Роковой секрет кэльпи (СИ)
Она сказала это чересчур тихо, с неожиданной робостью, обычно не свойственной уверенному громкому голосу, и сразу закусила губу: сейчас решимость была нужна как никогда. Замолчав, Виолетта сделала глубокий вдох, замерла, держась одной рукой за поручень, и прикрыла глаза в полумраке лестницы, вникая в ровную речь старого дома из шуршаний и скрипов, втайне надеясь на то, что Кэл правда её не услышал.
— Слушай, я пришла поговорить, — собравшись с духом, уже куда более громко начала она. — Нормально поговорить. Давай просто разберёмся в том, что происходит, если это какое-то недопонимание.
Ответом ей послужила тишина.
— Что, боишься сказать хоть слово? Строишь из себя обиженную благородную девицу? — Ви опять вздохнула, переминаясь с ноги на ногу, и опустила взгляд на пальцы правой руки, комкавшие края серой пижамной футболки. — Отлично, тогда я просто извинюсь. Прости, что повела себя, как идиотка, и подлила масла в огонь, повысив голос. У меня не лучший характер в этом плане, знаешь ли… И да, до тех пор, пока ты будешь ошиваться рядом со мной с угрозами и оскорблениями, я никогда не смогу промолчать, нравится тебе это или нет.
С чердака не последовало ни звука, поэтому Виолетта, едва слышно пробормотав себе под нос какое-то ругательство, поднялась ещё на одну ступеньку. В этот раз она забарабанила в крышку люка с большей настойчивостью, по-прежнему не решаясь просто её открыть, и могла поклясться, что совсем скоро услышала хриплый гортанный смешок неподалёку.
— Злишься и игнорируешь? Как знаешь, но всё-таки имей в виду: если ты хочешь наладить отношения — веди себя нормально, а если нет — терпи приказы молча. — Фраза вышла скомканной, и Ви поморщилась при мысли о том, что её внезапная попытка извиниться всё равно прозвучала донельзя грубо. Постаравшись хоть как-то смягчить последние слова, она зажмурилась, заставила себя оставаться вежливой по крайней мере ещё несколько минут и как можно нейтральнее добавила: — В общем, я просто пытаюсь сказать, что чем больше мы сидим по углам в полной тишине, тем хуже всё становится. Собираешься продолжить так же? Окей, без проблем. И всё-таки может быть ты хоть раз поговоришь со мной нормально, без всех этих маньяческих замашек, и спокойно объяснишь, чего от меня хочешь? Ответишь хотя бы на один вопрос?..
Прерывисто вздохнув, Виолетта на секунду запнулась, не зная, что ещё можно было сказать, чтобы разговорить упрямого кэльпи, и на автомате положила свободную руку на шершавую древесину чердачного люка. «Интересно, если я сейчас войду, Кэл снова захочет меня убить или всё же выслушает?..» — прикинула она, по-прежнему не решаясь подняться в собственную комнату, как вдруг вкрадчивый голос, раздавшийся из-за её спины, заставил Ви вздрогнуть и оступиться:
— Скажи мне, маленькая смертная: это нормально, когда люди разговаривают сами с собой?
От неожиданности ладонь, державшаяся за поручень, разжалась и соскользнула с поверхности гладкого металла. Вскрикнув, Виолетта в последнюю секунду успела вцепиться пальцами другой руки в верхнюю перекладину и повиснуть на лестнице, болтая ногами в воздухе и ища опору. Ей понадобилось несколько мгновений, чтобы сообразить встать на нижнюю ступеньку, и только тогда она, покраснев, как помидор, развернулась и встретилась растерянным взглядом с Кэлом.
Кажется, он наблюдал за ней уже довольно долго, стоя в полумраке коридора и никак не комментируя происходящее. И с каждым мгновением повисшей между ними тишины Виолетта всё сильнее и сильнее чувствовала, как вслед за щеками пятнами смущённого багрянца стали покрываться ещё и уши.
— И как долго ты здесь стоишь? — наконец выдавила из себя Ви, пытаясь, чтобы её голос прозвучал непринуждённо.
— Примерно с того момента, когда ты назвала себя идиоткой. Самокритичность людей временами просто поражает, — Кэл ухмыльнулся, не скрывая лёгкой иронии, и подошёл ближе. Видимо, даже ему происходящее показалось донельзя забавным, и Виолетта чертыхнулась, сообразив: он совсем не собирался помочь ей сгладить всю неловкость ситуации.
