Избранные произведения. Том 1

  
6. «Трубу к устам твоим…»
 
 
 
Трубу к устам твоим,
 
Забывшим крики.
 
Закрыты небом огневым
 
Иные лики.
 
 
 
Земля зажглась. Опять
 
Рука подъята.
 
Узнай меня, как мог узнать
 
В огне заката.
 
 
 
В твоем щите горит
 
Зеленый камень.
 
Зажег от века мой зенит
 
Такой же пламень.
 
 
 
Трубу к устам твоим,
 
Узнавшим крики.
 
Дари сияньем огневым
 
Сердца и лики!
 
 
Сентябрь 1905
 
  
НЕТ
   
1. «И рвал и метал, и болел и томился…»
 
 
 
И рвал и метал, и болел и томился:
 
Сойди, низойди, ороситель полей!
 
Пустой наготы небосвод не стыдился,
 
И канул в небывшее ливень-елей.
 
 
 
Сгорело мольбою лицо истомленное.
 
Наутро закапана розами гладь.
 
И поле дымится, туманом смущенное:
 
Росой заревою сошла благодать.
 
 
  
2. «Я в злой тиши похоронён…»
 
 
 
Я в злой тиши похоронён
 
Пустынных стен.
 
Забыт, заклепан, полонен
 
В могильный плен.
 
 
 
И под окном внизу, внизу
 
Помчит река
 
За каждый миг мою слезу
 
Из высокá, —
 
 
 
Из высокá моей тюрьмы
 
К пустым лугам,
 
Где, ты и я, бродили мы
 
По берегам.
 
 
 
Где, зацветая, в глухоте
 
Завянул цвет,
 
Звеня всполохнутой мечте:
 
«Нет, нет и нет!»
 
 
  
3. «Иду к земле в ночное лоно…»
 
 
 
Иду к земле в ночное лоно,
 
В густую влагу темных кущ,
 
Где все родимо и зелено,
 
Где первоцвет мой был цветущ.
 
 
 
А ты, шептавший у порога,
 
Замкнись в рыжеволосый плащ.
 
Да сбудется твоя тревога:
 
Не для тебя мой лик горящ.
 
 
 
В тиши безлунной приникая
 
К жизнегубительным ключам,
 
Волшбу рудую созидая,
 
Над пеплом жертв поникни сам.
 
 
 
И о тебе я вспомню в неге
 
Моей владычицы земли,
 
Когда в стремительном набеге
 
Воскликну девушке: «Внемли!»
 
 
  
4. «В зеленях у ключа я ее повстречал …»
 
 
 
В зеленях у ключа я ее повстречал —
 
Из ограды твоей за водою ходил, —
 
Ветер белый рукав высоко развевал,
 
Крепкий локоть я прежде лица полюбил.
 
 
 
Ты кричал с высоты, а меня не видал.
 
За ветвями в листве я глаза разглядел,
 
Щедрый дождь молодые поля орошал.
 
Ты кричал — твоим нивам засуха удел.
 
 
 
Я колосьями косы густые убрал.
 
Отдыхая, стыдилась подруга моя.
 
В зеленях у ключа я ее повстречал —
 
За водой ключевою ходил для тебя.
 
 
  
5. «Мой стан стареет с каждым днем…»
 
 
 
Мой стан стареет с каждым днем,
 
И кожа тонкая грубеет,
 
Не опалюсь твоим огнем,
 
Пусть так темнеет, вянет, тлеет.
 
 
 
Не оглянусь на волшебство
 
Твоих костров, во тьме летящих,
 
Да не зардеет торжество
 
В глазах, драконышах шипящих.
 
 
 
И, слепоте дарясь, пройду
 
Поля, разостланные пестро,
 
И в топь глухую забреду,
 
Чтоб злую волю ранить остро.
 
 
 
Плети и тки цветы цветны —
 
Не от меня они завянут:
 
Уйду в пустыню от весны,
 
Пускай пески меня затянут.
 
 
  
6. «Из темницы слышу звуки…»
 
 
 
Из темницы слышу звуки
 
Волновавшей, зажигавшей
 
Звонкой музыки, с разлуки
 
Не звучавшей, не ласкавшей.
 
 
 
Ах, не ты ли, созидавший
 
Кирпичи моей темницы,
 
Стал рукою, разломавшей
 
Клетку горной, пленной птицы?
 
 
 
Все сознанья, плоти, крови
 
Стало милою рукою,
 
Чтоб темницею любови
 
Не содеять горе злое?
 
 
 
Не твоя ли тьма, напевно
 
Загораясь, возрокочет
 
И не свет ли, свет твой гневно
 
Нежеланного восхочет —
 
 
 
Если птица вознесется,
 
К долу влажному приникнет,
 
В недра темные вопьется,
 
В утолении изникнет?
 
 
Октябрь 1906
 
  
ДА
   
1. «Опять, нежданностью смущенный…»
 
 
 
Опять, нежданностью смущенный,
 
Увидел я твое лицо,
 
Все то же детское лицо,
 
Все тот же облик изумленный,
 
И милых глаз простую синеву,
 
И этот рот,
 
Наивный рот,
 
Что целовал меня так странно.
 
Нежданно
 
Опять мне крикнуло: «Зову!»
 
Лицо природы первозданной,
 
Давно увиденное мною,
 
В лесу, над полем, за рекою,
 
Когда я фавном молодым
 
Носил дриад в пустые гнезда
 
И водяницам голубым
 
Бросал серебряные звезды.