Том 1. Произведения 1829-1841 годов

Лорд Пен (улыбаясь).
 
 
Любил ведь пошалить, бывало.
 
Прошу ему напомнить Георг Пена.
 
 
Граф (откашливаясь).
 
 
Благодарю вас, лорд. Еще не кончилось
 
Мое посольство. Лорд, Вильяма Пена я
 
Ищу.
 
 
Лорд Пен.
 
 
В Пентоун за ним я эстафету
 
Чем свет услал, его я жду сейчас.
 
 
Граф.
 
 
Ему письмо от его светлости
 
Лорд Букингема, первого министра.
 
 
Лорд Пен.
 
 
Охотно передам.
 
 
(Берет письмо.)
Huissier de la porte.
 
 
Лорд-мэр и Камеры оратор!
 
 
Лорд-оратор (в сопровождении двух членов парламента).
 
 
Парламент через нас приветствует
 
Вас, генерал, с успешным окончаньем
 
Двух важных поручений короля.
 
Признательность желая изъявить
 
Всей Англии, билль пэры утвердили:
 
Вам, генерал, отвесть в Корнваллисе
 
Пять тысяч десятин земли
 
На вечное владенье; документы
 
Доставим завтра, лорд, мы непременно.
 
 
Лорд-мэр.
 
 
И добрые граждане Лондона
 
Участвовать посильно в торжестве
 
Хотят: вручить гиней пятнадцать тысяч
 
Великому согражданину, войну
 
И примирителю волнений
 
Решили в ратуше сегодня
 
И вместе с тем мне дали порученье
 
От имени граждан приветствовать
 
Вас, генерал, в стенах святого града.
 
 
Лорд Пен (тронутый).
 
 
Благодарите, лорды благородные,
 
Парламент и граждан. Простите, не
 
Могу трех слов сказать, – вот эти слезы
 
Ответом будут пусть моим. Я не
 
Оратор, не умею речи говорить,
 
Но война грудь доступна сильным чувствам.
 
 
(Лорды уходят. Лорд Пен, проводив их, подходит к открытому окну. Собравшаяся чернь, увидевши его, кричит:
 
 
Да здравствует лорд Пен, виват, виват!
 
 
Лорд Пен кланяется на все стороны, потом, усталый от торжества, упоенный, садится на свои кресла. Минутное молчание.)
Роберт Пен.
 
 
Вот, лорд, достойная тому награда,
 
Кто, крови не жалея и трудов,
 
Двойными лаврами обвил свой меч!
 
Британец гордый кров оставил свой
 
И с криком радостным пришел
 
Заступника благодарить народной чести.
 
 
Лорд Пен.
 
 
Да, сладостны, Роберт, рукоплесканья
 
Народа вольного, когда сознанье
 
В душе живет, что долг исполнен нами
 
Святой и рыцаря и гражданина.
 
Благодарю я господа стократно,
 
Что чести приобщил меня великой –
 
Кровь лить свою за родину святую.
 
 
Пастор.
 
 
Оружие благочестивых воев
 
Всегда благословлял бог сил всемощный.
 
Его вы войн, лорд Пен, вы побеждали,
 
За англиканскую воюя церковь;
 
Ему, ему вы, новый Маккавей,
 
Детей отпавших стадо покорили.
 
Его мечом преступников казнили,
 
И расточилися враги его
 
Пред исполнителем судеб всевышних;
 
Вам, лорд, и роду вашему всему
 
Да даст господь благословенье!
 
 
Лорд Пен.
 
 
Ах, боже мой, увижу скоро Вилля я!
 
Пять лет мы не видались с лишком…
 
Чай как переменился, вырос, –
 
Тогда ему тринадцать было лет;
 
Ему в наследие мои победы,
 
Богатство, слава, имя и почет.
 
Сэр Эдуард, вы были здесь все время, –
 
Как вел Вильям себя, скажите мне.
 
 
Сэр Эдуард.
 
 
Лорд Пен уединенье любит очень;
 
Последние три года мы его
 
Почти ни разу не видали.
 
За книгами в Пентоуне их провел
 
Ваш сын.
 
 
Лорд Пен.
 
 
Все это хорошо; однакож
 
Зачем чуждаться света в молодых
 
Летах; не кроется ли тут любовь
 
Какая, сэр?
 
 
Сэр Эдуард.
 
 
О, нет, подобного
 
Мы, право, не слыхали ничего.
 
 
Huissier (смущенный).
 
 
Лорд Вильям Пен!
 
 
Лорд Пен.
 
 
Он сам, ну, слава богу!
 
 
(Входит Вильям Пен в темной и простой одежде особого покроя, шляпа с широкими полями на голове. Лорд Пен бежит навстречу со словами: «Мой Вилль!» – и вдруг останавливается.)
 
 
Что за наряд? Помилуй, в шляпе…
 
 
(Вильям Пен бросается ему на шею со слезами.)
 
 
О, мой отец, как ждал тебя твой Вилль!
 
Уж не ребенок больше он,
 
Уже его призвал Христос в свою
 
Семью. О, радуйся, ликуй, отец!
 
Высокая, святая жизнь ему раскрылась,
 
И теплою любовью к человеку
 
Наполнилась его душа. Меня,
 
Быть может, он орудием избрал
 
Тебя к нему привесть в обитель.
 
Пойдем, отец, пойдем! С тобой хочу
 
Я быть один; слезами смою я
 
Кровь неповинных жертв, тобой убитых,
 
С твоей руки.
 
 
(Бросается на колени.)
 
 
О, господи благий!
 
Прости ему его победы,
 
Ведь он в неведенье, в тумане бродит;
 
Его души, закрытой панцырем
 
Со дня рожденья, глас избранных
 
Ни разу не касался; ложные
 
Служители твои еще младенцем
 
С пути спасения его столкнули.