Стихотворения и поэмы. Том 1

 1906 
 Мюнхен 
  
Побег
 
 
 
Твои очи, сестра, остеклели:
 
Остеклели – глядят, не глядят.
 
Слушай! Ели, ветвистые ели
 
Непогодой студеной шумят.
 
 
 
Что уставилась в дальнюю просинь
 
Ты лицом, побелевшим, как снег.
 
Я спою про холодную осень, —
 
Про отважным спою я побег.
 
 
 
Как в испуге, схватившись за палку,
 
Крикнул доктор: «Держи их, держи!»
 
Как спугнули голодную галку,
 
Пробегая вдоль дальней межи —
 
 
 
Вдоль пустынных, заброшенных гумен.
 
Исхлестали нас больно кусты.
 
Но, сестра: говорят, я безумен;
 
Говорят, что безумна и ты.
 
 
 
Про осеннюю мертвую скуку
 
На полях я тебе пропою.
 
Дай мне бледную, мертвую руку —
 
Помертвевшую руку свою:
 
 
 
Мы опять убежим; и заплещут
 
Огневые твои лоскуты.
 
Закружатся, заплещут, заблещут,
 
Затрепещут сухие листы.
 
 
 
Я бегу… А ты?
 
 
 1906 
 Москва 
  
Осень
 
 
 
Мои пальцы из рук твоих выпали.
 
Ты уходишь – нахмурила брови.
 
 
 
Посмотри, как березки рассыпали
 
Листья красные дождиком крови.
 
 
 
Осень бледная, осень холодная,
 
Распростертая в высях над нами.
 
 
 
С горизонтов равнина бесплодная
 
Дышит в ясную твердь облаками.
 
 
 1906 
 Мюнхен 
  
Время
   
1
 
 
 
Куда ни глянет
 
Ребенок в детстве,
 
Кивая, встанет
 
Прообраз бедствий.
 
 
 
А кто-то, древний,
 
Полночью душной
 
Окрест в деревни
 
Зарницы точит —
 
 
 
Струёй воздушной
 
В окно бормочет:
 
 
 
«В моем далеком
 
Краю истают
 
Годины.
 
 
 
Кипя, слетают
 
Потоком
 
Мои седины:
 
 
 
Несут, бросают
 
Туда:
 
Слетают
 
Года —
 
 
 
Туда, в стремнины…»
 
 
 
Слетают весны.
 
Слетают зимы.
 
Вскипают сосны.
 
 
 
Ты кто, родимый?
 
 
 
– «Я – время…»
 
 
  
2
 
 
 
Много ему, родненькому, лет:
 
Волосы седые, как у тучек.
 
 
 
– Здравствуй, дед!
 
– Здравствуй, внучек!
 
 
 
– Хочешь, дам тебе цветок:
 
Заплету лазуревый венок.
 
 
 
Аукается да смеется,
 
Да за внучком, шамкая, плетется.
 
 
 
Он ли утречком румяным – нам клюкою не грозит?
 
Он ли ноченькою темной под окошком не стучит?
 
 
 
Хата его кривенькая с краю:
 
Прохожу – боюсь: чего – не знаю.
 
 
  
3
 
 
 
Как токи бури,
 
Летят годины.
 
 
 
Подкосит ноги
 
Старик и сбросит
 
В овраг глубокий, —
 
Не спросит.
 
Власы в лазури —
 
Как туч седины.
 
 
 
Не серп двурогий —
 
Коса взлетела
 
И косит.
 
 
 
Уносит зимы.
 
Уносит весны.
 
Уносит лето.
 
 
 
С косой воздетой
 
Укрылся в дымы:
 
Летит, покрытый
 
Туманным мохом.
 
 
 
Коси, коси ты, —
 
Коси ты,
 
Старик родимый!
 
 
 
Паду со вздохом
 
Под куст ракиты.
 
 
  
4
 
 
 
Пусть жизни бремя
 
(Как тьмой объять!)
 
Нам путь означит,
 
 
 
А Время,
 
Старик косматый,
 
Над нами плачет.
 
 
 
Несутся весны.
 
Несутся зимы.
 
 
 
Коси, коси ты, —
 
Коси ты,
 
Старик родимый!
 
 
 1909? 
 Москва 
  
Успокоение
 
 
Л. Л. Кобылинскому
 
  
1
 
 
 
Вижу скорбные дали зимы,
 
Ветер кружева вьюги плетет.
 
 
 
За решеткой тюрьмы
 
Вихрей бешеный лет.
 
 
 
Жизнь распыляется сном —
 
День за днем.
 
 
 
Мучают тени меня
 
В безднах и ночи, и дня.
 
 
 
Плачу: мне жалко
 
Былого.
 
 
 
Времени прялка
 
Вить
 
 
 
Не устанет нить
 
Веретена рокового.
 
 
 
Здесь ты терзайся, юдольное племя:
 
В окнах тюрьмы —
 
Саван зимы.
 
 
 
Время,
 
Белые кони несут;
 
Грива метельная в окна холодные просится;
 
 
 
Скок бесконечных минут
 
В темные бездны уносится.
 
 
 
Здесь воздеваю бессонные очи, —
 
Очи,
 
Полные слез и огня.
 
 
 
Рушусь известно в провалы я ночи
 
Здесь с догорающим отсветом дня.
 
 
 
В окнах тюрьмы —
 
Скорбные дали, —
 
Вуали
 
Зимы.