Роковой секрет кэльпи (СИ)

Он не пытался убить её. Не пытался использовать свои чары. И всё же от его слов по коже Ви пробежали мурашки, пульс сбился на долю секунды, а дыхание стало шумным и прерывистым. Она не ответила.
— Вот оно… То, что пугает тебя больше всего на свете. Больше, чем когда-либо пугал я… Говори, смертная: теперь твоя очередь отвечать, — удовлетворённо усмехнулся Кэл, чуть прикрыв глаза, и с нескрываемым наслаждением сделал глубокий вдох, — или обещание для тебя — пустой звук?
— Она… Она умерла, когда мне было восемь, — глухо прошептала Виолетта, сглотнув. Слова комом стали в горле, не позволяя сказать что-либо ещё, голова поникла, а плечи чуть ссутулились, будто она вот-вот готова была обхватить их руками, чтобы сдержать дрожь.
— Говори. Как именно умерла твоя мать? — нетерпеливо переспросил кэльпи, чуть сильнее, но не до боли сжав нежную шею, и заставил Ви поднять подбородок, не отводя глаз от его зрачков-буравчиков. — Кто был убийцей? Когда ты впервые увидела тело? Почему горло было перерезано? И почему больше всего на свете ты боишься именно её?
— Я не… Я никогда не видела… — тихо попыталась ответить она, и её взгляд на секунду остекленел. Каждый вопрос, заданный вкрадчивым, властным голосом ранил сердце острыми осколками, а в мыслях снова вспыхивали старые, но по-прежнему яркие и отчётливые воспоминания о том ужасном дне, когда за окном барабанил дождь. — Кэл, прекрати… Просто. Чёрт возьми. Хватит!
Шумно выдохнув и схватившись за собственное горло, кэльпи нехотя отпустил Ви и отстранился; теперь в его взгляде явственно читалось разочарование вперемешку с презрением.
Раньше, чем он успел бы сказать что-то колкое, она скрестила руки на груди и до боли вцепилась пальцами в плечи, поднимаясь с пола. В тот момент больше всего на свете ей хотелось оказаться как можно дальше от Кэла и этого старого дома, где-нибудь в светлой уютной комнатке отеля в Чендере, где никто бы её не знал и где можно было рыдать так громко, как позволял голос, без страха быть высмеянной или осуждённой. Там, где не нужно было каждый день ругаться с ревнивыми стервами вроде Синди или такими откровенными мерзавцами, как Томас, которые точно знали, какие слова царапали душу больнее всего; где не нужно было ходить в школу и колледж вообще и где жизнь могла бы стать самую малость лучше без знакомых.
И всё же, как бы ей ни хотелось сбежать, но Ви застыла на месте в тёмном коридоре перед кэльпи, прожигавшим её разъярённым взглядом, и опустила голову. Даже если это значило вручить ему в руки все козыри, по доброй воле дать тысячу причин довести себя до слёз, она не могла просто так нарушить обещание, сорвавшееся с языка чересчур беспечно: свою часть договорённости Кэл выполнил безукоризненно и спокойно.
— Она ушла, когда мне было восемь, — едва слышно повторила Виолетта, кусая дрогнувшие губы, и стала к кэльпи спиной, чтобы он не мог прочесть выражение её лица, — и это был последний раз, когда я видела маму. В тот день её зарезали двое наркоманов, а тело просто… сбросили в реку. Течение было слишком сильным, и шёл дождь, и… Она утонула, так и не выбравшись на берег. Но если бы я пошла с ней!..
Она так и не смогла закончить мысль. Её взгляд на секунду метнулся к Кэлу, будто Ви думала увидеть очередной проблеск жалости, сочувствия или даже отвращения в глубоких чёрных глазах, но не заметил ничего подобного.
На его лице отчётливо читалось разочарование.
— Папа был прав, — зажмурившись, Виолетта заставила себя идти до конца, несмотря на реакцию кэльпи, — потому что всё это — моя вина. И будь мама здесь — она сказала бы так же!
Кэл по-прежнему никак не прокомментировал её ответ, поэтому Ви, с трудом сдержав всхлип, быстрым шагом, в конце концов почти сорвавшимся на бег, бросилась в гостиную. «Нельзя плакать перед ним. Нельзя плакать вообще, — повторяла она себе, часто моргая и закрывая лицо ладонями, — иначе издёвок станет только больше!..»
Кэльпи сидел неподвижно ещё несколько минут перед тем, как разочарованно хмыкнуть и наконец отвести глаза от прохода, за которым исчезла Виолетта. Качнув головой, будто коря себя за какие-то случайные мысли, он прикрыл веки, опустил голову на колено и по привычке коснулся звеньев живой цепи, накрепко охватывавшей горло под кадыком.
 
