Стихотворения и поэмы. Том 1

 1904,1908 
 Москва 
  
Встреча
 
 
 
Туманы, пропасти и гроты…
 
Как в воздух, поднимаюсь я
 
В непобедимые высоты,
 
Что надо мной и вкруг меня.
 
 
 
Как в воздухе, в луче эфирном
 
Вознесся белоснежный пик,
 
И от него хрустальным фирном
 
Слетает голубой ледник…
 
 
 
У ледяного края бездны
 
Провеял облак ледяной:
 
Мгла дымная передо мной…
 
Ударился о жезл железный
 
Мой посох бедный, костяной:
 
 
 
И кто-то темный из провала
 
Выходит, пересекши путь,
 
И острое вонзилось жало
 
В мою взволнованную грудь…
 
 
 
Раскатам мстительного смеха,
 
Раскатам бури снеговой
 
Ответствует громами эхо…
 
И катится над головой —
 
 
 
Тяжеловесная лавина,
 
Но громовой, летящий ком
 
Оскаленным своим жерлом
 
Съедает мертвая стремнина.
 
 
 
Глухие стоны урагана
 
Упали в пасти пропастей,
 
Скользнули на груди моей,
 
Свиваясь, лопасти тумана,
 
 
 
Над осветленной крутизной
 
Истаяв ясными слезами…
 
И кто же! – брат передо мной
 
С обезумевшими очами —
 
 
 
Склонился, и железный свой
 
Он поднял жезл над головой…
 
 
 
Так это – ты?.. Но изумленный,
 
Безгневный, улыбнулся лик;
 
И жезл упал окровавленный
 
На звонкий, голубой ледник.
 
 
 
«Высоких искусов науку
 
И марева пустынных скал
 
Мы поняли», – ты мне сказал:
 
Братоубийственную руку
 
Я радостно к груди прижал…
 
 
 
Пусть шел ты от одной долины,
 
Я – от другой (мой путь иной): —
 
Над этой вечной крутизной
 
На посох бедный, костяной
 
Ты обменял свой жезл змеиный.
 
 
 
Нам с высей не идти назад:
 
Мы смотрим на одни вершины,
 
Мы смотрим на один закат,
 
На неба голубые степи; —
 
 
 
И, как безгрешные венцы,
 
Там ледяных великолепии
 
Блистают чистые зубцы.
 
 
 
Поэт и брат! В заре порфирной
 
Теперь идем – скорей, туда —
 
В зеркальные чертоги льда
 
Хрустальною дорогой фирна.
 
 
 1909 
 Бобровка 
  
Зима
   
Зима
 
 
М. А. Волошину
 
 
 
Снега синей, снега туманней;
 
Вновь освеженной дышим мы.
 
Люблю деревню, вечер ранний
 
И грусть серебряной зимы.
 
 
 
Лицо изрежет ветер резкий,
 
Прохлещет хладом в глубь аллей;
 
Ломает хрупкие подвески
 
Ледяных, звонких хрусталей.
 
 
 
Навеяв синий, синий иней
 
В стеклянный ток остывших вод,
 
На снежной, бархатной пустыне
 
Воздушный водит хоровод.
 
 
 
В темнеющее поле прыснет
 
Вечерний, первый огонек;
 
И над деревнею повиснет
 
В багровом западе дымок;
 
 
 
Багровый холод небосклона;
 
Багровый отблеск на реке…
 
Лениво каркнула ворона;
 
Бубенчик звякнул вдалеке.
 
 
 
Когда же в космах белых тонет
 
В поля закинутая ель,
 
Сребро метет, и рвет, и гонит
 
Над садом дикая метель, —
 
 
 
Пусть грудой золотых каменьев
 
Вскипит железный мой камин:
 
Средь пламенистых, легких звеньев
 
Трескучий прядает рубин.
 
 
 
Вновь упиваюсь, беспечальный,
 
Я деревенской тишиной;
 
В моей руке бокал хрустальный
 
Играет пеной кружевной.
 
 
 
Вдали от зависти и злобы
 
Мне жизнь окончить суждено.
 
Одни суровые сугробы
 
Глядят, как призраки, в окно.
 
 
 
Пусть за стеною, в дымке блеклой,
 
Сухой, сухой, сухой мороз, —
 
Слетит веселый рой на стекла
 
Алмазных, блещущих стрекоз.
 
 
 1907 
 Петровское 
  
Ссора
   
1
 
 
 
Год минул встрече роковой,
 
Как мы, любовь лелея, млели,
 
Внимая вьюге снеговой,
 
Как в рыхлом пепле угли рдели.
 
 
 
Над углями склонясь, горишь
 
Ты жарким, ярким, дымным пылом;
 
Ты не глядишь, не говоришь
 
В оцепенении унылом.
 
 
 
Взгляни чуть теплится огонь;
 
В полях пурга пылит и плачет;
 
Над крышею пурговый конь,
 
Железом громыхая, скачет.
 
 
 
Устами жгла давно ли ты
 
До боли мне уста, давно ли,
 
Вся опрокинувшись в цветы
 
Желтофиолей, роз, магнолий.
 
 
 
И отошла… И смотрит зло
 
В тенях за пламенной чертою.
 
Омыто бледное чело
 
Волной волос, волной златою.
 
 
 
Почерк воздушный цвет ланит.
 
Сомкнулись царственные веки.
 
И всё твердит, и всё твердит:
 
«Прошла любовь», – мне голос некий.
 
 
 
В душе не воскресила ты
 
Воспоминанья бурь уснувших…
 
Но ежели забыла ты
 
Знаменованья дней минувших, —
 
 
 
И ежели тебя со мной
 
Любовь не связывает боле, —
 
Уйду, сокрытый мглой ночной,
 
В ночное, в ледяное поле:
 
 
 
Пусть ризы снежные в ночи
 
Вскипят, взлетят, как брошусь в ночь я,
 
И ветра черные мечи
 
Прохладным свистом взрежут клочья.
 
 
 
Сложу в могиле снеговой
 
Любви неразделенной муки…
 
Вскочила ты, над головой
 
Свои заламывая руки.