Нам покорилось море звёзд. Том 1 (СИ)

- Астрей, ты слышишь меня?
Астрей не говорил с ним с тех пор, как очнулся ото сна. Заперся у себя в каюте и молча сидел, явно не собираясь выходить.
И теперь оттуда не доносилось ни звука, будто в комме попросту сел аккумулятор.
Галактион снова ударил в дверь, теперь уже плечом. Дверь поддалась, но лишь отчасти. На стальном листе осталась вмятина, но полотно осталось целым. Аэций ударил ещё раз. И ещё. Наконец раздался хлопок, будто лопнула сотня воздушных шаров, и переборка вылетела в коридор. Аэций подошёл ближе. Из рубки пахнуло жаром, он с трудом заставил себя войти. Волосы императора разметались по пульту, и в первый миг Аэцию показалось, что Астрей без сознания. Галактион приложил пальцы к основанию его шеи, и Астрей тут же дёрнулся, поднимаясь. Перед носом Аэция оказалось дуло бластера. В следующую секунду взгляд Астрея прояснился, дуло исчезло, и он снова отвернулся.
- Что теперь? – спросил Астрей.
- Он здесь.
Астрей покачал головой.
- Мне не нравится твой план, - повторил он то, что говорил за последние дни уже много раз. – Это глупо.
- Ну, у тебя ведь нет другого, - Галактион усмехнулся и раньше, чем Астрей понял, что происходит, коротко поцеловал его в висок, - жди здесь. Если я не вернусь до утра… Ну, если я не вернусь, значит, план не сработал.
***
У взрыва не было звука. У огня нет голоса в космосе. Только кривые пальцы, ползущие по лезвию темноты. Дезмонд внезапно ощутил, как ползёт по позвоночнику холод. Только теперь он понял, что с этой тьмой он остался один на один.
Генс Ларта пылал, и разноцветные струи брызгами разлетались из-под его солнечных парусов. Последний стяг тысячелетней империи развевался на невидимом ветру в окружении этих брызг. Дезмонд молча смотрел на закатное солнце, пылавшее на носу фрегата, а взрывы – десятки и десятки маленьких взрывов, как пузырьки по воде, бежали по оболочке корабля, подбираясь к рубке. Потом в голове у него что-то щёлкнуло. Он был один - и он должен был что-то сделать.
Дезмонд рванулся к панели вызова, на бегу отшвырнул ещё горячее тело Брайса, штурмана. Он видел, как кровь с его собственных пальцев стекает на пульт, видел - будто со стороны.
- Капитан фрегата Генс Ларта, вызывает Мала-Реста. Генс Ларта, вызывает Мала-Реста. Есть кто-то живой на борту?
Эфир молчал. Лишь легко шуршало что-то вдалеке, как шуршит лопнувший надувной мяч.
- Каратель, Генс Ларта, есть кто-то на борту?
Ответа не было.
Кто-то легко коснулся его плеча, и Дезмонд развернулся, готовый ударить его, кто бы там ни был.
- Шесть кораблей слева по борту. Ждём приказа, капитан.
Дезмонд смотрел на запыхавшееся бледное лицо парнишки, стоявшего перед ним. Дезмонд не помнил и не узнавал его. Хотел было спросить его имя, но времени всё ещё не было.
Дезмонд окинул беглым взглядом рубку и понял, что на мостике они стоят вдвоём. У самого выхода он заметил медленное движение – кто-то ещё был жив, но в кровавом месиве лиц и тел нельзя было разобрать кто. Дезмонд, впрочем, и не хотел вглядываться.
- Диагностику системы, - бросил он парню и стал пробираться к навигационному комплексу.
- Диагностика займёт три минуты.
Дезмонд обернулся к нему, и парень отшатнулся.
- Кто ты? Чем занимался на борту?
- Канонир третьей панели, - парень заикался.
- Почему не на посту?
- У нас нет третьей панели…. – голос его затихал с каждым словом.
- Какая есть?
- По левому борту остались две батареи. Когда я выбрался из-под завала, реакторная была цела - и мех отсек.
- Тест гипердрайва делать умеешь?
- У-учил.
- Займи место штурмана и проведи тест. Быстро! – рявкнул Дезмонд, увидев, что парень мнется, глядя на изуродованное тело навигатора. Дезмонд отвернулся, лишь удостоверившись, что канонир преодолел брезгливость и убрал труп. Подойдя к панели вызова, Дезмонд набрал код внутренней связи.
- Всем отсекам. Всем, кто слышит, немедленно прислать в рубку данные о количестве выживших по отсекам. Потом отчёт о состоянии отсека.
Перечни имён побежали по монитору. Красные строчки чередовались с зелёными, красных было больше… намного больше. Но и выживших было слишком много, чтобы не принимать их в расчет.
Дезмонд посмотрел на часы – до рассвета оставалось пятнадцать минут.
- Диагностика закончена, – услышал он высокий голос из-за спины, - гипердрайв исправен. Готовлю прыжок?
- Нет, - отрезал Дезмонд, - выводим корабль на орбиту. Эти твари пусть палят по правому борту, там уже нечему гореть.
***
Все, кто был на мостике Генс Ларты, знали, что офицеры покидают корабль последними. Знали, что отступать не должны. И всё же, когда первая бомба ударила по носу корабля, Искандер обвел взглядом свою команду – и на всех без исключения лицах был страх. Фиран, занявший пост штурмана, тонкими пальцами пытался ослабить крючки на кителе, и Искандер видел, как дрожат руки в белых перчатках. Видел, как гуляют желваки по его щекам.
Искандер не мог никого винить. Самому ему было уже всё равно. Хотелось одного – чтобы всё это кончилось как можно скорей. Он только отметил устало про себя, что они всё же были не машинами. Они были людьми, и у каждого была жизнь, которую Искандер собирался отнять.
Искандер отдавал какие-то приказы – не думая и не сомневаясь. Спокойно следил за алыми точками, плывущими по глади радара и гаснувшими, а перед глазами его всё стояли эти руки в белых перчатках. Вторая бомба ударила в борт.
- Отключить, - Искандер замешкался на секунду, но вариантов не было, - задраить переборки по левому борту.
- Включаю тревогу…
Искандер бросил короткий взгляд на счётчики кислорода.
- Нет. Задраить переборки, только потом тревогу. Снять блок с третьего спасательного отсека.
- Они не успеют…
- Выполнять.
Краем глаза Искандер видел, как белые руки щёлкают по клавишам.
- Две эскадрильи крабов заходят под киль. Расстояние шестнадцать трассов.
- Выпустить истребители по правому борту.
На радаре появился рой синих точек. Они смешались с алыми, и несколько долгих минут ничего нельзя было разобрать. Искандер почувствовал на виске холодную каплю пота – от него ничего уже не зависело, и это было невыносимо.
- Обнаружено ещё шесть целей. Рассчитываю траекторию, – высокий голос Мелч надорвал тишину.