Беовульф. Старшая Эдда. Песнь о Нибелунгах.

6
 
 
На пестрые плиты  [25],
 
   на путь мощеный
 
толпа ступила
 
   мужей доспешных
 
в нарядах ратных,
 
   в кольчугах, звенящих
 
железными кольцами,
 
   прочными звеньями, —
 
войско блестящее
 
   шло ко дворцу.
 
Там, под стеной,
 
   утомленные морем,
 
они сложили
 
   щиты широкие
 
в ряд на лавы —
 
   раскатом грянули
 
их нагрудники;
 
   там же составили
 
копья из ясеня
 
   вместе с мечами — 330
 
бремя железное,
 
   вооружение
 
морестранников.
 
   Тут страж-привратник,
 
воитель гордый,
 
   спросил пришельцев?
 
«Откуда явились
 
   щиты золоченые,
 
кольчуги железные,
 
   грозные шлемы,
 
длинные копья?
 
   Немало у Хродгара
 
я, глашатай,
 
   встречал иноземцев,
 
но столь достойных
 
   не видел! Надеюсь,
 
не ради прибежища,
 
   как изгнанники  [26],
 
но ради подвигов
 
   пришли вы к Хродгару!» 340
 
 
 
Вождь гаутов
 
   ему ответил,
 
стойкий в битве,
 
   статный под шлемом,
 
такими словами:
 
   «Из дома Хигелака
 
веду соратников
 
   я, воин Беовульф  [27],
 
хочу поведать
 
   владыке вашему,
 
потомку Хальфдана,
 
   что мы замыслили,
 
коль скоро конунг
 
   окажет милость
 
и нас допустит
 
   в свои палаты».
 
 
 
Вульфгар ответствовал,
 
   вождь венделов  [28],
 
муж многомудрый,
 
   меж соплеменников 350
 
мужеством славный:
 
   «Владыке Скильдингов
 
слово просящего,
 
   конунгу данов,
 
кольцедробителю,
 
   речи твои,
 
о вождь дружины,
 
   я передам.
 
Ждите! — скоро
 
   веление конунга —
 
народоправителя
 
   вы услышите!»
 
 
 
Туда вошел он,
 
   где старый Хродгар
 
сидел седовласый
 
   среди придворных;
 
там, на помосте,
 
   перед престолом
 
славного пастыря,
 
   пред ликом Хродгара 360
 
встал Вульфгар,
 
   и молвил он, вестник:
 
«Люди, пришедшие
 
   к нам издалека,
 
морской дорогой
 
   из края гаутов, —
 
привел их воин
 
   по имени Беовульф, —
 
просят они,
 
   повелитель, выслушать
 
слово, с которым
 
   к тебе спешили;
 
о господин,
 
   не отказывай пришлым,
 
слух преклони,
 
   благородный Хродгар, —
 
оружие доброе
 
   служит порукой
 
их силе и мужеству;
 
   муж могучий, 370
 
приведший войско, —
 
   вождь достойный!»
 
 
7
 
 
Владычный Скильдинг,
 
   Хродгар ответил:
 
«Видел я витязя
 
   в дни его детства;
 
умер отец его,
 
   добрый Эггтеов,
 
в дом которого
 
   дочь единственную
 
отдал Хредель  [29];
 
   к старому другу
 
отца явился
 
   и сын могучий, —
 
о нем я слышал
 
   от мореходов,
 
ладьи водивших
 
   в страну гаутов
 
с моими дарами;
 
   они рассказывали, 380
 
как тридцать ратников
 
   переборол он
 
одной рукою.
 
   Бог Всеблагой
 
направил к данам,
 
   послал, Милосердный,
 
этого мужа —
 
   так я думаю —
 
против Гренделя,
 
   и я героя,
 
по дружбе, как должно,
 
   дарами встречу!
 
