Пленница Потаенного Царства
но стоило им прикрыться, как они мгновенно сужались.Лунг лежал на входе в сокровищницу, подсвеченную пурпурными фонарями, и
молчал. Перед ним полыхали горы золота, изумрудов, яшмы и нефрита, из-за чего по
стенам, отделанным сандаловым деревом перетекали слабые, белые всполохи. Но
центральное место императорского великолепия было отдано горшку с ветвью полтора
чжаня36 в высоту.
Хранитель никак не мог поверить глазам. Ветвь была мертва тысячу лет, но в начале
этого года зазеленела, а теперь и вовсе покрылась махровыми цветками с ярко-розовыми
лепестками. Сладковато-сочный аромат обволакивал дракона отрезом чудесного шелка; теплые краски надежды и чистоты ласкали глаза.
Ужели Шу Лао37 смягчился и ниспослал сломленному и проклятому принцу из
Династии Лю свет своего благословения?
- Вы тоже думаете, что у Небесных Министров скверное чувство юмора? –
Громоподобный глас заставил принцессу замереть в дверном проеме.
- Думаю, если окружил туман, нужно тщательней выбирать тропу, - прошептала она
мудростью из Учения об Извиве Пути.
- Мои братья открыли вам то, что вы так мечтали узнать, - прогремело медное эхо. –
Но мастер Лу Янь не зря говорил, что правда приумножает печали. Эта правда не
36 чжань – мера длины, высоты, равная 3 м
37 Шу Лао – бог долголетия
принесла вам радости.
- Я не готова признать, что мечтала о замужестве с… - она запнулась, - но если это
спасет Потаенное Царство и остановит армию демонов…
- Мне не нужна ваша жалость! – Взъярился дракон и заполнил собой подземелье.
Блеск глянцевых чешуек ослепил Лин и она неловко уперлась в стену. Даже если ей
и хотелось бежать от ярости огнедышащего чудовища – она не могла; Лунг окутал ее
густым паром и навис над ней негасимой лентой огня.
- Разве можно добровольно полюбить чудовище из пламени и облаков? Разве может
оно сравниться с красотой и добротой сына рыбака?
Его желтые глаза горели гневом, а раскаленное дыхание царапало кожу. Страх
сковал тело Лин; она еще никогда не видела Лунга в таком бешенстве.
Разлепив губы, она призналась заплетающимся языком:
- Тай всегда останется мне добрым другом, но не я его истинная пара. Отпустите его
домой, господин Лунг, и я стану вашей женой.
- Это ваше последнее слово? – Прошипел дракон.
- Последнее, - смело выдохнула она и закрыла глаза.
Дракон холодно засмеялся.
- Вы любите его, но отдаете себя мне?
Боль душила ее отчаянием, горло сдавливало судорогой. С усилием, она выдавила:
- Да.
- Вижу, боги Девяти Небес щедро одарили вас единственной добродетелью, принцесса.
Девушка открыла глаза, едва различая очертания клыкастой пасти перед собой.
- Какой же?
- Жертвовать собой ради других, - насмешливо фыркнул дракон. Однако, его глаза
излучали неподдельную горечь.
* * *
- Куда мы идем? – Спросила принцесса, кутаясь в меховую накидку.
Она кусала губы и не знала, как сказать Таю, что утром дала согласие выйти замуж
за Лунга. Юноша был чем-то встревожен и даже опечален, и Лин боялась, что хозяин уже
успел «порадовать» слугу этой вестью.
- Узнаешь, - сказал он, крепче сжав ее ладонь.
Лин не настаивала и покорно следовала рядом.
Они шли широким проспектом мимо живописных садов и кварталов знатных
чиновников; когда-то на местных рынка в изобилии водились специи, сухофрукты, ковры, ткани и музыкальные инструменты, сейчас же их пленяли тени, крики птиц и шелест
весенних листьев.
- Нам сюда, - Тай спустился в долину и направился к скалистому массиву, круто
стремящемуся в синее небо.
Рыбак и принцесса поднялись на тропинку, проложенную прямо над пропастью и
пошли в шуме горных водопадов, будто льющихся с плавающих облаков. Справа, расстилались рисовые террасы, что прежде заполняли громкие голоса крестьян в ярких
одеждах; слева вихрились лесистые горы, переплетенные водопадами и разноцветными
озерами. В глубине одной такой гряды, носившей имя Спящий Дракон, блестели крыши
древнего Шаолиньского монастыря. Неживого, как и все в этом странном царстве.
Неожиданно Тай заговорил:
- Волны вынесли его в день Сна месяца Красного Бархата или в седьмой месяц
двадцать восьмого года правления Императора Лю Шао. Он долго не приходил в сознание
и придворные думали боги призовут его к себе. Он очнулся на пятый день и рассказал, что
его джонку попала в шторм, а его смыло за борт. Он назвался Вэнь Хань, странствующий
монах. Сказал, что возвращался из паломничества в Храм Поющего Ветра, куда ездил
просить богов о выздоровлении дочери. Его речи были честны и мудры, и очень скоро он
завоевал доверие правителя Потаенного Царства.
Вэнь Хань обладал незаурядными знаниями и ведал старинные секреты. Каждый
вечер он приходил к Императору и рассказывал о чудесах Трех Царств. Он рассказал о
волшебной рыбе Фэн И, обитавшей в водах Желтой Реки, о Нефритовом Глазе, спрятанном в Чайных Нагорьях, о Персиковом Дереве, растущем на горе Дашо, о
Благословенных Землях л унов и очень скоро заслужил титул Великого Мудреца.
Именно по его совету Император Лю Шао собрал армию и выступил в поход за
слезой Дракона, - Тай зло прошипел, - из-за его совета на наше Царство пало ужасное
проклятье.
Лин слушала с недоумением. И лишь когда Тай привел ее на вершину горы, поросшую цветами, и показал на древнюю усыпальницу, над которой блестела надпись
«Вэнь Ханю. Великому Мудрецу Потаенного Царства», все поняла.
- Не было никакого