Роковой секрет кэльпи (СИ)

— Не смей уходить. Не успеешь. Этой ночью девочка уйдёт на дно по собственной воле… Не мешай ей и останься со мной. Ты же помнишь о нашей мечте?
— Твоей мечте, Лили. Твоей. Мечте, ради которой ты использовала меня и бросила сходить с ума в чёртовом грязном болоте. Красивой розовой мечте о мире во всём мире, о мире между эльфами и кэльпи, которая никогда не сбудется, как бы ты ни лгала самой себе. Жестокой несбыточной мечте, преследуя которую ты идёшь по головам.
— А разве ты не шёл по головам ради меня? Разве не собирался убить их всех, думая, будто я бы хотела такой мести? — с улыбкой уточнила она — и Кэл снова зарычал, не найдя, что ответить. — Сейчас моя цель близка как никогда, кэльпи. То влияние, которого я добилась за эти годы, та любовь, которой меня одаряет добрая половина Эльфийского народа… Моё предательство того стоило, и я о нём ни капли не жалею. Так разве ты хочешь спасти игрушку из чистого упрямства и поплатиться за это собственной жизнью, когда мог бы остаться здесь, со мной? Навсегда?..
— Это моя игрушка, Лили. Моя. И тебе ли не знать, что смерть — последняя вещь, которая меня страшит, — отрезал он — и, оттолкнув её в сторону, бросился на главную площадь, к арке.
***
Виолетта бежала напролом через чащу, даже не пытаясь следовать едва заметным тропинкам, по которым они с Кэлом пришли в Рэгнум. Колени были сбиты в кровь под тканью джинсов, в ботинки попали мелкие камни, бинты под курткой размотались, но она только вытащила их из-под одежды и на ходу отбросила прочь, не останавливалась ни на мгновение. Луна всё ещё светила на небе, и Полярная звезда указывала Ви путь едва заметным, блеклым сиянием.
«Неужели то, что я увидела — правда? — бешено выстукивало горячее сердце снова и снова. — Не может быть. Просто не может! Джей бы никогда не сунулся в лес… Если только не этой ночью!»
Небо светлело с каждой секундой, и с каждым вдохом, с каждым ударом сердца близился момент, увиденный ею в таинственном тумане. В последней надежде запустив руку в карман, Виолетта, всхлипнув, стиснула зубы: мобильный так и остался одиноко лежать на столике в доме Лили. Окажись он с ней — и Ви смогла бы позвонить Джейсону, попросить его бежать, бежать из леса…
«Джей… Зачем я вообще втянула его в эту историю? Он мой друг, мой лучший друг, почти брат! И как Кэл мог захотеть сделать такое с ним? Ненавижу, ненавижу!» — с тихой яростью думала она каждый раз, когда на мгновение поддавалась усталости, — и уже через десяток секунд ускоряла шаг вдвое, снова срываясь на бег.
Голова всё ещё раскалывалась, отказываясь мыслить логически, после тяжёлого приторного аромата благовоний, хотя нос уже давно чувствовал только чистый хвойный запах вокруг. В боку кололо, случайные ссадины кровоточили, а в лёгких не хватало воздуха для того, чтобы просто сделать выдох. И даже в таком состоянии Виолетта отчаянными рывками продолжала свой путь, надеясь на то, что всё увиденное ею во время обряда было ложью.
Огромной, сладкой, желанной ложью.
Неподалёку, чуть правее от Ви блеснула водная гладь, и она бросилась к ней, как к единственной своей надежде:
— Джей! Джейсон, ты здесь? Ответь, чёрт возьми!
Тяжёлая тишина замерла над озером, и даже очередной ворон не вспорхнул где-то среди деревьев, испуганный человеческим голосом. Никто не отозвался на её крик. Ни одна птица, ни одно животное.
Как если бы тело покойника, мерно покачивавшееся на волнах у самого берега, отпугнуло их всех.
Зажав рот обеими руками, Виолетта неверяще сделала несколько шагов вперёд и замерла. Утопленник, опутанный склизкими водорослями, лежал на воде лицом вниз у противоположной стороны водоёма и не подавал никаких признаков жизни. Она не сдержала вскрика и сразу бросилась к нему в обход, по мокрому песку, и, без колебаний забежав в озеро по грудь, всё-таки попыталась вытащить тело на сушу. Это удалось Ви не сразу, но, в конце концов, у неё получилось.
Золотистые волосы потемнели от смеси из воды, грязи и песка, а глаза остались широко распахнутыми, будто человек никак не мог поверить в то, что мёртв. И Виолетта с ещё большим ужасом осознала: это и правда был Джейсон. На самом деле он.
 
