Избранные произведения. Том 1

Часть 19 из 108 Информация о книге
  2. «Ты отдалась мне, как ребенок…»
   Ты отдалась мне, как ребенок,
 И было все, как у детей:
 И поцелуй кристально звонок,
 И тело рук не горячей.
 
  Но счастье сразу не открылось,
 И в муках таинство сошло.
 И, колыхаясь, наклонилось
 Любви истертое крыло.
 
 
  3. «Закат, закат…»
   Закат, закат
 Зажег набат
 На небе сизом.
 И тучи в ряд
 Летят, летят,
 Чернея, низом.
 Кладбище суровое,
 Темно-багровое.
 Из могил деревья —
 Черные деревья —
 Поддерживают тучи.
 Опираются тучи.
 
  Четыре церкви темные
 Закончили вечерни.
 Закутанные, скромные,
 Стоят во мгле вечерней.
 От них идут дорожками,
 Аллейками могилки,
 И гнездами-сторожками
 Чернеют ветки-вилки.
 
 
  4. «Синева твоих глаз потемнела…»
   Синева твоих глаз потемнела,
 Ты по кладбищу ходишь несмело.
 И на камне высоком и мшистом
 О нечистеньком шепчешь, нечистом.
 Но я рот твой целую упругий,
 И бровей подымаются дуги.
 Ветер сумерки сизые плещет.
 По-весеннему сердце трепещет.
 
 Апрель 1905
 
  ХАОС
   1. «Все сменилось, все упало.…»
   Все сменилось, все упало.
 Мне опять вселенной мало.
 Этот круг — немая млечность.
 Что за ним — уже не вечность.
 
  Не пространство. Что же, что же?
 Не твое ли, Хаос, ложе?
 С кем лежишь ты, неутомный
 Светоотче, в дали темной?
 
 
  2. «Не ты ли мир заколдовал…»
   Не ты ли мир заколдовал,
 Опять сковал, отъединил?
 И только ал закатный вал,
 И только мил вечерний пыл?
 
  И в каждом древе только ствол,
 Листва, кора — игра твоя,
 Рудой колдун, вершитель зол,
 Владыка злого бытия!
 
  Смотри, смотри: вон Змей летит,
 И шип и свист, и вянет лист.
 Огонь-закат, свят, свят, горит,
 Лучист и благ, и наг и чист.
 
  Зажглось крыло, слилось с другим.
 И выше ввысь. О, мир, зажгись!
 Весь мир зажечь! Одним, одним
 Огнем зажечь и дол и высь!
 
 
  3. «Беспредельна даль поляны…»
   Беспредельна даль поляны.
 Реет, веет стяг румяный,
 Дионисом осиянный.
 
  И взывает древле-дико
 Яркость солнечного лика,
 Ярость пламенного крика:
 
  В хороводы, в хороводы,
 О, соборуйтесь, народы,
 Звезды, звери, горы, воды!
 
  Вздымем голос хороводный
 И осеем свод бесплодный
 Цветом радости народной.
 
  Древний хаос потревожим,
 Космос скованный низложим, —
 Мы ведь можем, можем, можем!
 
  Только пламенней желанья,
 Только ярче ликованья, —
 Расколдуем мирозданье!
 
  И предвечности далекой
 Завопит огонь безокой
 Над толпою тайноокой,
 
  И заплещет хаос пенный,
 Возвращенный и бессменный,
 Вырываясь из вселенной.
 
 Март 1906
 
  ЯРЬ
   Рожество Ярилы
   В горенке малой
 У бабы беспалой
 Детей несудом.
 Зайдет ли прохожий,
 Засунется ль леший,
 На свежей рогоже,
 Алее моркови,
 Милует и тешит,
 Ей всякое гоже,
 С любым по любови,
 Со всяким вдвоем.
 
  Веселая хата
 У бабы беспалой.
 Роятся ребята,
 Середний и малый,
 Урод и удалый,
 Помене, поболе,
 На волюшке-воле.
 
  Отцов позабыла.
 Пришел и посеял,
 Кручину затеял,
 Кручину избыла,
 И тóмятся губы,
 Засýха постыла,
 Пустыни не любы.
 
  «Где батько мой, мамо?»
 — «За тучами, тамо,
 Где ветер ночует».
 — «Где батя, родная?»
 — «За теми лугами,
 Где речка лесная
 Истоки пестует».
 — «Где, мамо, родимый?»
 — «За теми ночами,
 Любимый,
 Где месяц жарует».
 
  Весною зеленой
 У ярочки белой
 Ягненок роженый;
 У горлинки сизой
 Горленок ядреный;
 У пегой кобылы
 Яр-тур жеребенок;
 У бабы беспалой
 Невиданный малый:
 От верха до низа
 Рудой, пожелтелый —
 Не, не, золоченый!
 Ярила!
 
 20 июня 1905
Перейти к странице:
Предыдущая страница
Следующая страница