Пленница Потаенного Царства

мальчик, потому как прекрасно разгадал
коварный план генерала-предателя. Он медленно сполз по стволу граната и закрыл лицо
руками. – Что я наделал.
II.
день Бесов месяца Красного Лотоса, 1532 год Марса
или Пятый Месяц 1 года правления Императора Лю Тая
Рассветный туман только-только спал, приоткрыв Каскадные Горы и Холмы Ясного
Утра, Совиное Озеро и Парк Пурпурного Соловья. У городского причала появлялись
первые моряки. Около закусочных и чайных начинали толпиться посетители, а слуги
мандаринов с первого по девятый ранг выскакивали из роскошных дворцов и торопились
по деловым или личным поручениям.
Ничто не предвещало скорой беды.
Тай облачился в дорогие императорские одежды (при помощи слуг) и направился в
Зал Золотого Великолепия, где по традиции каждое утро собирался Большой
Императорский Совет. В течение трех следующих часов он выслушивал отчеты
чиновников и донесения военачальников, прибывших с границ, а потом еще два часа вел
приватную беседу со старшим принцем Лю Чжэнем, получившим титул Первого
Министра и средним принцем Лю Минем, получившим титул Верховного Генерала.
Разобравшись с делами глубоко за полдень, Его Императорское Величество вернулся в
покои и отдал приказ призвать придворных писцов, дабы составить семьдесят семь
свежих указов.
Слуга подогрел ароматного сливового вина и, встав на колени, протянул юному
владыке. Тай сделал глоток и… почувствовал в сердце острую боль. Золотая чаша с
протяжным звоном упала на нефритовые полы. Начитываемый указ номер двадцать
четыре оборвался.
- О повелитель, - испуганно позвал слуга, заметив, как Тай побледнел.
Рядом, за столиками сидели восемь писцов. Они разом отложили кисти и подняли
головы, потому как правитель неожиданно замолчал.
Тай сделал вдох и выдох и жестом отослал слуг, писцов и охрану, повелев плотно
закрыть бумажные перегородки в серебристых змеях, звездах и светилах. Медленно
опустившись на диван, он обернулся к оконному переплету и прислушался. Внизу
простирались кварталы шумной столицы, а дальше каменистое побережье и Лазурное
Море в тумане.
- Что-то не так. - Его собственный голос показался ему чужим и далеким. – Что-то
стряслось.
Острая боль терзала его еще две минуты, а потом отпустила. Но от этого не стало
легче. Юный правитель из Династии Лю уже осознал – его бесценная супруга, свет его
сердца попала в беду. Кто-то или что-то удерживал ее против воли и прямо сейчас увозил
куда-то на юго-запад, в сторону Темных Заливов или еще дальше, в ледяные моря
варваров.
… Когда столицу накрыл вечер, на небо сбежались тучи и заморосил противный
дождь, на воде показалось пятно.
Тай поднял голову и встал с валуна, увлекая тяжелые шелка бяньфу с золотой
отстрочкой и вышивкой драконов с пятью когтистыми лапами. Весь последний час он
провел на побережье, мучаясь и гадая, что же могло случиться с его возлюбленной Лин.
Но заметив знакомую джонку, успокоился - Императрица вернулась домой.
Сгустился туман и он едва мог видеть очертания причалившего судна и крупную
фигуру, топающую по выброшенным сходням. А потом в тумане что-то блеснуло.
Обнаженная сталь?
Фигура метнулась вперед и нанесла удар, желая снести голову Тая - одним метким
ударом. Но юный правитель был внимателен, легок и скор. Он отклонился назад и лезвие
ударило по камням, высекая дождь искр. Нападавший снова атаковал и снова
промахнулся - меч бесполезно рубанул холодный воздух. Однако, третий удар достиг
цели и слегка ранил Императора в плечо.
Он откатился по берегу и проворно выхватил кинжал с нефритовой рукоятью, спрятанный в тяжелых складках шелков. Отбив вражеский меч, Тай нанес три точных
удара - и в вечерний туман брызнула кровь. Нападавший захрипел, рухнул на мокрые
камни и затих. С ним было покончено.
Тай подошел к незнакомцу и сорвал капюшон – большой лысый череп, узкие глазки-
щелки, приплюснутый нос, выдающиеся скулы и мощный подбородок. Этого человека он
видел впервые. Как и почему он оказался на джонке его жены? Кто его подослал?
Конечно, тот же, кто украл Лин и сейчас удерживал ее против воли.
Внезапно юношу накрыла слабость. Он покачнулся и упал. Под боком ворчало
темное море, левее гомонили жители