Еще раз о голом короле (сборник)

Мудрец
(гордо)
Это я!..
Насреддин
(круто меняя тон)
Ты жалкий самозванец и невежда!
Назвав себя Гуссейном Гуслия,
Ты станешь уверять, что и одежда,
Которая на мне…
Мудрец
(перебивает)
Она – моя!
Насреддин
Из наглецов ты самый наглый в мире!..
Но главный свой секрет не утаи:
Скажи, чувяки, те, что на Эмире, —
Они ведь тоже, видимо…
Мудрец
(запальчиво)
Мои!..
Эмир
(разводит руками)
Ну, это уж вершина неприличья!
Насреддин
(буднично)
Не стоит продолжать. Диагноз прост:
Чудовищная мания величья.
Маниакальный бред на почве звёзд.
Эмир
(зевнув)
Число улик растет неудержимо!
Опасный оказался старикан!..
(стражникам)
Поскольку это явный враг режима,
Швырнуть его немедленно в зиндан!
Мудрец
(плача)
За что?! Из-за интриги чьей-то грязной
Мне суждена пожизненно тюрьма?!
Вы тронулись умом, солнцеобразный!
Луноподобный, вы сошли с ума!
Насреддин
(Эмиру, тихо)
Я ненависти к деду не питаю,
Но, кажется, темнит чего-то он…
Позвольте-ка его я попытаю —
А вдруг да иудейский он шпион?!
Эмир
(с милостивой улыбкой)
Талантов у тебя и впрямь в избытке!
Таких умельцев прежде я не знал!
Так ты у нас ещё и мастер пытки?
Насреддин
(скромно)
Я дилетант. Непрофессионал.
(лирически)
Бывает, попытаешь на досуге
Такого же… как этот вот… козла,
Но так, без вдохновения, от скуки,
Не чувствуя к пытаемому зла…
Ведь какова судьба у звездочёта?
Вся жизнь у неба звёздного в плену!
Сидишь вот так один – и безотчетно —
Нет-нет да и завоешь на луну!
Считаешь эти звёздочки, считаешь
И весь переполняешься тоской…
Но лишь кого-то малость попытаешь —
И все недомоганья как рукой!..
 
Эпизод одиннадцатый
 
Помещение, предназначенное для пыток. На стенах развешаны всевозможные, устрашающие своим видом пыточные инструменты. В углу на корточках сидит печальный мудрец Гуссейн Гуслия в обречённой позе и с потухшими глазами.
В скважине поворачивается ключ, и входит Насреддин. При появлении Насреддина узник вскакивает, взгляд его оживляется.
Насреддин
(останавливая Мудреца)
Не делай, о наивный, и попытки
Из этой славной комнатки удрать!
К тебе я применять не буду пытки,
Но ты обязан всё-таки орать!..
Когда тебя, дружок, начну пытать я,
Ты высунься в окошко и ори!
Мудрец
А что орать?
Насреддин
(нетерпеливо)
Ругательства, проклятья,
Да что угодно, чёрт тебя дери!
Как будто бы железный прут я в брюхо
Тебе воткнул!..
На лице Мудреца появляется выражение подлинного страдания.
Что, больно?.. Так ори,
Чтоб стукачи окрест лишились слуха,
Чтоб лопнули в округе фонари!..
Мудрец пытается закричать, но производит лишь жалкий блеющий звук и сконфуженно умолкает.
Насреддин
(укоризненно)
Ты мне сейчас напоминаешь кошку,
Которую журавль клюнул в нос.
Пытать тебя я буду понарошку,
Но голосить-то следует всерьёз!..
Меняй приемы, маски, мизансцены,
Побольше гнева, боли и слезы!
Попробуй вой рожающей гиены!
Попробуй вопль недоенной козы!
Попробуй подражать степному зверю!
Тревожь свою фантазию, тревожь!..
Мудрец производит ещё один невразумительный звук и исподлобья смотрит на своего мучителя.
Ну, что тебе сказать, дружок?.. Не верю!..
Весьма неубедительно орёшь!
Возможно, для ценителей вокала
Твой голос изумительно хорош…
Но в крике оскопленного шакала
Не чувствуется правды ни на грош!
Не любишь, ох, не ценишь ты работы!
Ох, на себя накличешь ты беду!
Мудрец
(жалобно)
Никак я не найду заветной ноты,
И верного я тона не найду!..
Насреддин
(жёстко)
Палач тебя научит верной ноте!
Все ноты и октавы знает он!
Загонит пару игл тебе под ногти,
И ты в момент отыщешь верный тон!..
Ты вот на чём вниманье заостри-ка:
В тебе к тиранам ненависть слаба!
Есть просто крик. А где же пафос крика?
Где яркие и гневные слова?..
Мудрец
(смущённо)
Хоть много слов в мозгу моём хранится,
Но всё ж словарный жалок мой улов.
Я не привык судиться и браниться
И потому не знаю крепких слов!..
Насреддин
(изумлённо)
Да что ты?.. Ни единого словечка?..
Я поделюсь одним-другим словцом!
(наклоняется к Мудрецу)
Давай-ка ухо, кроткая овечка!
Но не красней ушами и лицом!..