Театр мистера Фэйса

внимание на вояку.
— Я думаю, вам не стоит так сильно переживать из-за какой-то там побрякушки…
Театрал достал из кармана и протянул синюю открытку:
— Ваш утешительный приз – приглашение в гости к мистеру Фэйсу! Сейчас… вы
сыграли очень даже неплохо, но Финал без вас невозможен.
Генерал мельком глянул на открытку, в руки не взял:
— С чего ты ступорылил, что я приду к тебе в гости?
— Генерал, я не говорил «придёте», я имел в виду «прибежите»! Ведь в этих гостях будет
и Алмаз.
— Да пошёл ты в дупло!
Стыд — первый проблеск сознания! И он вояке неведом! Но свой мозг не вставишь, тоже
верно… Мистер Фэйс положил открытку на перила крыльца и направился к телам, помахивая
пустым кейсом. Лоренс с усмешкою смотрел вслед. Кукловод встал между гангстерами – на
то самое место, где минуту назад лежал Алмаз. Вытащил из-за пояса «мистер 38-ой».
Направил ствол вниз и прицельно выстрелил – пуля попала в висок Котику. Добил его, явно!
— Генерал Лоренс, вы только что подстрелили папку мистера Фэйса. Вот он – сутенёр
Котик, — со злой иронией вымолвил кукловод. — Мистер Фэйс был зачат от Котика одной из
его шлюх… и был ему совершенно по хрену… Поэтому нет ничего удивительного, что в
«Театре мистера Фэйса» ему нашлась небольшая ролька! Котик заслужил это право…
Армеец кривил харю и слушал лекцию из жизни трупов. Лучше плеваться и морщиться, чем лежать рядом… с ними!
— Есть люди, которым можно дать и десятый шанс, а есть те, для кого и первый был явно
лишним. Только вот осознаешь такой расклад где-то после двадцатого шанса… Но я осознал, генерал!
Кукловод чуть замолчал и перевёл револьверное дуло на другого. Громила как раз начал
шевелиться, лёжа на животе. Кряхтеть, постанывать и кашлять.
— Здесь лежит такая вполне себе Жопа — анальное отверстие с волосами. И всё, больше
никого нет, — с глухим стуком громильский затылок разлетелся на куски. — И уже не будет.
Напоследок кукловод мельком глянул на Эмми и тепло улыбнулся:
— Надо же, как точно…
Вояка, конечно, видел убийц на своём веку! В первую очередь, в зеркале… Армия – это
группа людей, объединённых одним общим делом. Убивать, убивать и убивать! А все другие
армейские дела – это лишь прикрытие, легализирующее в глазах мисс Морали основной вид
деятельности… Только таких ублюдков как Фэйс — даже в армии сыскать сложно.
— Какого хрена ты мне всё это втираешь, сволочь!? – крикнул генерал.
— Это ведь всего лишь сцена! А на сцене принято говорить много и страстно. Разве нет?
— Разве да! – напыжился армеец. – Послушай, клоун хренов, у меня есть один вопросец…
Ответишь?
Кукловод промолчал. И действий не произвёл. И эмоцией не разродился.
— Впрочем… ладно, — пробормотал вояка, вдруг передумав. – Спрошу… потом.
— До встречи в Финале, генерал Лоуренс, — театрал направился прочь. Калитка
раскрылась и во двор ступили 12 архангелов, в белых санитарских халатах. С носилками.
— Мистер Фэйс. Это здесь трупы шлюхи Эмми, сутенёра Котика и его шестёрки
Громилы? – спросил Пётр с ходу.
— Да, вон там, можете забирать, — махнул режиссёр револьвером. Не останавливаясь и
не оглядываясь, он вышел.
Санитары опустили носилки, поклали на них трупы. На травке осталась каша из мозгов и
крови. Пётр критически оглядел запущенный газон и крикнул, по-деловому:
— Генерал Лоренс, ваш садовник приберётся сам? Или вы согласны оплатить наши
услуги садовников?
Вояка сделал вид, что не слышал, а… нервно подхватил с перил синюю открытку с
адресом. Брезгливо преломил губы и вошёл в дом. Оставив санитаров наедине с их
покойниками и их дурацкими вопросами.
