Звенья и зёрна
Часть 16 из 24 Информация о книге
2Суждено горячо и прощальноповторять заклинаньем одно:нет, несбыточно, нереально,невозможно, исключено…Этих детских колен оголенность,лед весенний и запах цветка…Недозволенная влюбленность —наваждение, астма, тоска.То ли это судьба ополчается,то ли нету ничьей вины…Если в жизни не получается,хоть стихи получаться должны.Комом в горле слова, что не сказаны,но зато не заказаны сны…Если руки накрепко связаны,значит, крылья пробиться должны.«…но пуля Дантеса…»
* * *…но пуля Дантесана смену поэта повергнутогона сцену вызвала Лермонтова —такая вот пьеса.Но что за финал,когда не нашлось современникаспросить с того соплеменника,что руку на своегоподнимал!И с тех пор ужене от французапогибала русская муза…Роль
Защитилась тогда от поэта,отстояла себя…Гору летпосле выстрела из пистолетаперешла —продолжения нет.Защитилась,себя отстояла,родилась, мол, актрисой на свет,но актриса тогда почему-тоза минуту,за четверть минутыдо финалав лицо не узналанастоящую роль…Застрелился поэт.Говорили потом:ухватилсяза отказ — в оправданье себе,застрелился поэт,уклонилсяот того, что чернело в судьбе,упредил середину тридцатых,с женским именем гибель связал,написал он, что нет виноватых,отчего погибал —не узнал,потому в полный рост, как бывало,молодой, упоенный Москвой,он на площадивесь из металлас непокрытой стоит головой,но в глазах у нееи сегодня:дымка пороха… стон…и опять —с пулей в сердцеон голову поднял,смотрит,силится что-то сказать…«Они любили друг друга…»
* * *Они любили друг другаи оба с собою покончили…Правда, он застрелился почти на глазах у другой,а она полстолетья еще погодилаи многих еще любила,но все-таки верно лишь то, что в стихах:Маяковский и Лиля.«Стариковский семейный досуг…»
* * *Стариковский семейный досугставит ту же пластинку на круг.Ах, какая привычная мукаповторяться от звука до звука,завтра снова вчерашняя скука,лишь бы только не помнить, что вдруг —та последняя в мире разлука…«Страсть не зря укротилась…»
* * *Страсть не зря укротилась —Горек привкус предела.Будущее укоротилось,Сущее потускнело.Оно и в зное и в стужеВсе хуже, по мнению старцев.Не спорь.Мир становится хуже,Чтоб легче с ним было расстаться.«Ожил в сумерках магнитофон…»
* * *Ожил в сумерках магнитофон,ленту старую сводит судорога,воскресает веселая сутолока,хохот, тост, хрусталя перезвон,голоса…словно чертик из ящика,прямо в комнату — праздничный час.Чудеса! Только в то настоящеене пускают из этого нас.Там не ведают все, что последует.Мы-то знаем.Пускать нас не следует.Еще раз прокрути,еще раз…«Пространства и времени нет…»
* * *Пространства и времени нетдля памяти.Память — арена,где вольно направленный светиз тьмы вырывает мгновеннолюбой по желанью сюжет.Но старость — обратная смена,и детство, как купол вселенной,свободной от боли и бед,растет и встает постепеннонад жизнью, над сценою лет.«Ты умнеешь год от году…»
* * *Ты умнеешь год от году,постигая жизнь с исподу,недоверием к восходуобставляешь свой уход.Эта мудрость — не поется,поздней правдою зовется,в срок просроченный дается,впрок живущим не идет.Это выгоревший уголь,наступление песка,эта мудрость — жизни убыль,белый холод ледника.