«Джей! Джей, очнись, очнись… Пожалуйста, не надо… Так нельзя, нельзя, нельзя!» — бездумно повторяла Ви, изо всех сил тряся его за плечи, пусть в этом и не было никакого смысла. Изо рта и ноздрей сплошным потоком хлынула вода, и она схватила друга за окоченевшую руку, пытаясь прощупать пульс. Безуспешно. Он даже не дышал. Губы уже теряли розовый цвет, превращаясь в ледышки, а пальцы сжались в судороге, став твёрдыми, словно кремень. И ещё до того, как взгляд зацепился за отчётливые следы копыт на мокром песке, Виолетта уже знала: это было убийство. Как знала и того, кто любил приносить людям смерть именно таким способом.
***
Кэл добрался до озера слишком поздно. Стоило ему шагнуть за арку и очутиться в человеческом мире, по одну сторону с Ви, но в миле от неё, как дремавшая цепь контракта, больше не сдерживаемая силой эльфийских рун, проснулась, зазвенела, дала о себе знать. И она была очень, очень зла.
Стальные звенья врезались в кожу горла, будто заточенные ножи, и стоило Кэлу хоть на мгновение замедлить бег, как они начинали торопить его всё сильнее и безжалостнее. «Проклятый безмозглый договор, — на ходу злился он, сжимая горло обеими руками, — если бы я использовал чары, догнал бы девочку в мгновение ока!» Только вот цепь не позволяла ему сменить облик, словно издеваясь и нашёптывая на ухо: «Это станет тебе уроком. Больше не смей отходить так далеко от хозяйки. Каждое ослушание стоит агонии, за которой не будет смерти. Страшной, обжигающей, свирепой боли, что никогда не закончится, пока приказ не окажется выполнен… И если придётся, ты поползёшь за смертной на коленях, кэльпи. Я заставлю».
«Если она умрёт, не заставишь», — огрызнулся он в ответ, но на это цепи было всё равно: её волновало лишь строгое соблюдение правил, а никак не чья-то гибель или жизнь.
Странное зрелище открылось ему, когда Кэл наконец выбежал на тёмный берег и увидел Ви. Промокшая и продрогшая девушка сидела по щиколотку в ледяной мутной воде, баюкая на коленях голову Джея, снова и снова неверяще пропуская его слипшиеся волосы сквозь пальцы. Виолетта показалась бы жуткой любому: настолько сумасшедшей она выглядела, но кэльпи только бросил удивлённый взгляд на труп и невольно обнажил острые зубы в улыбке.
— Я предупреждал, — заметил он, и его дьявольски блеснувшие глаза с интересом остановились на Ви.
— Не подходи ко мне, — подавленно приказала она в ответ и вдруг закашлялась, дрожа на промозглом ветру. Весь её вид оставался отрешённым, почти безжизненным, и совсем лишённым прежней гордости. Виолетта даже не попыталась поднять голову и лишь уставилась на свои грязные пальцы, осторожно перебиравшие белокурые волосы Джейсона, будто только они существовали на самом деле.
Будто ил, песок и водоросли, прилипшие к ладоням, были просто частью какого-то страшного, невозможного, ужасного сна.
Кэл хотел было приблизиться, но не смог сделать ни шагу. Цепь змеёй обвилась вокруг и без того нывшей шеи, будто напоминая о мгновенной расплате за ослушание, и ощущение её тяжести становилось лишь сильнее при первой же мысли о нарушении приказа.
Вопреки всякой логике, кэльпи всё-таки занёс ногу над землёй — и сразу скривился, стиснув зубы от недвусмысленных намёков цепи. Всеми своими действиями она словно говорила ему: «Отступи. Уйди. Я не позволю тебе пройти дальше. И ты об этом прекрасно знаешь».
 
Он знал. Знал, что за следующим шагом должна была последовать резкая боль. Только вот за свою жизнь он испытал куда больше агоний, чем кто-либо другой, хотя бы потому, что смерть всегда отказывалась прийти по его душу.
«Итак, десять шагов, — поморщившись, подсчитал Кэл. — Жалкое расстояние, но наказание за каждый будет поистине адским… Впрочем, выбор невелик».
И он сделал новый шаг. Второй.
Дыхание перехватило. Стало нечем дышать, но Кэл, не обратив на это внимания, проделал невероятное усилие над собой и быстро ступил на землю ещё два раза. Больше он не смог, потому что покачнулся и, потеряв равновесие, упал на четвереньки, задыхаясь. Голова закружилась, перед глазами поплыло, но цепь блокировала любую его попытку использовать силу. И всё же Кэл, пусть даже на коленях, полз вперёд.