Будущее настоящего прошлого

размахивая деревянной шашкой – здесь нет никакого управления
деревянным конем, несмотря на все лихие «но-о-о-!!!» или «тпру-у-у!». Здесь происходит
управление только самим собой, а палка становится лишь продолжением своего же
управляемого самим собой тела. А если сесть за руль автомобиля, то автомобиль имеет
самодвижение, и здесь осуществляется управление – при повороте налево, например, прекращается самодвижение машины по прямой, а, заканчивая поворот, мы прекращаем
самодвижение автомобиля по кругу, которое заложили при повороте. Мы всегда догоняем
процесс. В любом управлении всегда и обязательно идут эти циклы – самодвижение, а
затем корректировка. Поэтому отсюда мы делаем простой по очевидности вывод –
существуют какие-то моменты самодвижения мира, когда он не управляется и живет
сам по себе, а затем происходит его корректировка, сразу же после которой мир переходит
в новое самодвижение. Следовательно, мир вот так и живет – какое-то время по своему
внутреннему самодвижению, затем в состоянии (или моменте) корректировки данного
самодвижения, и далее снова по собственному самодвижению.
Хотя по нарисованной нами схеме этого не видно. У нас в застывшем изображении
точка мира находится как бы в постоянном контакте с рабочей информацией. На самом же
деле всё происходит в некотором периоде включения и выключения рабочей информации.
Изобразить это можно было бы только с помощью флэш-анимации, но предварительно
надо было бы эту периодичность, а не постоянность включения в процессы мира рабочей
информации, обосновать. Но обоснование временного действия корректировок не должно
составить для нас труда, поскольку это есть факт вполне самоочевидный. Если эта
корректировка извне мира была бы постоянна, то весь мир – это не более, чем танец
марионеток, не имеющий своего собственного содержания. В этом случае вся история
человечества есть процесс не человеческий, а чей-то чужой, а человек в этом действии –
только сложно организованная кукла, не имеющая никакого собственного смысла и
собственного пути. В этом-то и весь смысл мира – человек живет своим самодвижением, которое периодически получает новые условия и обстоятельства для того, чтобы
самодвижение человека в истории получало какой-то шанс. Шанс этот состоит в том, чтобы научить человека искать или выбирать правильные пути. Это очень похоже на
лабораторию, где человек – подопытное существо, но это не должно обижать, поскольку, оглянувшись на свою историю и на свой сегодняшний день, надо откровенно признать, что человек, если и разумное существо, то лишь как потенциально разумное. Если быть
потенциально разумным, то этого не следует отрицать, и это тоже самоочевидно.
Хотя, конечно, нет ничего опаснее самоочевидных вещей, поскольку обратная
сторона любой самоочевидности – это невозможность ее рационально доказать.
Попробуйте рационально доказать, что между двумя точками всегда можно провести
соединяющую их линию. Это самоочевидно, но логическую необходимость этой
111
очевидности выстроить не получится. Но и это обстоятельство не должно нас тревожить, поскольку не будем забывать, что мы сейчас просто-напросто трансформируем в форму
взаимоотношений человека и Бога ту конструкцию, которую мы нашли в прошлой главе
для взаимоотношений света и микромира. Свет вмешивается в процессы микромира, организуя их. Его излучение появляется и исчезает на местах работы. Свет, совершив
некую работу, далее не погоняет кнутом электрон постоянно, потому что атом переходит
в стационарное состояние и не излучает, что и есть этап самодвижения организованного
микромира. Но оно мертвое без света, «навсегдашнее» и неизменное. Прилаживая это к
нашей жизни, мы тоже делим ее на самодвижение, как на человеческую деятельность, и
на моменты Движения, как вмешательство Бога, имеющее вид эпизодического
управления нашим самодвижением.
Именно из-за этого выглядит для нас подобное управление миром случайным и
всегда неожиданным – оно вне мира, оно приходит в него извне, но не задерживается и не
становится постоянной и распознаваемой частью мировых отношений. Поэтому, говоря о
случайностях, мы вполне логично можем предположить – там, где происходит что-то
случайное, происходит корректировка самодвижущихся событий. А в этом смысле, само
собой разумеется, должно происходить смысловое запаздывание по принципу любого
управления, так как всё, что управляет, - вообще всегда находится с хвоста того, чем оно
управляет. А если быть точнее, то с хвоста того, что оно только что сделало. Потому что
(эта мысль – главное, что завершает рассмотрение нарисованной нами схемы!) момент
управляющего вмешательства рабочей информации всегда по смыслу уже в прошлом, поскольку после него сразу же продолжается уже качественно новое самодвижение, которое ведет к иному по смыслу состоянию, чем было состояние стыка с управляющим
воздействием. Как только произошло включение в мир рабочей информации, всё в мире
сразу меняется, получив новое направление, и рабочая информация уже сама сразу же
отстает от того, что она сама только что совершила.
Теперь рассмотрим второй аспект запаздывания. Есть и такой. Он возникает при
соотношениях событий с человеком, поскольку мы рассматриваем события, смысловым
центром последствий которых является человек. Вот эта отстающая от самой себя по
смыслу информация начинает считываться человеком, и здесь происходит запаздывание
уже не только смысловое, здесь происходит соскальзывание с точки