Прощай, чужая земля (СИ)

- Может, дело в том, что ты участвовала в заговоре против меня? Ты знаешь, что делал твой отец?!
- Я не знаю, что делал мой отец! Грегори, это было давно, и он уже мёртв! А я жива, почему я должна отвечать за его грехи до конца дней?
Грегори отвернулся и какое-то время смотрел на витраж, но поняв, что тот лишь злит его сильней, снова обернулся к Ласе.
- Я не виню тебя, - сказал он спокойно, - уже давно. Но Данстан значит для меня всё. Он разделил со мной горе и радость. Когда я был пленником в собственном доме – он был со мной и сочувствовал мне. Когда я сражался, он подносил мне доспех. Когда я был ранен – он ухаживал за мной. У стен замка Лиддел вся слава досталась мне, хотя победа принадлежала нам двоим. Когда я терпел поражение у стен замка Бро, за мои ошибки он расплатился собой. Так было всегда. Я клялся, что никогда не покину его, и если я не могу быть рядом с ним, я буду, по крайней мере, думать о нём.
- Но ты клялся и мне!
- Это другое, - Грегори пожал плечами, - ты сама знаешь, что я этого не хотел.
Ласе глубоко вздохнула.
- Что мне сделать, чтобы ты переменил своё мнение обо мне? – негромко спросила она.
- Ничего, - Грегори пожал плечами. – Стань Данстаном – и тогда ты займёшь в моём сердце место, которое занимает Данстан. Иначе никак.
Несколько дней Ласе думала о том, что услышала от него, но времени оставалось слишком мало, чтобы придумать что-нибудь, и она решила прибегнуть к трюку, который использовала давно.
Ласе извлекла из сундука мужской костюм, распустила волосы, как это делал Данстан, и когда колокола на колокольне отзвонили вторую часть ночи, вошла в таком виде в спальню Грегори.
Тот не спал. Лежал и неподвижным взглядом смотрел в потолок.
Ласе закусила губу – это было не очень хорошо. Едва дверь закрылась за её спиной, Грегори перевёл на неё взгляд - и потому, что он не встал и не шевельнулся, Ласе поняла, что он её узнал.
- Я могу понравиться тебе так? – спросила она, входя в луч света, падавший из окна. – Если любишь мужчин, я стану мужчиной для тебя.
- Уйди, - Грегори стиснул кулак, чтобы не закричать. – Ты так ничего и не поняла.
Ласе сделала ещё шаг вперёд и склонилась над Грегори, нависая над ним. Вгляделась в глаза и успела ещё коснуться губами его губ, прежде чем удар отшвырнул её назад, так что столешница больно врезалась в основание спины.
Ласе закусила губу от боли. На глаза навернулись слёзы, обида душила её.
- Да что с тобой не так! – выпалила Ласе, и голос её окончательно сорвался.
- Уйди, - Грегори встал и, стиснув её плечо, отвёл к двери, - и больше никогда не входи в мой дом и не прикасайся ко мне, или отправишься в монастырь.
Хлопнула дверь, и Ласе оказалась в коридоре, слёз она сдержать уже не могла. Впервые в жизни Ласе плакала искренне, не пытаясь никому ничего доказать. Она сползла по стене, обхватив руками колени, и долго всхлипывала, не в силах успокоиться, пока наконец не устала настолько, что ей стало всё равно.
- Ну хорошо! – сказала она вполголоса, вытирая последнюю слезу. – Может быть я и не стану твоей женой. Но уж точно ею никогда не станет Данстан.
Она встала и, сжимая кулаки, решительно направилась к рыцарской башне, которую теперь занимал сэр Артур.
- Не вышло, - спокойно сказал он, окидывая взглядом наряд Ласе и её раскрасневшееся лицо.
Ласе молча покачала головой.
С минуту царила тишина. Артур разливал вино. Затем, добавив туда мёда и специй, он протянул кубок Ласе. Та сделала глоток и благодарно кивнула.
- Он должен умереть, - вполголоса произнесла она.
- Кто? Наш лорд? Честно говоря, мне бы этого не хотелось. По крайней мере пока.
Ласе дёрнула плечом.
- Не он. Этот скотт.
Артур скрестил руки на груди и, прислонившись плечом к стене, посмотрел на неё.
- Как ты собираешься это сделать? Он сейчас далеко.
