Ошибки перевода и их последствия (СИ)

— Значит, пока внешних изменений особо нет. Только резерв стал больше.
— Что, еще больше? — Вит одновременно и испугался, и обрадовался. — А ограничитель-то справится?
Он потрогал цепочку, та тихонечко дзенькнула и рассыпалась золотыми крупинками вместе с кристаллом.
— Ой, мамочки… — оторопел Вит, зажмурился и крепко сжал кулаки.
Но очередного магического цунами не последовало.
— Все в порядке, границы устоялись, теперь тебе будет легче пользоваться, — обрадовал его Даэл.
Обеденный привал быстро свернули: маги вырастили еще по яблоне и груше, плодов и ягод оказалось достаточно, чтобы довольно плотно перекусить всем, решено было, что каша будет на ужин.
Как и обещал Риан, отряд добрался до места встречи с Тэрмарилленом через трое суток, во время которых Даэл на ходу лечил соратников и единорогов, потом его сменил Вит.
— Все, вижу лагерь дяди, — обрадовался Лир.
Вымотались, несмотря на подпитку, все изрядно. Радовало то, что щит все еще стоял, да и Тэр не выглядел иссушившим себя, значит, не слишком много сил пришлось вливать в магическую преграду, куполом накрывающую перевал.
— Какие новости? — поинтересовался Риан.
— Она там, в последние дни волнуется и кидается на щит, — сказал маг. — Наверняка, чует Витольда. Кстати, я смотрю, вы сумели привести его резерв в норму, — он внимательно всмотрелся в ауру мальчишки, удовлетворенно хмыкнул: вместо рваных краев и шипов потомка нагов обнимала плотная, яркая радуга, больше всего в которой было синевы и золота.
— Тогда не будем терять времени. Вит, ты готов? Отряд, остаетесь здесь.
— Ты тоже останешься, — Вит сунул Риану в руки поскуливающего Тарона. — Она не тронет меня одного, я же не с оружием иду.
— Хорошо. Пока организуем обед, покормим единорогов и магов. Солнышко… Удачи тебе там.
— Спасибо. Я вернусь.
Витольд, внутренне обмирая, зашагал к похожей на огромный мыльный пузырь завесе, накрывающей перевал. Щит пропустил его, словно был иллюзией.
«Я здесь, а где ты? Ты позвала меня — я пришел».
Громадная узкая морда поднялась справа, издала тоскующий крик, от которого с горы сорвалось несколько камней.
«Расскажи, что случилось? — Вит шагнул к ней, краем уха услышав стонущий рык Риана за границей щита. — Покажи мне, что случилось? Ты ведь не просто так прилетела сюда жечь и разрушать».
Драконица не говорила словами, да и вряд ли Вит понял бы ее. Она передавала образы, и они казались парню реальнее самой реальности. Пещера в глубине гор, три красивых аккуратных яйца, заботливо уложенных на кучу травы. Небо, пасущиеся внизу олени, падение, олень в когтях. Тревога, полет. Пустая разворошенная подстилка.
— У тебя украли детей! — пораженно вскрикнул он, погладил кажущийся горячим камнем нос. — Ты видела, кто это сделал?
Она помотала головой, снова закричала. Он понял только то, что она чуяла чужой запах и полетела по нему, как по следу.
— Тише, красавица. Тише. Мы найдем твоих детей и вернем тебе. У тебя есть имя? Нет? Тогда я назову тебя Аврора, тебе нравится? Это значит «Утренняя звезда». Мы найдем малышей, но ты пообещаешь, что вернешься ждать вестей к себе в гнездо. Я позову тебя, когда отыщу яйца, хорошо?
Новопоименованная Аврора закивала, потом голова на длинной шее убралась вниз, передав эмоцию напоследок: успокоение. Вит вернулся за щит на подгибающихся от эмоциональной перегрузки ногах.
— Можно убрать щит. Аврора вернется в свое гнездо. Мы должны найти ее яйца, их украли.
— Яйца? — переспросил Тэр. — Драконьи яйца?
— А зачем они кому-то вообще понадобились? — удивился Риан.
— Как можно отыскать что-то? Поисковые заклятья? — Вит уселся прямо на камни, прижал запрыгнувшего на колени Тарона к груди.
— Да, если прикасался к предмету.