Сюда немедля
 
   введи достойных —
 
пусть предо мною
 
   они предстанут, —
 
скажи: воистину
 
   гостям желанным
 
даны рады!» 390
 
 
 
   Тогда из чертога
 
вышел Вульфгар
 
   с такими словами:
 
«Изволил конунг,
 
   владыка данов,
 
мой повелитель,
 
   сказать, что знает
 
род ваш и племя
 
   и рад приветствовать
 
героев, пришедших
 
   к нам из-за моря.
 
Теперь в боевом
 
   облачении, в шлемах
 
ступайте в палаты
 
   да кланяйтесь Хродгару,
 
а ваше оружие
 
   покуда оставьте  [30]
 
тут, у порога,
 
   щиты и копья».
 
 
 
Встал среди ратников
 
   статный воин, 400
 
вождь дружины,
 
   велел, как должно,
 
верной страже
 
   стеречь оружие,
 
а сам с остальными
 
   вслед за глашатаем
 
двинулся в Хеорот.
 
   Витязь явился
 
могучий в шлеме
 
   перед престолом,
 
и молвил Беовульф
 
   (кольчуга искрилась  [31] —
 
сеть, искусно
 
   сплетенная в кузнице):
 
«Привет мой Хродгару!
 
   Я — воин Хигелака,
 
его племянник;
 
   мне ратное дело
 
с детства знакомо,
 
   Там, в отчем доме, 410
 
услышал я вести
 
   о битвах с Гренделем —
 
морские странники
 
   о том мне поведали,
 
что дом дружинный,
 
   тобой построенный,
 
чертог обширный
 
   пустеет вечером,
 
чуть солнца на небе
 
   померкнет слава.
 
Тогда старейшины,
 
   мои сородичи
 
из лучших лучшие,
 
   меня подвигнули
 
тебе, о Хродгар,
 
   отдать в услужение
 
рук моих крепость,
 
   ибо воочию
 
сами видели,
 
   как я из битвы 420
 
шел, обагренный
 
   кровью пяти
 
гигантов поверженных;
 
   а также было,
 
я бился ночью
 
   с морскими тварями,
 
мстя, как должно,
 
   подводной нечисти
 
за гибель гаутов;
 
   так и над Гренделем
 
свершить я надеюсь
 
   месть кровавую
 
в единоборстве.
 
   Доверь, владыка
 
блистательных данов,
 
   опора Скильдингов,
 
щит народа, —
 
   тебя заклинаю
 
я, прибывший
 
   с дальнего берега, — 430
 
о друг воителей,
 
   доверь пришельцам,
 
мне с моею
 
   верной дружиной,
 
отряду храбрых
 
   охрану Хеорота!
 
К тому же, зная,
 
   что это чудище,
 
кичась могучестью,
 
   меча не носит,
 
я так же — во славу
 
   великого Хигелака,
 
сородича нашего
 
   и покровителя! —
 
я без меча,
 
   без щита широкого,
 
на поединок
 
   явлюсь без оружия:
 
враг на врага,
 
   мы сойдемся, и насмерть 440
 
схватимся врукопашную, —
 
   Небо укажет,
 
Бог рассудит,
 
   кому погибнуть!
 
И если он
 
   победит, как обычно
 
в этом зале,
 
   тогда уж гаутов,
 
моих соратников,
 
   он беспрепятственно
 
пожрет, злобесный;
 
   тебе же не будет
 
забот похоронных,
 
   коль скоро сгину, —
 
меня утащит
 
   окровавленного
 
в свою берлогу,
 
   в багровокипящий
 
болотный омут,
 
   и в клочья тело 450
 
мое растерзает
 
   себе на мясо,
 
а мне уже пищи
 
   не нужно будет.
 
И если сгибну,
 
   похищенный битвой,
 
мои доспехи
 
   пошлите Хигелаку,
 
меч и кольчугу
 
   работы Вилунда  [32],
 
наследие Хределя.
 
   Судьба непреложна!»