Ласе закусила губу.
- Я придумала кое-что, - сказала она совсем тихо, - нам нужно только подделать письмо. А ещё лучше – возьмём одно из тех, что Грегори написал сам. Помнишь, к примеру, то: «Я не могу без тебя. Мне кажется, я умру». Третье, что он написал.
Артур кивнул. Ему не очень нравился разговор, и обсуждать чужое нижнее бельё он не любил, но идею Ласе следовало выслушать до конца – её замыслы всегда отличались изысканностью и порой решали множество проблем.
- Нужно только чуть-чуть подправить его.
- Ты хочешь сделать это сейчас? – спросил Артур.
- Понадобится время, чтобы всё организовать.
- Не возникнет ли вопрос, почему Грегори не писал до сих пор?
Ласе дёрнула плечом.
- Отправим письмо с другим гонцом. С мальчишкой, которого Грегори себе взял. Пусть скажет на словах, что молодой лорд не мог писать или что-нибудь ещё, а лучше правду – что письма были перехвачены, поэтому Грегори и послал его.
- Допустим, мы отправим письмо, и что потом?
- Потом… Нам понадобятся два десятка крепких надёжных солдат и карта Сильвер Горг.
Наутро Ласе взялась за дело – испортив несколько листов бумаги, она наконец добилась того, что её подчерк выглядел почти что как подчерк Грегори и, подтерев кончиком ножа несколько букв, добавила несколько слов. Получилось следующее:
«Не могу без тебя. Я умру. Только … тебя жду. Приезжай немедленно. Встретимся в Сильвер Горг».
Ласе запечатала письмо и стала ждать момента, когда мальчика-слугу будет удобно отослать из замка на пару недель. Момент выдался довольно скоро – Грегори понадобились новые шпоры, и он отослал слугу на ярмарку в Эплби через пару дней.
А ещё через три дня к воротам замка подъехал измученный всадник в изорванном плаще – Ласе побледнела и выбежала во двор, ещё издалека узнав его в лицо. Это был сэр Тизон.
========== Часть 55 ==========
Войско Элиотов покинуло стены замка Карлевелок на рассвете.
Эллер Элиот, поджав губы, недовольный холодом и сыростью весеннего утра, ехал по правую руку от своего тэна. По левую руку от него ехал бард Лаклан, посчитавший своим долгом составить компанию господину – а если потребуется - и сложить песню о его подвиге.
- Хотя бы посмотрю, что это за великая любовь, - подмигнул он Данстану, и так чувствовавшему себя неловко от того, что столько людей поднялось по первому его зову, не задавая вопросов и не спрашивая, ради кого это всё.
Кони неторопливо гарцевали по горным склонам, отделявшим земли Элиотов от границы с Англией, и марево утренней дымки навевало сон на всех – включая Данстана, который не спал всю ночь, думая о том, что могло произойти в замке Бро.
Грегори просил о помощи. От одной мысли об этом сердце начинало трепетать в груди. Это значило, что он не забыл. Что он просто не мог раньше дать о себе вестей.
А ещё… Ещё это могло значить, что в замке Бро что-то пошло не так. Возможно, Грегори уже не лорд. Данстан боялся признаться себе, но мысли его то и дело возвращались к этому маловероятному варианту, потому что тогда Грегори мог бы найти приют в Карлевелоке – кто знает, на сколько. Может быть, на несколько лет.
- Осторожнее, - Эллер поднял руку, вырывая Данстана из потока собственных мыслей. – Отсюда и дальше, до самой границы, тянет Сильвер Горг. Ущелье, исконно служившее любимым убежищем для разбойников. Всем быть начеку – это наилучшее место, чтобы устроить засаду на всём пути от Карлевелока до Бро.
Данстан поджал губы. Эллер этой поездки не одобрял и не скрывал этого – с самого сбора он только и говорил о том, что место, где Грегори назначил встречу, расположено неудачно, что всё это больше похоже на ловушку, чем на зов о помощи – но Данстан был не в состоянии слушать его. Всё время с того момента, когда в руки его легло письмо, занимала одна мысль – Грегори позвал его. Грегори нуждался в помощи и позвал его.
- Он ждёт нас на другом конце, - Данстан дал шпор коню, намереваясь первым въехать в ущелье, но Эллер перехватил поводья его коня.