— А это может служить частью? Яйца ведь часть Авроры, а это — ее чешуйка, — он вытащил из-за пазухи черную, с синеватым отливом, пластинку размером с две его ладони.
Со стороны перевала раздался грохот, словно от обвала. Это били по воздуху громадные крылья.
— Снимайте щит, наставник!
Тэр пропел длинную непонятную фразу, свел ладони — щит растаял. С седловины перевала в небо взметнулась гигантская тень, заставив всех присутствующих проводить ее глазами и ужаснуться и восхититься размерами драконицы. Одна ее голова была размером с советский УАЗик, тот, который еще называли «буханкой». А уж о крыльях и говорить нечего — они были огромны, как грозовые тучи. Летящую драконицу окружало марево, словно воздух нагревало ее тело — это работала магия, помогающая столь громадному существу не только передвигаться, но и летать.
— Итак, мы знаем, что у Авроры сперли яйца. Три громадных шарообразных хреновины. И было это достаточно давно, чтобы след остыл, а контрабандисты доставили товар к заказчику. У кого какие идеи? — Риан обвел взглядом принцев и лорда Тэра.
— Попробуем использовать поисковые заклятья, что еще делать, — вздохнул Тэр. — Хотя, боюсь, к тому моменту, как мы с их помощью найдем яйца, будет поздно.
— А если и не поздно, то потом мы потащим их обратно, — проворчала Фиола. — По пути они вылупятся и станут называть Вита папой.
— Они еще нескоро вылупятся. Иначе Аврора не оставляла бы их надолго, пока охотится, — улыбнулся ей юный маг.
 — Хоть что-то радует… Тебе в кашу мяса побольше?
— А у нас мясо есть? — обрадовался Витольд.
***
Лир всю дорогу и все дни наблюдал за тем, как меняется Избранный. Как из запуганного зверька превращается в того, кем и должен был прийти: ласкового, отзывчивого, светлого мага, в жилах которого течет нажья кровь. Как покорно изменяется вокруг него мир, да и не только мир.
«Даже не верится, что мы взаправду застали это время — когда появился Избранный, — восторгался он.
«Да уж, посмотрим, что еще случится», — согласился Майро, косясь на Риана, углубившегося в карту и развернувшего ухо в сторону Вита на всякий случай.
Избранный, мысленно беседуя о чем-то своем с Эреем, вертел в руках чешуйку драконицы.
«Знаешь, я до последнего не верил, что с этой огнедышащей бестией все решится настолько просто. Что там было в пророчестве? «Воодушевит на битву»? А в итоге никакой битвы и не случилось».
«За яйца будет та еще битва, вряд ли нам их просто отдадут».
«Есть предположения, кому они вообще понадобились?» — Лир подумал и повторил вопрос вслух, косясь на Тэра — если кому и предполагать, то именно ему.
— Кому угодно, вырастить ручного дракона — многого стоит.
— А это вообще возможно?
— Если у драконов существует такая штука, как импри… кхм… запечатление на первого, кого увидел после вылупления… — Витольд вспомнил одну из любимейших своих саг о «Всадниках Перна».
— Или если они поддаются дрессировке, — добавил Тэр.
 — Они же разумные. Ну, или почти разумные. Аврора говорила со мной образами, очень связными и понятными.
— Потому что ты наг. Понять дракона могут немногие, — Тэр погладил виверну по шее.
— Ну вы же Кшеса понимаете. Может, у вас в роду тоже наги затесались? — Вит улыбнулся, покосился на виверна.
— Не исключено, они активно со всеми расами… — Тэр хмыкнул. — Пожалуй, проще спросить, в ком капли крови нага нет. Но ее стало за эти поколения слишком мало, чтобы владеть магией прародителей.
— Выходит, мой прадед был нагом?
— Выходит, что был, Вит.
— А как же он… Почему он умер таким молодым? Праба говорила, ему и сорока не было…
— Думаю, тут дело было не в возрасте, а в твоем мире. Он, словно упырь, высасывает магию. И чем сильнее маг, тем скорее это происходит. Уверен, родись ты в нашем мире, мы, кстати, зовем его Элатара, ты и выглядел бы иначе, и магия в тебе развивалась бы гармоничнее, а не закукливалась сама в себе. К тому же, твой прадед мог быть сколь угодно стар, наги, достигая возраста зрелости, прекращали меняться внешне, насколько мне известно.
— А расскажите о них еще? — попросил Вит.