Том 1. Стихотворения 1908-1917
Часть 49 из 102 Информация о книге
Усы да борода *
СказкаУ кузнеца, у дедушки Филата,Был двор и хата,А в хате на стене –Портрет, а чей портрет – не угадать в три года:То ль в бричке поп, то ль воеводаНа вороном коне,То ль… как-нибудь потом скажу наедине.Ну, словом, кто-то был когда-то намалеван,Да после дедом так заплеван,Что от лица почти не стало и следа:Едва виднелися усы да борода!У деда был такой обычай постоянный:К портрету подойдет и – тьфу ему в глаза!«Тьфу, разрази тебя гроза!Тьфу, сатана ты окаянный!»Случилось – сатана все это увидал, –И стало так ему обидно и досадно,Что он с досады похудал.«Постой же! – про себя ворчал нечистый. – Ладно.Посмотрим, так-то ль ты удал!Плеваться вздумал, а? Моя-де это рожа!Положим, на мою она и не похожа, –Но ежли ты ее считаешь за мою,Так я ж те поплюю!»Тут дьявол подослал подручного к Филату.Явился к деду бес под видом паренька.«Не надо ль, дескать, батрака?»«Что ж? – молвил дед. – Возьму. А за какую плату?»«Задаром! Лишь мое усердие ценя,Ты малость подучи кузнечеству меня!»Дед рад тому: «Изволь, учись, коли охотник!»Сам бабе шепотком: «Глянь, даровой работник!»Работник даровойУ наковальни без отхода.Прошло каких-нибудь полгода,Дед не нахвалится: «Парнишка – с головой,И золотые руки!»Парнишка стал меж тем ковать такие штуки,Что дед, хоть чувствовал в руках немалый зуд,Хоть глаз не мог отвесть от мастерской работы,Одначе взвыл: «Ой, парень, что ты!Влетим под суд!Эх, черт! Подделал же ты ловко!Пятак! Воистину – пятак!Ну ж, молодец! И как ты так?!»«Вот пустяки нашел! Какая это ковка? –Стал несуразное тут малый толковать. –Коль хочешь, я тебя могу перековать!!Переверну в горне налево да направо –Полсотни лет с тебя сниму!..»«Да ну? Такое скажешь, право!Никак и в толк я не возьму!»«Возьмешь!.. Вон старичок идет по косогору!Эй, старина! А старина!(Знал младший бес по уговору,Что „старичок“ был – сатана.)Слышь, дедушка, тебе помолодеть охота?»«Еще бы!»«Я тебя перекую в два счета».«Что ж, милый, помирать равно мне.Хочешь – куй.Ты парень, вижу я, удалый».Засуетился сразу малый:«Хозяин, дуй!»Едва не лопаясь от смеха,Пыхтит-кряхтит Филат у меха.А бес клещами старца хватьИ ну ковать!Вертел в огне его проворно.Глядь, прыгнул из горна такой ли молодец:«Благодарим покорно!Ай да кузнец!»Филат, оторопев, не мог промолвить слова.А парень снова:.«Хозяин, что ж? Ложись!»Очухался Филат:«Ох, брат!Кузнец, и вправду, хоть куда ты!Помолодеть бы я и рад, –Но, как война теперь, боюсь: возьмут в солдаты,А я… какой уж я солдат?Обидел я когда хоть муху?Таких, как я, да ежли в бой…»Озлился парень: «Шут с тобой!Веди сюда свою старуху.Пусть хоть ее омоложу!»«Старуху? слова не скажу!Старушка стала чтой-то слабой. –Посеменил Филат за бабой: –Вот, баба, так и так, – пример тебе живой.Вернешь ты молодость свою, красу и силу.Помру, останешься такою ли вдовой!»Мотает баба головой:«Век прожила с тобой, с тобой пойду в могилу».«Да ты подумай, голова!» –Дед не скупился на слова,Просил по-доброму сначала,Покамест баба осерчала,Потом, озлившись сам, забил ей в рот платок,Связал ее и в кузню приволок.Вертели, жарили в огне старушку Дарью,Пока запахло крепко гарью.Тут дед встревожился: «Чай, вынимать пора?Боюсь, не выдержит: стара!Слышь, парень, погляди: старуха-то жива ли?»А парня… Митькой звали!Исчез, как не бывал. Дед глянул, а в огне,Заместо бабушки, костей горелых кучкаДа недотлевшая онучка.Сомлел Филат: «Ой, лихо мне!Ой, лихо!»Прижался, съежившись, к стенеИ… захихикал тихо:«Хи-хи-хи-хи!.. Хи-хи-хи-хи!..Помолодел… Хоть в женихи!..А бабка… Под венец такую молодицу!..Сережки, Дарьюшка, сережки-то надень!..»Бедняк, отправленный в больницу,В больнице помер в тот же день.* * *Не стало дедушки Филата!В пустом его дворе стоит, как прежде, хата,А в хате на стенеВисит портрет, а чей – не угадать в три года:То ль в бричке поп, то ль воеводаНа вороном коне,То ль… как-нибудь потом скажу наедине.Ну, словом, кто-то намалеван,Да только кузнецом покойным так заплеван,Что от лица почти не стало и следа:Чуть-чуть виднеются усы да борода!1915 г.
Всю правду говорить – обычай пролетарский,Так потому скажу – какой уж тут секрет? –Что дедушка Филат так заплевал портрет –Чей? Ну, известно: царский!