Матери-соперницы

Мамон 
 
 
Князь Лукомский и Матифас толмач 
 
Сознались, что тебя известь хотели 
 
Отравой по насылу Казимира. 
 
Пытал давать я зелье колдунам: 
 
Их пучило от макова зерна 
 
И разорвало пса в единый миг. 
 
 
Иоанн 
(скинув тафью, благоговейно) 
 
 
Благодарю Тя, Спаса моего, 
 
Что недостойного раба Ивана 
 
Насильственной избавил смерти лютой. 
 
 
(Лизнув перстень на руке) 
 
 
Спасибо и Менгли-Гирею брату; 
 
Снабдил меня он этим перстеньком: 
 
В нем сила чудная против отравы. 
 
Своих ты бойся боле, чем чужих. 
 
 
Мамон 
 
 
Помилуй, государь, допустим ли 
 
Мы, верные всегда твои холопы. 
 
 
Иоанн 
 
 
Холопов не хочу, хочу я слуг; 
 
Под страхом только те живут одним. 
 
 
Гусев 
 
 
Блюдет владык законных око Божье. 
 
 
Иоанн 
(задумывается) 
 
 
Еще высокий, благородный краль, 
 
Краль христианский, хуже басурмана: 
 
Так зелием, коль силой не берет. 
 
Посмей отныне лаять, что затеял 
 
Размирье с ним лишь из одной корысти, 
 
Хотя б и было что поговорить 
 
Нам о Литве, земле исконной нашей. 
 
Да это дело впереди еще, 
 
Об нем добре пусть потрудятся внуки. 
 
Коль разумом сподобит их Господь. 
 
Смотри, однако, Мамон, кривды злой 
 
В твоем допросе не было ль; не мстил 
 
И не дружил ли ты кому, признайся. 
 
 
Мамон 
 
 
Семь добрых видоков, детей боярских 
 
Крест целовали, не было греха 
 
Ни перед Господом, ни пред тобою. 
 
 
Иоанн 
 
 
Пусть будет так. А что по твоему 
 
Судебнику, мой Елизарович, 
 
Уложено? 
 
 
Гусев 
 
 
А татьбу доведут, или разбой, 
 
Иль душегубство, иль иное дело 
 
Лихое, и лихой тот будет ведом, 
 
Боярину того велеть казнити смертной казнью, 
 
А истцево доправити, а что 
 
Останется, боярину и дьяку. 
 
 
Иоанн 
 
 
Небось, законники не позабыли 
 
Себя и, заодно уж тут, бояр: 
 
Рука, по поговорке, руку моет... 
 
Так быти по закону: живота 
 
Не дать, кто посягает на чужой. 
 
 
(Делает Курицыну знак рукою, чтоб подошел, но потом отстраняет его.) 
 
 
Забыл, что курице петь петухом 
 
Несродно. Мамон начал это дело, 
 
Так пусть и кончит он. (Мамону.) Скажи 
 
Московскому тиуну, да дворскому, 
 
Чтобы сожгли их на Москве-реке, 
 
Другим чтоб не повадно было впредь. 
 
 
Мамон уходит. 
Явление IV 
Те же, кроме Мамона 
Курицын 
(великому князю) 
 
 
Послы тверского... 
 
 
Иоанн 
 
 
          Князя, скажешь ты? 
 
Не признаю тверского князя боле. 
 
Спрошу тебя, что обещал он нам 
 
Своею грамотою договорной? 
 
 
Курицын 
 
 
Что с польским королем он разрывает 
 
Союз, без ведома он твоего 
 
Иметь не будет боле с ним сношений, 
 
Что он клянется за себя и за детей 
 
Вовек Литве не поддаваться. 
 
 
Иоанн 
 
 
              Так. 
 
Лист у тебя ль хранится к Казимиру 
 
От нашего доброжелателя, 
 
Которого тверским ты князем назвал? 
 
 
Курицын 
 
 
Имею, государь. 
 
 
Иоанн 
 
 
        Что говорится там? 
 
 
Курицын 
 
 
Тверской князь возбуждает Казимира 
 
Против тебя. 
 
 
Иоанн 
 
 
       Теперь суди нас Бог! 
 
Ступай и объяви тверским послам, 
 
Что я не принимаю их в Москве. 
 
Им было слово милости мое, 
 
Над ним они смеяся надругались... 
 
Что я им?.. Ветошь! — ныне в прахе топчат, 
 
А завтра ставят вместо чучела 
 
В своих садах, чтобы пугать ворон. 
 
Или болван, которому сегодня 
 
Поклоны до земли, а завтра бросят 
 
В поганое болото с причитаньем: 
 
«Князь, батюшка наш, выдыбай!» 
 
Не на того напали! Пусть ведут 
 
Изменническую с Польшей речь 
 
И короля честят своим владыкой; 
 
А я своим лицом приду сказать 
 
Твери, кто господин их настоящий. 
 
 
(Ударяет в гневе посохом в пол, отчего он переломляется в куски.) 
 
 
Вот, кстати, наша с Тверью грамота 
 
Разметная. Трость покажи послам — 
 
Кабы погнулась, так была б цела! 
 
 
Курицын 
(подобрав обломки трости, про себя) 
 
 
Так рушится соперница Москвы! 
 
 
(Уходит.) 
Явление V 
Иоанн, князь Холмский, Гусев и Русалка. 
Иоанн 
 
 
Князь Холмский здесь? 
 
 
Князь Холмский 
 
 
          Здесь, государь.