Нам покорилось море звёзд. Том 1 (СИ)

И всё-таки где-то на краю сознания билось ощущение неправильности всего происходящего. Теперь, когда появилось время для размышлений, Каллен понял, что это чувство преследовало его уже давно – с тех пор, как он был назначен на Генс Ларту. А может, оно появилось ещё раньше – когда он только получил звание мастера.
Первым, что он увидел, прибыв на Генс Ларту, был силуэт капитана – слишком хрупкий для военного, натянутый, как струна, и необыкновенно изящный в офицерском мундире. Но не эта хрупкость и не это изящество поразили Каллена. Когда Искандер обернулся, его будто молнией пронзило понимание того, что он уже видел это лицо – много раз, во сне и в предрассветных грёзах.
Этому внезапному пониманию не было объяснения, как ни старался Каллен разобраться в его сути. Всегда, когда он пытался представить о том, каким будет человек, которому он сможет посвятить свою жизнь, он видел это лицо – и вот теперь обладатель этого лица стоял перед ним. Живой, созданный из плоти и крови, и в то же время будто выточенный изо льда. А ему, Каллену Фэроу, в самом деле предстояло служить – только не ему, а Ордену, которому он так поспешно отдал свою жизнь. Конклаву, который приказал доносить о каждом шаге Искандера Магдаро.
Вот тогда-то и ощутил он впервые это чувство неправильности, раздвоенности и непонимания того, что нужно делать, от попыток разобраться, от которых нестерпимо ныл затылок, и кровь стучала в висках. До тех пор в жизни Каллена всё было просто и ясно. Всегда он знал, что правильно, и поступал только в соответствии с этим «правильно». Правильным было служить семье, Империи и Ордену. Семья и Империя всегда требовали от него одного и того же, и точь-в-точь соответствовали его представлениям о правильном приказы Ордена. Если же что-то казалось не совсем верным – следовало лишь обратиться к Книге Звёзд, содержавшей ответ на любую дилемму.
Каллен боялся узнать, что говорится об Искандере в Книге Звёзд, потому что догадывался, что служение Ордену всё же стоит в иерархии любого адепта выше, чем служение собственным туманным видениям. Он не хотел заранее думать о том, кому на самом деле станет служить, если ему придётся выбирать. Искандер никогда не запрещал ему отправлять отчёты Ордену. Каллен даже показывал их ему, и Искандер лишь кивал, из чего сам Каллен делал вывод, что Искандер отлично соотносит степень доверия своему помощнику с доверием Ордену и никогда не поставит его перед выбором. За это он любил Искандера ещё больше, потому что Искандер внезапно для него самого оказался воплощением Ордена, воплощением разума, гордости и чести. И, стоя на мостике за его спиной, Каллен с трудом сдерживал улыбку от осознания того, что ему так повезло.
Когда прошли слухи о том, что Орден не будет участвовать в войне, Каллен решил для себя, что отсутствие приказа наступать не есть приказ отступать. А значит, Орден не имел ничего против инициативы, которой и занимался Искандер с самого начала войны.
Каллен даже поражался порой этой инициативе, потому что сам он предпочитал следовать приказам. Когда их не было, он терял ориентацию и чувствовал себя неуверенно. Искандер же проламывал любые препятствия безо всякого приказа, но при этом всегда следовал Книге Звёзд и умел объяснить свой поступок её катранами.
В тот момент, когда пришёл приказ из Ордена, Каллен понял, что гром грянул. Ему всё-таки нужно было выбирать. Выбирать - что правильнее и кому он должен служить. Он вздохнул с облегчением, когда Искандер выбрал за него, молниеносно отдав приказ, не допускающий возражений. Дилемма была снята, и Каллен чувствовал толику удовлетворения от того, что всё сложилось именно так – потому что теперь он понимал, что только Искандеру и хотел бы служить.
Но странное чувство никуда не делось. Что-то было неправильно в происходящем, он только никак не мог отвлечься от боя и понять - что.
Когда Искандер произнёс, обращаясь к главе эскадрильи Терс Мадо: «Отступайте, Аркан», - Каллена будто прошило молнией насквозь.
Уже нагнав Искандера в коридоре, он спросил:
- Вы назвали его Аркан, капитан?
- Да, - Искандер устало потёр лоб.
- Вы знаете, кто этот Волк?
Искандер с удивлением посмотрел на него.
- Вся Империя это знает, Фэроу. На каком свете вы живёте? Это Дезмонд Аркан.
Каллен стоял, не в силах двинуться с места. Медленно проплывали перед его мысленным взором сожженные базы повстанцев. Голос Волка, который он много раз слышал в рубке. И лицо Дезмонда Аркан – когда ему было шесть, когда ему было двенадцать, когда ему было шестнадцать… Когда они вместе прибыли в Академию и когда принимали присягу… И когда Дезмонд предлагал ему бежать из Ордена, а Каллен отказался… Впервые за прошедшие семь лет он понял вдруг, что вовсе не сам пришёл в Орден. Осознание это смешивалось с событиями последних часов, и Каллен покачнулся, в последний момент успев схватиться за переборку.
- Фэроу? Что с вами?
Он тут же ощутил руку Искандера, поддерживающую его за плечо, и все мысли смыло прохладной водой.
- Всё хорошо.
- Я надеюсь. Потому что мне нужно обсудить с кем-то, как мы перегруппируем солдат.
- Конечно.
- Может, вам нужно время, чтобы прийти в себя?
- Нет, капитан. Пойдёмте. Закончим с делами.
Как будто с делами можно было закончить… И снова закрутились невнятной чередой лица выживших и убитых, номера истребителей, сводки потерь.
Больше не было той ясности, которую он ощущал всегда. Каллен не знал, что делать, и от этого горло ему перехватывала удушающая паника. Только разобравшись с экипажем, он ввалился к себе в комнату и, не глядя рванув на себя ящик письменного стола, достал оттуда шприц с успокоительным. Поднёс к шее. Замешкался на секунду и сделал укол.
Каллен глубоко вдохнул. Образы расступались, уступая место рассудку. Он снова мыслил ясно, и на душе было легко.
Он ещё не успел убрать шприц, когда раздался сигнал коммуникатора. Каллен торопливо закрыл ящик стола и нажал «Приём».
Экран отобразил лицо герцогини Фэроу – Каллен узнал её с трудом, потому что герцогиня казалась старше на добрый десяток лет. Под глазами её залегли тени, а на висках появилась проседь.
- Герцогиня, - произнёс Каллен внезапно охрипшим голосом и тут же прокашлялся.
- Каллен…. - Руки женщины, до тех пор сжатые в кулаки, бессильно опали на стол. Каллен видел, что губы ее дрогнули, - я думала - не увижу тебя… Говорят… Говорят, Орден бросил нас.
Каллен открыл рот, чтобы ответить, но понял, что не может.
- Мама… - прошептал он одними губами и закрыл глаза, внезапно ощутив тяжесть всей вселенной у себя на плечах.
- Молчи. У меня мало времени. Мы получили сигнал, флагман Хель покинул орбиту Тересы. Они… - герцогиня сглотнула, - чудовища. Но я не буду об этом. Уничтожены четыре планеты из шести. Думаю, они могли бы просто дождаться, когда солнце взорвётся – система потеряла стабильность, и мы в любом случае обречены. Кораблей у нас нет. Твой брат встретил смерть на рубеже Церцеи. Пусть память о нём останется… останется с тобой. Я так хотела взглянуть в твои глаза, перед тем как всё кончится….