АНЕКДОТ ОТ ФБР
Стоянка у кафе в форме гитары была наполнена машинками! Четыре полицейских тачки, две «Ambulance», один автомобиль с надписью «Sappers» и один роскошный «Порше».
Восемь машинок – это примерно две трети специально выделенного для автотранспорта
места!
На полных газах на стоянку влетела ещё полицейская тачка! Визг тормозов, хлопанье
дверкой, и на асфальт ступил Дик Свайн. Капитан, без оглядок по сторонам, направился к
центральному ходу кафе. Походка бодрая и немного нервная. На ходу Дик вынул табачную
пачку и стал в ней рыться, в поисках сигареты.
Двери в виде русской балалайки были огорожены чёрно-жёлтой лентой, внутри данной
выгородки прохаживался коп – широколицый мужик. А за лентой толпились человек
тридцать любопытствующей публики. Капитан вывернул со стоянки к главному входу, нырнул под ленту. Сторожевой коп тут же к нему шагнул, протянул руку:
— Здравствуй, Дик.
Офицер пожал пальцы охранника. Приветственно ему кивнул. Смял и отбросил пустую
пачку, не найдя там сигарет.
— Есть закурить?
— Я не курю, Дик. Уж целый год. А бросил я оч-чень интересно! Дело было так, Дик...
Болтливый коп – это гораздо хуже, чем любой другой болтливый чувак! Как для других
копов, так и для правопорядка, на котором коп зарабатывает на жизнь.
— Понятно… — Дик не дослушав, отвернулся. Намётанным взглядом приметил в толпе –
за лентой, «припудренную дамочку». Сексуальные чулочки, юбочка выше колен, на ручках
лайковые перчатки. (Не холодно ручкам?) Во рту – сигаретка, а к груди прижат толстый
персидский котик. Капитан широко шагнул, наклонился к дамочке и попросил:
— Дайте-ка мне сигарету, мэм!
— Да не вопрос, парень! – дамочка сунула капитану занервничавшего котика и начала
рыться в сумочке.
— Приветсон, Дик! Ты уже здесь… – к Свайну подошёл его помощник Сэмми Пиглет. – А
чего это ты с кошаком? – удивился лейтенант.
— Держи, — дамочка подала «Мальборо». Забрала котика, махнула ручкой. Загылилась:
— Удачного дня!
— Мяу! – зевнул успокоенный котик, сворачиваясь комочком на аппетитных грудках, Капитан прикурил. Глубоко затянулся несколько раз подряд, Вымолвил равнодушно:
— Я срулил из больницы, Сэмми! Контузия у храма – не повод там валяться…
Контуженный коп – это гораздо более хуже, чем болтливый и не болтливый копы вместе
взятые! А если коп с контузией ещё и «при исполнении» — то надо обходить его за милю…
Дамочка попятилась, публика настороженно загудела. Сэмми Пиглет сунул в рот жвачку и
непроизвольно потянулся к табельному револьверу.
— Ты уверен, Дик?.. – спросил он, чтобы нарушить тягостную паузу, что почти осязаемо
повисла между полицейскими.
— Да, — сосредоточенно отозвался капитан. Цепко глянул на заместителя: — Ну, что тут
у нас? – Мазнул взглядом по публике и отошёл. Лейтенант следом.
— Обычное кафе, взрывных устройств не обнаружено, — пожал плечами Пиглет. — До
вчерашнего дня принадлежало некоему Альфонсо Капоне…
— Что значит «некоему»? Он ещё не сдох?.. – капитан встал у входа в кафе, явно что-то
подсчитывая в уме.
— Да, мужик — родственник Aля из Чикаго и полный его тёзка. Так бывает… —
усмехнулся Пиглет. И добавил через паузу: — Вчера утром Альфонсо продал кафе.
— Мистеру Фэйсу, не так ли!
— Да, ему.
Свайн затянулся последний раз, отбросил окурок. Почесал в раздумье голову и сказал:
— Минуту… — он отошел назад — к