Прощай, чужая земля (СИ)

- До поры, - уточнил он, - если сэр Генрих продолжит в том же духе, то…
- Я надеюсь, ты не забудешь этих слов, - Грегори холодно улыбнулся. – Однажды он возьмётся за старое. И вот тогда придёт срок навести в замке порядок. Я надеюсь, твои люди в этот час будут со мной.
Воробей прищурился, внимательно глядя на него, а потом кивнул.
В замке Грегори первым делом встретил Тизон – едва Грегори спешился, сенешаль взял его за плечо и потащил в полутёмный закоулок между донжоном и крепостной стеной.
- Ты в своём уме? – прошипел он, прижимая Грегори спиной к стене.
- Да, а что?
- Ты ведь у Армстронгов был, так? Ты понимаешь, что они придут мстить?
Грегори прищурился, и на губах его заиграла улыбка.
- Когда, в ноябре? Пока они соберутся в поход, наступит зима. Кроме того, мы зашли с востока, пусть думают, что их грабили Колвелы.
Тизон отпустил его плечи и покачал головой, смотрел он так же сердито, как и до сих пор.
- Когда ты начнёшь думать о завтрашнем дне? – спросил он устало.
- Когда он наступит, - Грегори вскинул подбородок и улыбнулся ещё шире, а затем мгновенно стал серьёзным. – Сэр Тизон, я прекратил войну, разве нет?
- Развязав новую!
- Которая состоялась бы в любом случае – Армстронги придут, когда наступит весна, буду я у них воровать или нет.
Тизон скрипнул зубами и промолчал.
- Сэр Тизон, признайте, я заслужил стать хотя бы оруженосцем?
Тизон секунду мрачно смотрел на него, затем, не переставая хмуриться, махнул рукой.
- На колени, - приказал он и выдернул из-за пояса кинжал.
Как только Грегори опустился на одно колено, Тизон коснулся кинжалом его плеч.
- Тебя, Грегори Вьепон, сим посвящаю в оруженосцы, - Тизон произнёс ещё несколько ритуальных слов, осенил Грегори святым знамением и приказал встать. – Иди. Тебя ждёт лорд.
«Наместник», – пронеслось у Грегори в голове, но вслух он не сказал ничего.
К сэру Генриху он не пошёл – лишь просил стражу передать, что слишком устал, и направился прямиком в темницу.
Когда и здесь стражники заступили ему путь, Грегори лишь свирепо зыркнул на них из-под бровей и бросил на ходу:
- С дороги! Приказ сэра Генриха!
Стражники расступились в стороны, но, едва он миновал их, направились следом.
Грегори же, оказавшись в темноте, снял факел со стены и стал спускаться вниз той дрогой, которой ходил уже один раз.
Данстан сидел всё там же, будто и не прошло для него трёх дней. Только исхудал и истончился ещё сильней.
- Отпереть, - приказал Грегори, услышав шаги за спиной.
- Сэр Генрих…
- Сэр Генрих приказал отпереть, - повторил Грегори с напором, и на сей раз стражник подчинился – подошёл к двери и принялся ковырять ключом в навесном замке.
Только когда металл зазвенел о металл, пленник поднял голову и тут же встретился взглядом с Грегори. Кровь ударила Грегори в виски, голова зашумела, и будто сквозь вату он услышал собственный голос.
- Поднять пленника и вести его следом за мной.
Двое охранников протиснулись в камеру и подхватили Данстана под локти, так что ноги его продолжали волочиться по земле, а затем потащили в коридор.
- Да не так, - Грегори поморщился, силясь скрыть злость.
Перехватил Элиота подмышку, так чтобы можно было закинуть его руку себе на плечо и, бережно придерживая другой рукой за пояс, сам понёс в сторону лестницы.
- Можешь идти? – шепнул он в самое ухо Данстану. Тот кивнул, но никаких усилий, чтобы сделать шаг, не предпринял. От волос его пахло тиной, а от тела – застоявшимся потом, но Грегори всё равно втянул его запах, силясь уловить в нём знакомые, хоть и забытые давно уже нотки.
- Мой, - прошептал он и на секунду довольно зажмурился.
- Ты пришёл… - произнёс Данстан почти в унисон.
