Избранные произведения. Том 1

  
Сваты
 
 
 
В жемчуга да замуруды
 
Обрядилася Краса.
 
Звякнут гусли-самогуды,
 
В пляску вылетит коса.
 
 
 
Ручкой лебедь лебединой
 
Возмахнет да поведет —
 
Сердце всякое кручиной
 
Да любовью изойдет.
 
 
 
Отплясала. Приустала?
 
Нет! Пора дары принять.
 
Вот подходит сват Сусало,
 
Ну сверкать да ну блистать.
 
 
 
Но Краса, зажмурив очи,
 
«Отодвинься», — говорит,
 
И подходит сват Книгочий,
 
Две Псалтыри волочит.
 
 
 
Но Краса уж машет ручкой:
 
«Волоки, да мимо, сват!»
 
И уж скрючен закорючкой
 
Сват Подьячий средь палат.
 
 
 
Но Краса краснее мака:
 
«Разогнись да отойди!»
 
И подходит сват Вояка,
 
Панцирь блещет на груди.
 
 
 
Но Краса ему с упреком:
 
«Мне и твой жених не мил!
 
Скольких смял ты конским скоком,
 
Скольких палицей побил?»
 
 
 
Вьюнош юный, лучезарный
 
Отвечает поперечь, —
 
Грудь в кольчуге золотарной,
 
Весь сияет с ног до плеч.
 
 
 
«Убивал я, да недаром,
 
Я за Русь разил врагов,
 
Чтоб твоим волшебным чарам
 
Дать дорогу из оков».
 
 
 
Отошли в сторонку сваты,
 
И потупилась Краса:
 
«Открывай гостям палаты,
 
Землю, море, небеса!
 
 
 
Не за облаком летучим,
 
Не в лазури голубой,
 
Обручаюсь я с Могучим
 
На своей земле родной».
 
 
1909, Васильсурск
 
  
Витязь
 
 
 
На распутье витязь дикий
 
Прискакал.
 
Камень древний, темноликий
 
В даль вещал:
 
 
 
«Смерть направо, плен налево,
 
Прямо бой.
 
Встанет огненная дева
 
Пред тобой».
 
 
 
И летит со смехом витязь
 
В путь прямой, —
 
Ветры поля! Так стремитесь
 
Вы домой.
 
 
 
За кочевья кучевые
 
Сизых туч,
 
Где небес крутые выи
 
Режет луч.
 
 
 
Горы витязю — пороги,
 
Лес — ковер.
 
Не видал такой дороги
 
Божий взор!
 
 
 
Не слыхал такого лёта
 
Мир земной!
 
Неба прервана дремота,
 
Вздрогнул зной.
 
 
 
Свищет лук, взлетают стрелы,
 
Мчится конь.
 
Вдруг алеет полдень белый:
 
Дым, огонь.
 
 
 
Встала огненная дева,
 
Дали нив
 
Блеском яростного гнева
 
Озарив.
 
 
 
Витязь ринулся с разбегу,
 
Бой сверкнул.
 
О, к какому мчишь ты брегу,
 
Алый гул?
 
 
 
О, куда пробьешь дорогу,
 
Витязь, ты?
 
Не к заветному ль порогу
 
Красоты?
 
 
 
И не к светлым ли истокам
 
Бытия,
 
Где добро не под зароком
 
Забытья?
 
 
1909
 
  
Вертодуб
 
 
 
О молодость, о буйность!
 
О хмель славянских глаз!
 
И речек тихоструйность,
 
И снежных гор алмаз.
 
 
 
Неведомые! Любо
 
Стоять вам на краю
 
И деда Вертодуба
 
Звать громко в жизнь свою.
 
 
 
Вы помните, как в сказке
 
Вертел дубами он,
 
И в этой ветхой маске
 
Вам слышен новый звон.
 
 
 
Эй, рвите их с корнями.
 
Столетние дубы!
 
И смело с топорами
 
За сруб святой избы!
 
 
 
Великой и просторной
 
И светлой. И для всех.
 
Чтоб гул стоял задорный,
 
Гремел весенний смех.
 
 
 
Чтоб дед в гробу дубовом
 
Под насыпью веков,
 
Встревожен громким зовом,
 
Сорвал оковы снов.
 
 
 
И глубину земную
 
По-старому тряхнул,
 
На молодость хмельную,
 
Хмелея сам, взглянул.
 
 
 
И, рухнув в землю снова,
 
Обрушил за собой
 
Всю тьму земного крова,
 
Проклятую судьбой.
 
 
1908
 
  
В степи
 
 
 
Я молод, волен, сыт и весел,
 
В степях иду, степям пою.
 
Цветною тканью занавесил
 
Кибитку зыбкую мою.
 
 
 
Цветною тканью скрыл от зноя
 
Красу Увепы. Сам иду.
 
Сон тешит тело ей парное,
 
Любовь темнит ей кровь-руду.
 
 
 
Качают кони шатер уютный,
 
И ветер чешет гривы им.
 
В степи мне ветер всегда попутный,
 
Всегда ложится путь за ним.
 
 
 
Не вью гнезда я своей Увепе,
 
Кибитка нам всех лучше гнезд.
 
Вверху лишь небо: днем как степи,
 
А ночью — пестрое от звезд.
 
 
 
Идти устану — в кибитку лягу,
 
И сами кони повезут.
 
И с губ губами хмельную влагу
 
Тяну, а бусы в сердце бьют.
 
 
 
Житье степное, весна степная!
 
Иди — люби, люби — иди…
 
Перед глазами лишь ткань цветная,
 
Лишь солнце ходит впереди.
 
 
1908