Звенья и зёрна
Часть 17 из 24 Информация о книге
«Есть беспамятства ученье…»
* * *Есть беспамятства ученье,Где не храм, а кабинет.Есть секрет переключенья,Отключения завет.Дело сделано, и — к черту!Отводи скорей глаза.День ушедший перечеркнут,Вспоминать его нельзя.Никаких итогов зряшных!След стирает пустота.Совесть, враг всех дел вчерашних,Исторически чиста!«И возраст, и авторитет…»
* * *И возраст, и авторитет,И располагающий вид…Заходит он в свой кабинет,Уверен, умен, деловит.И личный решился вопрос,Хватило уменья и сил,И женщину он перерос,Которую боготворил…Как улитка
Как улитка — сладость волинаходил он взаперти:жизнь опасна, жизнь — как полеминное — не перейти, —каждый шаг непоправимый,роковой, необратимый,неисповедимы все пути…Страшно быть религиозным,атеистом — страх двойной.Опасался быть серьезным,как паяц — перед судьбой,у часов он стрелки отнял,чтоб ни холод, ни жара,чтобы завтра — как сегодня,а сегодня — как вчера:«Как улитка — медленно, уютнов раковине сны свои смотрю,потому что понимаю смутновека двадцать первого зарю…»«Прет прямолинейно, и нелепо…»
* * *Прет прямолинейно, и нелепо,И беспрекословно, как приказ,По пути, начертанному слепо,Пращур паровоза — Китоврас.Не скажу: догматик одиозныйИли же фанатик-еретик,Знаю —плут петляет виртуозно,Простодушьервется напрямик!«Удивляйтесь Вселенной…»
…да скроется тьма!
* * *Удивляйтесь Вселеннойи живому всему,говорите спасибонеизвестно кому.Удивляйтесь поэту,одолевшему тьму,говорите спасибо,говорите — ему!Михаил Лунин. 1845
— Россия, боль моя,к чему мне ум и зренье?Меня вот-вот смететнаплыв небытия.Кругом самообмани самообольщенье,А я себе не лгу,Россия, боль моя,Не вышло, не сбылось,не состоялось снова.Все кончено. Тянусьв грядущие века,Как через пропасть мост,и вновь рукой слепого,Опоры ищет в воздухестрока.«В стране Пушкина и Блока…»
* * *В стране Пушкина и Блоканазываться поэтом —это редкое мужествоили полный провал.В стране Пушкина и Блокана стихи я решился,ибо жил далеко на окраинеи поэтом себя не считал…«Бояться тебе не пристало…»
* * *Бояться тебе не пристало,Что скажет завистник и хам:Чужие слова не пристанутК твоим беззащитным стихам.Никто ничего не прибавитК поэзии, не пристегнет —Хулой отличит и прославит,Потомков к тебе привлечет.«Лирой или секирой…»
* * *Лирой или секирой —лирикой или сатирой —стихи должны быть поэзиейили, напротив, пародией,только не просто стихами,рифмами-бубенцами…«Читателю достаточно общенья…»
* * *Читателю достаточно общеньяс моим стихотворением, а мнена встречу не поспеть уже,ревнуюк своим созданьям — будто не мои,дорогами, друзьями и врагамиони со мной не делятся совсем,когда тоскую по обратной связиздесь и сейчас,шагая с москвичами,спешащими в метро, в универсамы,на площадь, где задумался поэт,что к цоколю признанием прикован.«Там, за высотным зданьем на Смоленской…»
* * *Там, за высотным зданьем на Смоленской,Выглядывает солнце в пол-лица.Горит пролет Садового кольца —Закат изобразил пожар вселенский.На площади шаг уходящий женскийПоэт чугунный ловит без конца.(Тень — под колёса… из-под колеса…)Из «Юности» выходит Вознесенский,Он старше Маяковского. Но онВсе ж младше… Над окном кулинарииОсваивают голуби балкон.Метро толкает скопища людские,Но огненный распахнут небосклонНад буднями. Как и судьба России.