Грегори не ответил ничего. Дальше они двигались молча. Грегори прислушивался к новому чувству, нарождающемуся в груди. Это было уже не желание обладать и не удовлетворение от новой игрушки, это было странное, пронзительное счастье, от того, что Данстан наконец-то находится в его руках. От того, что можно трогать его, обнимать… от того, что сегодня вечером Элиот не покинет его, как должен был делать это всегда. И не покинет уже никогда.
Радость его разбилась о заслон из трёх рыцарей, стоявших у выхода из темницы.
- Как это понимать? – спросил он, поднимая взгляд от земли, куда смотрел до сих пор, чтобы не споткнуться.
- Сэр Генрих приказал препроводить вас в башню.
- Я доберусь сам.
- Сэр Генрих приказал вас охранять.
- От ко… - Грегори замолк, осенённый внезапным пониманием. – Или кого-то от меня?
Грегори смотрел то на одного рыцаря, то на другого, ожидая ответа, но ответом ему была тишина.
- Хорошо, - сказал он наконец. – Ведите.
Усталость вдруг навалилась на него, и он необыкновенно остро осознал, что двое суток толком не спал. Он бы, может быть, пустился в драку и сейчас, но на плече у него висел Данстан, и самым важным казалось донести его до постели и отмыть.
Рыцари быстро окружили его, и тот, что шёл впереди, стал указывать путь – но не к башне рыцарей, как ожидал Грегори, а к другой, стоявшей на южной оконечности замка, пустой и холодной до сих пор.
Поднявшись по узкой лестнице, рыцарь открыл дверь, и Грегори, всё ещё державший на плече Данстана, шагнул в открывшийся проём. Он замер, разглядывая то место, где оказался – здесь были все его вещи, включая кровать, гобелены и сундук с оружием и одеждой. Сэр Генрих явно подготовился хорошо.
- И сколько я буду находиться здесь? – спросил Грегори, уже догадываясь, что вряд ли переезжает сюда на один день.
- Пока не вернётся ваш отец.
Грегори сглотнул.
- Я смогу выходить? Или мне сидеть в четырёх стенах целый день?
- У вас будет два часа в день на прогулку, - рыцарь помедлил, и Грегори почудилось в его голосе сочувствие, от которого ему захотелось ударить рыцаря по лицу, - под нашим надзором вы сможете упражняться с мечом.
Грегори сглотнул.
- Мне нужна будет прислуга… Еда, растопка для очага.
- У вас есть слуга. Остальное он принесёт.
Грегори невольно крепче стиснул руку всё ещё не державшегося на ногах Данстана.
- Мне нужна прислуга прямо сейчас! – закричал он - почти истерично, чувствуя, что перестаёт контролировать себя. – Прислуга, врач и еда! И не смейте говорить мне ничего!
Какое-то время ответом ему была тишина, а затем рыцари обменялись взглядами, полными сомнения, и один из них всё же сказал:
- Мы принесём. И травницу приведём.
- Спасибо, - сухо сказал Грегори, чувствуя, что голос уже не слушается его. – Оставьте меня.
Лишь когда дверь захлопнулась за его спиной, он опустил Данстана на пол у входа. Затем забрался в сундук, достал оттуда плед и постелил на кровать.
Снова подхватил Данстана поперёк спины и, шепнув:
- Ну, давай же, - стал затаскивать его на кровать.
Травницу привели довольно быстро. Она бегло осмотрела ушибы и, приказав рыцарям принести воды, оставила Грегори обтирать Данстана мокрым куском полотна.
Вскоре принесли и еду.
Грегори думал, что аппетит у него отсутствует напрочь, но, почуяв запах похлёбки, понял, насколько голоден был.
Он съел две ложки, а затем взгляд его упал на лицо Данстана, наконец-то открывшего глаза, и он едва не подавился.
- Привет, - сказал Грегори, отставляя горшок в сторону и подсаживаясь на кровать рядом с ним.
Данстан молча смотрел на него, и, вопреки идиотскому положению, в котором он оказался, Грегори обнаружил, что начинает улыбаться. Данстан, которому явно было ничуть не лучше, чем ему, улыбнулся в ответ и, приподняв руку, коснулся его щеки. Грегори тут же накрыл его ладонь своей рукой и прижал ещё плотней.
- Ты настоящий… - прошептал Данстан.
Грегори крепче сжал его кисть и кивнул.
- Ты теперь мой, - сказал он.
Слова прозвучали глупо и бессильно для него самого, и не только потому, что положение его стало ещё более шатким, чем было два дня назад.