Том 1. Стихотворения и поэмы 1899-1926

Весна 1909
Коктебель
  
Дэлос
 
 
Сергею Маковскому
 
 
 
Оком мертвенным Горгоны
 
Обожженная земля:
 
Гор зубчатые короны,
 
Бухт зазубренных края.
 
 
 
Реет в море белый парус…
 
Как венец с пяти сторон –
 
Сизый Сироc, синий Парос,
 
Мирто, Наксос и Микон.
 
 
 
Гневный Лучник! Вождь мгновений!
 
Предводитель мойр и муз!
 
Налагатель откровений,
 
Разрешитель древних уз!
 
 
 
Сам из всех святынь Эллады
 
Ты своей избрал страной
 
Каменистые Циклады,
 
Дэлос знойный и сухой.
 
 
 
Ни священных рощ, ни кладбищ
 
Здесь не узрят корабли,
 
Ни лугов, ни тучных пастбищ,
 
Ни питающей земли.
 
 
 
Только лавр по склонам Цинта
 
Да в тенистых щелях стен
 
Влажный стебель гиацинта,
 
Кустик белых цикламен.
 
 
 
Но среди безводных кручей
 
Сердцу бога сладко мил
 
Терпкий дух земли горючей,
 
Запах жертв и дым кадил.
 
 
 
Дэлос! Ты престолом Фэба
 
Наг стоишь среди морей,
 
Воздымая к солнцу – в небо
 
Дымы черных алтарей.
 
 
1909
  
Дельфы
 
 
 
Стеснили путь хребтов громады.
 
В долинах тень и дымка мглы.
 
Горят на солнце Федриады
 
И клекчут Зевсовы орлы.
 
 
 
Величье тайн и древней мощи
 
В душе родит святой испуг.
 
Безгласны лавровые рощи,
 
И эхо множит каждый звук.
 
 
 
По руслам рвов, на дне ущелий
 
Не молкнет молвь ручьев седых.
 
Из язв земли, из горных щелей,
 
Как пар, встает туманный дых.
 
 
 
Сюда, венчанного лозою, –
 
В долину Дельф, к устам земли
 
Благочестивою стезею
 
Меня молитвы привели.
 
 
 
Я плыл по морю за дельфином,
 
И в полдень белая звезда
 
Меня по выжженным равнинам
 
Вела до змиева гнезда.
 
 
 
Но не вольна праматерь Гея
 
Рожать сынов. Пифон умолк,
 
И сторожат пещеру змея
 
Священный лавр, дельфийский волк.
 
 
 
И там, где Гад ползою мрачной
 
Темнил полдневный призрак дня,
 
Струей холодной и прозрачной
 
Сочится ископыть коня.
 
 
 
И где колчан с угрозой звякал
 
И змея бог стрелой язвил,
 
Вещает праведный оракул
 
И горек лавр во рту Сивилл.
 
 
 
И ветвь оливы дикой место
 
Под сенью милостной хранит,
 
Где бог гонимого Ореста
 
Укрыл от гнева Эвменид.
 
 
 
В стихийный хаос – строй закона.
 
На бездны духа – пышность риз.
 
И убиенный Дионис –
 
В гробу пред храмом Аполлона!
 
 
1909
  
Призыв
 
 
 
У излучин бледной Леты,
 
Где неверный бродит день,
 
Льются призрачные светы,
 
Веет трепетная тень,
 
 
 
В белой мгле, в дали озерной,
 
Под наметом тонких ив,
 
Ты, гранатовые зерна
 
Тихой вечности вкусив,
 
 
 
Позабыла мир наш будний,
 
Плен одежд и трепет рук,
 
Темным золотом полудней
 
Осмугленный, знойный луг.
 
 
 
Но, собрав степные травы –
 
Мак, шалфей, полынь и чобр,
 
Я призывные отравы
 
Расточу меж горных ребр.
 
 
 
Я солью в сосуде медном
 
Жизни желчь и смерти мед,
 
И тебя по рекам бледным
 
К солнцу горечь повлечет.
 
 
 
Время сетью легких звений
 
Оплетет твой белый путь,
 
Беглым золотом мгновений
 
Опалит земную грудь,
 
 
 
И, припав к родному полю –
 
(Все ли травки проросли?), –
 
Примешь сладкою неволю
 
Жизни, лика и земли.
 
 
1908
  
Полдень («Звонки стебли травы, и движенья зноя пахучи…»)
 
 
 
Звонки стебли травы, и движенья зноя пахучи.
 
Горы, как рыжие львы, стали на страже пустынь.
 
В черно-синем огне расцветают медные тучи.
 
  Горечью дышит полынь.
 
 
 
В ярых горнах долин, упоенных духом лаванды,
 
Темным золотом смол медленно плавится зной.
 
Нимбы света, венцы и сияний тяжких гирлянды
 
  Мерно плывут над землей.
 
 
 
«Травы древних могил, мы взросли из камней и праха,
 
К зною из ночи и тьмы, к солнцу на зов возросли.
 
К полдням вынесли мы, трепеща от сладкого страха,
 
  Мертвые тайны земли.
 
 
 
В зное полдней глухих мы пьянеем, горькие травы.
 
Млея по красным холмам, с иссиня-серых камней,
 
Душный шлем фимиам – благовонья сладкой отравы –
 
  В море расплавленных дней».
 
 
1908
  
«Сердце мира, солнце Алкиана…»
 
 
 
Сердце мира, солнце Алкиана,
 
Сноп огня в сиянии Плеяд!
 
Над зеркальной влагой Океана –
 
Грозди солнц, созвездий виноград.
 
 
 
С тихим звоном, стройно и нескоро,
 
Возносясь над чуткою водой,
 
Золотые числа Пифагора
 
Выпадают мерной чередой.
 
 
 
Как рыбак из малой Галилеи,
 
Как в степях халдейские волхвы,
 
Ночь-Фиал, из уст твоей лилеи
 
Пью алмазы влажной синевы!