— Да неужели, — едва слышно пробормотала она в ответ и потупилась, сгорая от внезапного желания провалиться сквозь землю, но кэльпи пропустил её слова мимо ушей. Выражение его лица оставалось непроницаемым, пока он что-то обдумывал, а после Кэл первым вдруг нарушил неловкую паузу на удивление сдержанным тоном:
— Хочешь задать очередные наивные вопросы? Или мне притвориться, что я не слышал твоего недавнего монолога? Смертная.
— Да, предлагаю перевести тему, — сразу выдохнула она и наконец заставила себя оторвать взгляд от пола. Кэльпи выжидающе молчал, рассматривая её в упор, поэтому Ви не придумала ничего лучше, чем поинтересоваться, кивнув на предмет в его руке: — И, гхм, часто ты ешь сырой бекон? Ну, в смысле, тебе никогда не приходило в голову его поджарить?
Кэльпи поморщился и смерил Ви долгим взглядом в духе «Что за чушь». Она стушевалась ещё больше, мысленно проклиная всё на свете и особенно свою трусливую уверенность, всегда куда-то испарявшуюся в самые нужные моменты. Морально готовясь к насмешкам, Виолетта уже сжала губы и нахмурилась, не отводя глаз от кэльпи, как вдруг он фыркнул и элегантно опустился на дощатый пол, никак не прокомментировав её недавнее падение или красное от смущения лицо.
— Мне не нужно готовить себе еду. Свежего мяса или рыбы вполне достаточно… Тебя действительно интересует именно это?
Она качнула головой и призналась:
— Не очень.
Неловко переминаясь с ноги на ногу, Ви, наконец, додумалась слезть с лестницы.
—…Я, наверное, пойду, — предложила она.
Было что-то до ужаса странное в том, чтобы вот так вот стоять и спокойно разговаривать с непредсказуемым существом, ещё час назад угрожавшим её прикончить; темнота вокруг, рассеиваемая далёким тусклым светом из гостиной, только больше нагнетала обстановку, а сердце по-прежнему билось часто-часто и до неприличия громко, будто вот-вот ожидая от кэльпи какого-то подвоха. И всё же он не шевелился, рассматривая её скорее как мрачный наблюдатель, чем хищник, — и это окончательно сбивало Ви с толку.
Сделав несколько медленных шагов прочь от лестницы, она шумно втянула воздух носом — и рывком опустилась на пол рядом с Кэлом. Теперь он сидел прямо напротив неё, чуть вскинув бровь, и глядел ей в глаза с явной насмешкой, не говоря ни слова и продолжая прерванный ужин.
— Ладно, так ты можешь просто ответить на мои вопросы?
Это стоило того, чтобы попытаться.
— Я уже говорил, смертная. Разговоры — последняя вещь, которая меня интересует, — напомнил ей Кэл с удивительным бесстрастием, на секунду отвлёкшись от еды. Его глаза вдруг странно заблестели в окружавшем их полумраке, будто он придумывал новую опасную игру, — однако некоторые ответы бывают любопытными… Вопрос за вопрос, девочка — и никак иначе.
— Ладно, — она согласилась почти мгновенно, уже прикинув, что это никак не могло ей навредить: «Какую бы чушь он ни спросил, я легко отвечу: страшные тайны — это точно не про меня». — Значит так… Когда-то ты сказал, что я тебе нужна.
— Так и есть, — мрачно подтвердил Кэл.
— И ты не собираешься объяснять, зачем. — Он кивнул, и Ви решилась выдвинуть единственное логичное предположение, которое было у неё на уме: — Значит… ты хочешь принести меня в жертву? Например, скормить монстрам, или…
Кэл с трудом подавил неожиданный смешок и отрицательно покачал головой, зубами отрывая кусок бекона и проглатывая его, почти не жуя.
— Нет. Меня мало интересует твоя жизнь или смерть. Правда, последняя для тебя неизбежна: когда придёт время, наш контракт будет разорван именно так.
— Не могу сказать, что это меня сильно обрадовало, — она поморщилась, услышав очередную угрозу, — но ладно, хоть не в жертву… Тогда следующий вопрос: почему ты просто не объяснишь, зачем тебе я? Мы ведь можем договориться. Например, мне удастся помочь с чем-нибудь, а взамен ты покажешь, где твоё сокровище, — и всё, проблема решена! Ты получаешь, что хочешь, а я разрываю контракт — и сматываюсь от тебя подальше.