Teach me (СИ)

Рей втянула носом воздух, сердце пропустило удар, её глаза стали непроизвольно бегать по его лицу. Лицо мужчины было красивым: не смазливым, как у тех поп исполнителей, что любили Роуз и Пейдж. У него была истинная мужская красота: чувственный овал лица с рельефными скулами, длинным прямым без изъянов носом и полными алыми губами, как у греческого божества. Белая, словно мрамор, кожа была усыпана родинками, в какой-то момент ей захотелось сосредоточиться на них, чтобы пересчитать их все. Но больше всего Рей привлекла тонкая полоска шрама, которая проходила по диагонали через всё лицо, начиная от лба, прерываясь над правой бровью и продолжавшую свой путь по щеке, вниз к шее.
Их взгляды встретились, большие карие глаза, скрытые за тонким слоем очков, которые делали их еще чуть больше смотрели на Рей с тревогой и недоумением.
— C вами все хорошо? — Повторил мужчина.
Но в этот раз Рей не могла слышать его голоса, потому что для неё в одно мгновение пропали все окружающие ее звуки, когда он переместил свою ладонь от ее затылка на ее плечо. Рей уже не лежала на полу, а просто сидела на нем.
Ладонь была огромная, она накрывала все её плечо. На том месте где её кожа соприкасалась с его пальцами, Рей словно почувствовала слабый электрический разряд, приятно растекающийся теплом. Пульс Рей ускорился, а к щекам прилил предательский румянец.
Не удостоившись вразумительного ответа, мужчина чуть сжал плечо девушки:
— Мисс?
Там, где их кожа соприкасалась, Рей почувствовала его пульс, плечо Рей горело вместе с ее щеками.
Наконец-то дар речи вернулся к Рей вместе со способностью слышать. В коридоре стоял гул, студенты спешили на свои занятия, так как перемена уже подходила к концу. Никто не останавливался поглазеть на девушку, сидящую на полу посреди коридора и огромного «человека — гору», сидящего рядом с ней на корточках, все лишь кидали удивленные взгляды и шли дальше. Тревога в глазах мужчины увеличилась, так как Рей еще ни разу не ответила на его вопрос о её самочувствии.
Рей вдруг подумала, не остался ли у нее во рту запах перегара, с которым она проснулась сегодня утром, ведь лицо мужчины было совсем близко к ней. Утром, несмотря на ужасную головную боль она заставила себя дважды почистить зубы и прополоскать рот, чтобы избавиться от него. В полдень, вместо обеда Рей лишь сжевала всю пачку мятной жвачки, потому что ей казалось что этот запах всё еще её преследует, к тому же, мята помогает избавиться от тошноты на какое-то время.
— Всё в порядке, извините меня, это я в вас врезалась, — проговорила Рей на одном дыхании.
Уголки его губ дрогнули в еле заметной улыбке:
 — Но в итоге на пол упали вы, а не я. Давайте я вам помогу подняться.
Мужчина встал на ноги во весь свой немалый рост, нависая над Рей огромной горой, одновременно протягивая Рей свою большую ладонь с длинными тонкими пальцами. На секунду Рей показалось, что она муравей, настолько он был огромный.
Рей вложила свою маленькую мозолистую ладошку в его и он мягко потянул ее на себя, казалось, что он вообще не приложил никаких усилий чтобы поставить её на ноги, будто она ничего не весила.
Прозвенел звонок, студенты стали суетиться еще больше, чтобы успеть разойтись по аудиториям, коридор заметно опустел. Оказавшись на ногах, похмелье и день голодовки давали о себе знать с новой силой: голова закружилась, казалось еще чуть-чуть и Рей вновь окажется на полу. Мужчина в это время наклонился за сумкой и вещами выпавшими из неё при столкновении.
В глазах у Рей помутнело, она почувствовала, что её сейчас вырвет. Единственное, что она успела сделать, это отвернуться от мужчины в противоположную сторону и извергнуть из своего тела себе под ноги, пачкая обувь и штаны, всю воду что она выпила за последнюю пару. Мысленно благодарив всевышнего за то, что она не съела сегодня ни крошки, Рей судорожно дышала пытаясь прокашляться.
