Эльфийская сага. Изгнанник

засыпан
острыми валунами и мусором; когда-то Лучезарная Пристань тянулась вдоль Великого
Моря на сотню ярдов с запада на восток, теперь представляла собой бесформенную
свалку в клыках и пене.
Вдали грохотали барабаны. С дальних флангов неслись звуки ожесточенных боев, где-то неподалеку стонала окованная сталь Закатных Ворот, щедро поливаемая ударами
вражеского тарана. Волна откатила в море, обнажая песчаную гладь. Мьямер, промокнул
влажный лоб ледяным наручем, поправил шлем и стал обходить лагерь гоблинов по
правому флангу.
Те не ждали атаки, и потому, когда Дминар смял их края, а воины Мьямера
вклинились в центр, пришли в замешательство. Некоторых охватил страх и они завопили:
- Демоны Праха! Это демоны Праха! Они утащат нас в подземный огонь!
Свистнула плеть. Над ночным побережьем взмыл лающий вой вожака:
- Тупицы! Бросайте бревна! Хватайте мечи! Это эльфийские лазутчики!
400
Гоблины падали, вставали, выхватывали мечи и снова валились под мелькающими
клинками бесстрастных эльфов. Их стоны заглушал лязг кольчуг, а крики перекрывал
гвалт щитов. Мелющий каменный скрежет под сапогами сменился хлюпающим кровавым
месивом.
- Тесните их к стенам! – Вопил Дминар, рубя направо и лево. Его меч порхал в
хищном танце победы. – К городским стенам!
… Старшина Лиам вздрогнул от пронзительного крика и, обернувшись, чуть не
споткнулся. На камни оседала гоблинская тварь в изодранных доспехах – раскосые глаза, еще секунду назад горевшие неистовой жаждой эльфийской крови, помутнели.
Сразивший легионера воин уже разворачивался, взмахивая клинком, дабы столкнуться с
новой вражеской ратью, заключавшей его кольцом.
Лиам бросился на помощь и гоблинский вал потеснил их мимо искореженных
обломков к корме старого развороченного судна, утекавшего носом в черную морскую
гладь. Темные рожи скалились в злорадных улыбках, в стеклянных глазах сверкали
отблики порхающих клинков, в растопыренных пастях мелькали клыки.
- Бери левый фланг, - крикнул воин, а сам вклинился в правый.
Завязалась ожесточенная рубка. От слепящих всполохов у Лиама заболели глаза. Он
блокировал вражий выпад и снес чью-то голову, развернулся, чтобы покончить еще с
одним, но тут его правое плечо взорвалось невыносимой болью. Одноручный меч зурача
прошил его насквозь, точно нож испеченную сдобу. Гоблин довольно заурчал и вырывал
сталь. Брызнул кровяной фонтан. Лиам захрипел и повалился на камни, что в лунном
свете блестели опаловым огнем. Ослабевшая рука выронила клинок – еще секунда и
гоблин оборвет его жизнь.
Но вдруг он пошатнулся и, издав короткий рык, завалился на бок – из шеи зурача
торчала эльфийская стрела. Лиам сморгнул повисший на ресницах пот и заметил рядом
воина, с которым только что бился на пару. Тот откинул меч и старшина узнал командира
Мьямера.
- Ранен? – Он едва перекрикивал грохот боя и, не дожидаясь ответа, свистнул в
сторону: - Андреа! Эстрадир! Помогите!
Из серебрящейся толчеи выпорхнули две гибкие тени с клинками.
- Унесите раненого, - приказал Мьямер, оправляя шлем.
Менестрель и лекарь ловко подхватили дрожащего, обессилившего старшину под
руки и кинулись в темноту.
Через пять минут битва у Морозных Ворот окончилась. Воины Дминара и Мьямера
оттеснили гоблинов к подножию стен, где их накрыли стрелы ополченцев. Не выжил
никто. Недостроенные лестницы так и остались валяться на побережье в блеске тлеющих
углей; им пели волны, ветер и луна.
* * *
С нежного макового лепестка скатилась крупная росинка. Эридан проследил за
каплей и перевел взор на поле пурпурного шелка, раскинувшегося ковром в сиянии
бледных звезд. Маки чуть заметно покачивали «головами» и будто сонно
перешептывались. Потом посмотрел дальше.
Вдоль южных косогоров лохматились кудрявые ивы. Их длинные тени черкали
маков цвет острыми скрещенными клинками и казались пиками врагов, нацеленными на
Город Солнца. По юго-востоку тянулся зубчатый хребет, весь склон которого засыпали
крыши давно покинутого эльфийского селения. На севере блестела черно-синяя морская
полоса; оттуда несло водорослями и тиной. За спиной ночным великаном стыл город
предков - у Южных и Северных стен грохотал бой: свистели стрелы, громко звенели мечи, эльфийские командиры подбадривали воинов, разжигая в усталых сердцах искры
доблести, храбрости и гнева.
401
Юноша закрыл глаза; вокруг боролись за свободу и будущее, а его терзала потеря.
Он никак не мог поверить, что Учитель мертв. Арианна и Остин рассказали обо всем, что
пережили сразу после побега с рынка троллей, но момент ухода Габриэла в Ночную
Страну опустили. Им было больно вспоминать? Или Габриэл ничего им не сказал –
просто взял и ушел? Скорее всего. Эридан покачал головой - какая разница, учителя-то
все равно не вернуть.
Длинные пальцы коснулись его плеча. Он обернулся – Остин кивнул головой на
восток.
- Смотри.
На вершине холма показался всадник на высоком кохейлане. В лунных