В мыслях снова вспыхнул старый образ, бережно хранимый им в памяти неделя за неделей, год за годом: простое белое платье, развевавшееся на ветру, ласковые руки, смывавшие горячую кровь с его лица и волос, и нежный-нежный, будто летний ветерок, звонкий смех, эхом звеневший в лесной чаще. «Она бы долго дразнила меня, если бы вдруг узнала, что каждый утопленник напоминает мне о ней, — мимолётно подумал Кэл и, не сдержавшись, всё же усмехнулся, поднимаясь с пола. Колкий мрачный взгляд, смягчившийся на какие-то доли секунд, опять стал холодным, жёстким в считанные мгновения — и кэльпи, тряхнув головой и стиснув зубы, едва слышно выдохнул: — Этот наивный отголосок надежды… Такая глупость. Мёртвых не вернуть, поэтому всё, что мне остаётся теперь, — это найти способ отомстить ему».
За окном проехала чья-то редкая машина, потревожив тяжёлую тишину дома Ривс поскрипыванием колёс по гравию, и несколько минут спустя из гостиной донеслись новые всхлипы, изо всех сил сдавливаемые прохладной влажной тканью диванной подушки.
========== Глава 9. ==========
Тёплый июньский вечер мягко обволакивал улочки Нэйлиса, приглушая яркие цвета зелени вокруг, и окрашивал контуры окрестных коттеджей в золотистые закатные оттенки. Тени, отбрасываемые горевшим огнём солнцем, становились длиннее и чернее, облака розово-лиловыми полосами стелились над горизонтом, и Виолетта, нервно ёрзая на заднем сидении красного джипа, вдруг обречённо вздохнула: «Ну вот и всё. Выпускной».
Джейсон уже давно устроился за рулём и теперь подбрасывал связку ключей на ладони, то и дело поднимая скучающий взгляд на её дом. Наконец он хмыкнул, будто прикидывая, как можно было разрядить напряжённую тишину, заполнившую салон неподвижного автомобиля, хлопнул крышкой бардачка и не удержался от колкого замечания:
— Ви, котёнок, я, конечно, знал, что ты не особо женственная натура, но это… Без комментариев, серьёзно. Мои мечты о платьях и кожаных мини-юбках разбиты в пух и прах.
Отвернувшись от окна, Виолетта всё-таки отогнала мрачные мысли прочь и подняла голову, в десятый раз за вечер случайно засмотревшись на Джея. Сегодня он надел лучший чёрный костюм, который только нашёл в своём гардеробе, до блеска начистил туфли и выглядел даже более очаровательно, чем обычно, с забавным галстуком-бабочкой на шее. Аккуратная укладка блондинистых волос, горевшие весельем глаза, мягкий аромат парфюма, уже пропитавший салон автомобиля, и заботливо выглаженный Дженнифер пиджак… Полная противоположность Ви в её привычной кожаной куртке, плотных джинсах и тяжёлых мужских ботинках.
— Я с самого начал не хотела идти. Тем белее, ты помнишь, какие у нас планы на эту ночь, — она не удержалась от слабого смешка, когда Джейсон вдруг развернулся к ней полубоком и заигрывающе подмигнул, но потом опять напряглась и опустила окно, выглядывая наружу. Лёгкий ветерок в считанные секунды растрепал копну каштановых волос, что вызвало у Лесли новую улыбку, но Ви даже не попыталась их пригладить и просто махнула в сторону дома, проворчав: — Нет, ну где черти носят этого?..
— Да ладно тебе, расслабься, котёнок. Подождём ещё пару минут: без меня не начнут. — Джей пожал плечами, будто говоря: «Кто звезда? Я звезда!» — и, потянувшись к спортивной сумке на переднем сидении, вдруг бросил её на колени Ви. — Лучше зацени, какая подготовка! Всё ради тебя, детка. Разве не круто?
 
Она запахнула куртку на груди, никак не прокомментировав его очередную дурацкую шутку, и всё-таки с опаской потянула за «молнию». Сумка открылась — и наружу показались сменная одежда, включая пару кроссовок, плавки, целых три фонарика с запасными батарейками, бутылка воды и настоящий охотничий нож.
— Заценила. Неплохо, — она хмыкнула, подушечкой пальца коснувшись острого, чуть заржавевшего у рукояти лезвия, — но разве ты умеешь им пользоваться?