Из нескольких углов послышалось: «ихс, отвратительно». Рей мысленно их прокляла вместе с Финном и По Демероном. Ей было до ужаса стыдно, что это случилось именно сейчас в коридоре, мать его, MIT перед другими студентами, в первые дни Рей как студентки и еще, в придачу, перед этим человеком. Она сгорала от стыда.
Оставшиеся в коридоре студенты замерли в ужасе с любопытством созерцая её позор, на секунду повисла тишина, которую нарушил его глубокий, бархантный голос в котором слышались приказные нотки:
— Чего уставились, не видите человеку плохо. Идите куда шли, не на что тут смотреть. — Мужчина сказал это властным тоном, не требующим возражений.
В коридоре опять зашуршало и всех свидетелей сего позора сдуло мгновенно. Рей всё еще стояла, нагнувшись над полупрозрачной лужей собственной рвоты, которая отвратительно пахла желудочными соками и алкоголем, и глубоко дышала. Её лицо и шея побагровели от стыда, накрывшего её, единственное, что ей сейчас хотелось — это провалиться сквозь землю.
Справа от себя Рей увидела протянутый белый платок, она приняла его мертвой рукой и приложила ко рту, вытирая его. Тем временем, мужчина отдалился, поставив все обременяющие его вещи к стене подальше от лужи и пошел в сторону выхода к туалетам и подсобке где уборщики хранят инвентарь. Через мгновение он вернулся с рулоном бумажных полотенец. Она заставила себя подняться, забрав у него рулон с полотенцами, пошла убирать за собой следы своего позора, боясь при этом поднять на него свои глаза. Единственное, что ей хотелось в этот момент, это то, чтобы он немедленно ушел и больше никогда не появлялся в её жизни. Ей хотелось никогда не встречаться с этим чертовски привлекательным свидетелем кошмара, который она устроила, хотелось сорваться с места и убежать к себе в комнату под теплое одеяло, к глазам подступали непрошенные слезы.
Но незнакомец, казалось, никуда не собирался уходить, а стоял поодаль от Рей около их вещей, засунув руки в карманы джинс, подпирая стенку. Усилием воли Рей заставила себя поднять мокрую бумагу и донести ее до урны женского туалета, мысленно внушая мужчине:
— Ну иди уже, иди по своим делам, не смотри сюда.
Вернувшись из туалета, Рей вытащила пачку влажных салфеток из сумки и вытерла это проклятое место еще раз. Всё это время она смотрела лишь в пол, пытаясь абстрагироваться от всего. Покончив с унизительной процедурой, Рей выкинула использованные салфетки уже в ближайшую урну и последнюю использовала для того, чтобы вытереть свои руки. Ей страстно хотелось пойти в женский туалет и вымыть лицо. Глубоко вздохнув, Рей обернулась к мужчине, который стоял там же, заставив себя посмотреть не него. Его взгляд не выражал ничего, кроме сочувствия, кровь Рей отхлынула от её лица и весь стыд куда-то пропал, она чувствовала себя опустошенной теперь не только физически.
Рей позволила себе оглядеть фигуру этого человека, он был просто огромен и широк в плечах.
«Наверное, метр девяносто», — подумала Рей.
Под одеждой нельзя было сказать хиловат он или мускулист, девушка сделала ставку на последнее, учитывая с какой легкостью он помог ей встать на ноги. Он был одет в обычный джинсовый костюм с курткой поверх него. На ногах были короткие, резиновые сапоги, которые обычно носили строители или разнорабочие, у Рей была похожая обувь, когда она работала в мастерской Платта. У него были короткие, черные волосы, спадающие непослушными прядями и закрывающие уши не доходя до его выдающихся скул.
Она попыталась улыбнуться. Вышло очень вымученно, а, по правде сказать, никак не вышло, девушке хотелось кричать и драть на себе волосы от осознания той мысли, что она только что облажалась перед этим чертовски привлекательным мужчиной.
— Вы в порядке? — Спросил мужчина.
— Нет, — честно ответила Рей.
— Я могу отвести тебя в санчасть, чтобы проверили тебя на предмет сотрясения мозга, — нотки мужчины выдавали неподдельную тревогу, он продолжил, — правда, я не знаю куда, я только сейчас прибыл в MIT.
Рей скривила лицо в недовольной гримасе, ох, если бы это было сотрясение, а не чертова текила По Демерона.