Собрание сочинений. Том 3

 
* * * [57]
В воле твоей — остановить
Этот поток запоздалых признаний.
В воле твоей — разорвать эту нить
Наших воспоминаний.
Только тогда разрывай до конца,
Чтобы связавшая крепко вначале,
Если не судьбы, то наши сердца,
Нить, как струна, зазвучала…
 
* * *
Я о деревьях не пишу,
Я приказал карандашу
Бежать любых пейзажей.
Все, что в глаза бросалось днем,
Я, перед лунным встав огнем,
Замазываю сажей.
А скалы — скалы далеки.
Они не так уж высоки,
Как я когда-то думал.
Но мне по-прежнему близки
Людские приступы тоски,
Ее ночные шумы.
 
ПОСЛЕ ЛИВНЯ
Вдруг ослепляет солнца свет,
И изменяют разом цвет
Поля,
И жарко дышит синевой,
И к небу тянется травой
Земля.
 
У КРАЯ ПОЖАРА
Взлетающий пепел пожара,
Серебряный легкий туман
Мешается с дымом и паром,
Сырым ядовитым угаром
Дорогу запутает нам.
Наверно, и мы несчастливы,
Что сумрачны и молчаливы,
И так напряженно глядим
На синей травы переливы,
На черный приземистый дым.
 
* * *
Я целюсь плохо зачастую,
Я забираю слишком вверх,
Но мой заряд не вхолостую,
И выстрел мой — не фейерверк.
Нет, я не гнался за удачей.
Ствол, раскаленный горячо,
Дал выстрел с тяжкою отдачей,
Меня ударившей в плечо.
Всего за миг до перегрева,
Когда, казалось, у стрелка
Лишилась меткости от гнева
Уже нетвердая рука.
Я брошен наземь в той надежде,
Что, погруженный в эту грязь,
Я буду меток так, как прежде,
В холодной луже остудясь.
 
* * *
Приводит нынешнее лето
Послушать пенье в темный лес,
И вместо древнего дуэта —
Дуэта моря и небес —
Вся чаща тысячами звуков
Тревожит нынче сердце мне,
Чтобы и я постиг науку
Сопротивленья тишине.
 
* * *
Незащищенность бытия,
Где горя слишком много,
И кажется душа твоя
Поверхностью ожога,
Не только грубостью обид,
Жестокостью суждений,
Тебя дыханье оскорбит,
Неловкий взгляд заденет.
И, очевидно, оттого
Совсем не в нашей воле
Касаться сердца твоего,
Не причиняя боли.
И тяжело мне даже стих
Бросать, почти не целясь,
В тех детских хитростей твоих
Доверчивую прелесть.
 
* * *
Мечта не остается дома,
Не лезет в страхе под кровать,
Когда горит в степи солома,
Она с пожарами знакома,
Ее огнем не испугать.
Мечта окапывает поле,
Оберегая отчий дом,
И кто сказал, что поневоле
Она беснуется от боли,
Когда сражается с огнем.
Ручей, кипящий по соседству,
Ее от смерти не спасет.
Она другое знает средство,
Что ей досталось по наследству
И с детства взято на учет.
Она не бросится к заречной
Недостижимой стороне,
А хладнокровно и беспечно
Она огонь запалит встречный
Поближе к огненной волне.
И ярко вспыхивают травы,
И обожженная земля
В дыму, в угаре, в черной славе
На жизнь свое отыщет право
И защитит свои поля.
 
* * *
Гроза как сварка кислородная,
И ей немало нынче дела,
Чтобы сухая и бесплодная
Земля опять зазеленела.
Земля и небо вместе связаны,
Как будто мира половинки
Скрепили этой сваркой газовой —
Небесной техники новинкой.
Земля хватает с неба лишнего
Во время гроз, во время бури
И средь заоблачного, вышнего,
Средь замутившейся лазури.
Она привыкла бредить ливнями
И откровеньем Иоанна,
Нравоучениями дивными,
Разоблачением обмана.
Но все ж не знаменьем магическим —
Франклиновым бумажным змеем
Мы ловим высверк электрический
И обуздать грозу посмеем.
Все приготовлено для этого:
И листьев бурное кипенье,
И занавесок фиолетовых
В окне мгновенное явленье.