемым восхищением сказав: «Молодец, котёнок! Делаешь успехи!»
— Котёнок? — переспросила она и озадаченно наклонила голову набок.
— Ага. Маленькая, быстрая, и глаза зелёные. Как у кошки.
— Дурак, — она засмеялась и в шутку толкнула его в ответ. Мимолётный взгляд зацепился за звёзды, весёлыми огоньками мерцавшие на тёмном небе, и Ви вдруг с удивлением заметила: уже давно наступил вечер. — Ох, папа, наверное, пришёл! Прости, Джей, мне нужно бежать…
— Как скажешь, — тут же согласился он, уже прикидывая, насколько сильно ему бы влетело от мамы за игры допоздна. Когда Виолетта выбежала с площадки, Джейсон не удержался и крикнул:
— Эй, Ви! Друзья?
— Друзья! — прокричала она в ответ и, улыбнувшись, бросилась домой, шурша лучшим в мире пакетом и почти не замечая порядком притупившуюся боль в ноге.
В окне на кухне уже горел яркий свет, словно говоря о том, что отец вернулся домой. В воздухе стоял тяжёлый запах перегара. Торопливо стянув с себя грязную обувь, Ви бросила её в прихожей и вместе с остатками печенья и фруктов в руках забежала в комнату.
— Папа, смотри, что дал мне Джей!.. — весело крикнула она с порога, но тут же притихла и прижала угощения к груди, когда увидела отца.
Эндрю сидел за кухонным столом, уставленным одними только пустыми банками из-под пива. Открыв очередную из них, он сделал большой глоток и отрешённо глянул на Ви. «Может, снова звонили из школы?..» — с опаской подумала она, тяжело вздохнув, и медленно опустила пакет на пол.
 
— Джей? Джейсон Лесли? — наконец спросил Ривс, толком не зная, что сказать. Он был зол.
— Угу, — Ви чуть кивнула, переминаясь с ноги на ногу на пороге кухни, и невольно отметила: «У папы уставший вид. Колючая небритая щетина, красные глаза и большие мешки под ними, драная домашняя футболка… И огромный след на щеке. Как будто от пощёчины».
—…Ясно. — Помолчав, Эндрю машинально дотронулся до болезненно опухшей скулы и резко поморщился. — Миссис Лесли заходила. Уже знаю.
— Угу. Вы поссорились?
— Можно сказать и так, — мрачно ответил он и без особого интереса обвёл взглядом её криво перебинтованную ногу.
Второй глоток пива.
— Скажи, папа… — С трудом выговаривая слова, боясь услышать горькую правду, Ви заставила себя закончить вопрос: — Мама вернётся?
Третий глоток. Четвёртый. Тишина.
— Папа?..
— Нет, — короткий ответ, словно лезвие ножа, полоснул её по сердцу, хотя где-то в глубине души Виолетта уже давно это знала: «Мама не вернётся. Никогда. Сколько бы я ни ждала и ни плакала, она не придёт домой».
Пятый глоток. Шестой. Седьмой.
— Я больше не могу тебе лгать, — не выдержал Эндрю. Его глаза заблестели от слёз в тусклом электрическом свете грязной кухни. Он сделал глубокий вдох и выдох, опуская голову.
Банка пива закончилась.
— В начале сентября её нашли у реки в нескольких милях отсюда. С перерезанными запястьями и чертовски глубокими ранами на горле. Все деньги и одежду забрали, — сипло шептал Ривс, покачиваясь из стороны в сторону на стуле. Мерзкий скрип расшатанных ножек противным эхом отдавался у Ви в ушах, но она не двинулась с места и всё так же не отводила глаз от отца. — Проклятые приезжие наркоманы, предложили бесплатно «подвезти»… Их посадили в начале месяца, только… только от этого мне никак не легче. Наверное, Эйли могла бы выжить, могла бы выползти на дорогу к людям даже с такими ранами, но… Вода убила её, не дав ни шанса. Убила медленно, мучительно и беспощадно.
Сглотнув, Ривс прикрыл глаза ладонью. Его щёки поблёскивали от влаги и, не сдержавшись, он потянулся за следующей банкой пива, рывком открывая и её.
— Ненавижу их, — глухо шепнул Эндрю, уставившись в поверхность дурно пахнувшей столешницы остекленевшим взглядом. Его пальцы задрожали, и, словно пытаясь подавить бурю эмоций, губы сами собой начали жадно глотать дешёвое пиво. — Я должен, должен был сам вызвать машину… Если бы только ты поехала с ней, Эйли не стала бы возражать насчёт такси и осталась жива. Но её больше… нет. Больше нет.
Ви не ответила, беззвучно заплакав и даже не дослушав речь папы до конца. Слёзы градом покатились по лицу и, не в силах сдерживаться, она бросилась к себе в комнату, забираясь на тесный чердак. Обессиленно упав на подушку, Виолетта зарыдала ещё громче и вцепилась маленькими кулачками в холодную ткань простыней. «Значит, мама умерла из-за меня… Умерла, потому что я не поехала с ней. И никогда-никогда больше не придёт защитить, — повторяла она себе, снова и снова всхлипывая и даже не думая сесть за домашнее задание. — Тогда я должна стать сильнее! Настолько сильной, чтобы никто не смог ограбить меня или убить. Даже такой здоровяк, как Томас…»
Слово «смерть» всегда было чем-то странным, далёким и непонятным, но Ви прекрасно уяснила одно: «Мама больше не вернётся. И это из-за меня».
Она сидела на кровати и раз за разом, всю ночь напролёт яростно колотила подушку руками и ногами, как её учил Джей, повторяя себе: «Если мама не вернётся, а папа продолжит пить, у меня не останется никого, кто мог бы мне помочь. Совсем никого… Я должна стать сильной. Сильнее и выносливее их всех!»
 
Как бы искажённо она ни восприняла смерть матери тогда, но слова отца запомнились Ви на долгие месяцы и годы. И понимание пришло позже, оставляя глубокий шрам на каждом из далёких воспоминаний о детстве.