Нам покорилось море звёзд. Том 1 (СИ)

- Отступайте, - прозвучало затем, - это приказ. Нимея пуста.
- Мы не можем сдать столицу.
- Перестаньте, Волк. Это просто камни.
Дезмонд сглотнул.
- Что будете делать вы? Надеюсь, не собираетесь помирать тут в одиночку?
- Мы отходим на ремонт. А затем у нас другой приказ. Может, ещё встретимся. Если сложатся звёзды.
- Вас понял. Конец связи, - Дезмонд переключился на общую связь и произнёс уже другим голосом, - всем, кто ещё может поддерживать огонь, передаю координаты точки встречи. Мы отходим к системе Аркан.
Один за другим чёрные силуэты кораблей исчезали в гиперворотах. Дезмонд прыгнул последним.
Искандер смотрел какое-то время на опустевшее небо над городом, который казался ему вечным. Внизу не было никого. Только трепетали на ветру ветви деревьев на крышах небоскрёбов. С орбиты Нимея казалась похожей на волшебный лес, и только зная, что скрывают эти заросли, можно было угадать между ними очертания мегаполиса.
- Отходим. Проложить курс в систему Астеры. Всем, кроме пилотирующего состава, разойтись по каютам. На отдых даю два часа.
Уже двинувшись к выходу из рубки, Искандер услышал за спиной растерянный шёпот Мелч:
- Капитан…
Искандер обернулся и увидел на экране, как расцветает оранжевый цветок на поверхности удаляющейся планеты. Как разрастается, будто круг на воде, и как разбегается волной по огромному зелёному шару, оставляя за собой только пепел.
- Вы слышали приказ, - произнёс он, - выполнять.
Комментарий к 32. Камни.
Законченный вариант клипа включая события последней главы
https://drive.google.com/file/d/0B3vX8Z5xv-3Nd25zS3FDV0xGUTg/view?usp=sharing
========== 33. Ночь перед боем ==========
Искандер не мог спать. Всё пытался уложить в голове события прошлых дней, но калейдоскоп красок мелькал слишком быстро, не давая возможности остановить кадр и сосредоточиться на чём-то одном. Пламенеющие цветы на поверхности Нимеи, сметающие всё, что создавалось тысячелетие. Балы и приёмы, которые он так ненавидел – и которых не будет теперь никогда. Горящие призраки кораблей и исчезающие на мониторе точки истребителей. Всё полыхало в его голове, и будто наяву он видел залы Каранаса, объятые пламенем. Библиотеку, где он читал в детстве, и собственную уютную квартирку со стереовизором в полстены, на который он никогда не поднимал глаз, потому что… Искандер рвано вздохнул, подумав о том, что вместо этого он все свои мысли отдавал человеку, имени которого, как оказалось, не знал. Захотелось зажмуриться, а потом открыть глаза и проснуться. Но сколько бы он ни сжимал веки, открыв глаза, снова видел только стальной потолок, пересечённый едва заметными швами.
Впервые стены корабля давили на него, а вся мощь Генс Ларты, которой он так гордился с тех пор, как корабль был построен, казалась бесполезной, как дубинка дикаря. Он ничего не мог. От этого было паршивее всего, потому что Искандер не терпел бессилия.
Если бы всё зависело только от него, он бы дрался за каждый парсек космоса, не пуская врага дальше, чем он сам разрешит пройти. Он бы собственной кровью заплатил за их жизни, но… в этом не было смысла.
Флот Фэроу погиб почти полностью. Посчитав потери после отступления в подпространство, они с Калленом пришли к выводу, что нужно разделить выживших на две части и расквартировать по двум сравнительно боеспособным кораблям. Истребители уместились в ангарах этих двух, а всё остальное превратилось в гору металлолома, которую проще было бросить на месте.
Впервые с тех пор, как Каллена назначили к нему на корабль, Искандер не испытывал напряжения рядом с этим молчаливым и всегда холодным человеком с глазами, выжженными коррекцией. Искандер подозревал, что просто слишком устал. Ему было уже всё равно, что будет дальше, и Каллен, который, казалось, вовсе не испытывал никаких чувств, взял организацию выживших на себя.
Искандер какое-то время смотрел на него издали. На языке вертелся вопрос: «Зачем?» Зачем кого-то куда-то переводить, зачем чинить двигатели, зачем трепыхаться, когда война проиграна. Империи больше нет.
Искандер молчал. Он понимал, что здесь не время и не место таким вопросам. А ещё надеялся, что если поспит немного, то голова прояснится, и апатия пройдёт. Это было бы очень хорошо, потому что Искандер не хотел сдаваться и отступать из простого упрямства, из нежелания признать себя проигравшим. Но думать о том, что ждёт впереди, не получалось всё равно.
Никогда он не думал, что так любил Нимею. Никогда не думал, что мысль о том, что столицы больше нет, ударит его коленом под дых, выбивая из лёгких воздух.
Он развернулся и ушёл, чтобы попытаться уснуть, но, даже вколов себе снотворное, так и не смог отключиться. Просто лежал, глядя в потолок, и смотрел своё собственное, никому больше невидимое кино.
От картин гибели Нимеи мысли то и дело перебегали к Ордену. К попыткам понять, ради чего он пять лет прожил в изоляции, терпел боль, а затем презрение. Он мог простить Ордену всё – коррупцию, нечистоплотность в методах, скрытность и недоверие. Всё это были лишь кирпичики, служившие, как казалось ему, великой цели – защите жизни.
Цели больше не было. И если не было того общего блага, ради которого Орден позволял себе вмешиваться в память других людей, убивать своих учеников и тех, кто стоял у него на пути… Тогда ради чего было всё это? Искандер не мог ответить. Он всё равно не хотел признавать, что Рейвен и подобные ему были правы – из простого упрямства и нежелания отступать.
Он сжал зубы, выгоняя из сознания ненужные мысли, и сел на кровати. Потянулся к коммуникатору, собираясь вызвать Астрея, но не успел.
Со стороны двери раздался стук, и Искандер, торопливо пригладив волосы, приказал:
- Войдите.
- Капитан…
Искандер кивнул и встал.
- Я вас слушаю.
- Перегруппировка закончена. Экипаж Генс Ларты удалось укомплектовать на шестьдесят процентов. Левый борт по-прежнему в починке, но правым мы можем стрелять. Вам придётся иметь это в виду, когда вы вернётесь на мостик – нас слегка кренит набок при резких манёврах.
- Слегка? – Искандер не сдержался и хохотнул. Взял из рук Каллена графики и оценил ситуацию сам. – Нас закрутит - как лодку с одним веслом при любом неверном движении. Но спасибо, что сказали. Я буду иметь в виду. Что со вторым кораблём?
- Я… выбрал Солнечный Бриз.
Каллен замолк, не зная, как продолжить. Искандер какое-то время изучал графики, а затем поднял на него взгляд.
- Фэроу? – спросил он, и Каллен вздрогнул.
***
С того момента, как пришёл последний приказ конклава, Каллен не находил себе места. Поначалу было сравнительно легко, потому что бой, перетекавший в бесконечность, не давал возможности думать о чём-то, кроме несущихся со всех сторон снарядов противника и мелькающих на экране точек сражающихся кораблей.